По дороге к дому Лейлы мы оба хранили молчание.

Мама Лейлы жила в квартире на первом этаже многоэтажки, и, когда я нажала на кнопку домофона, мы услышали эхо звонка сквозь дверь. Никто не ответил.

– Обойду дом с той стороны, – помахала я.

– Какой смысл проверять? Если они не открыли дверь, значит спят! – Тио сунул руки в карманы с таким видом, словно собрался уходить.

Я не стала ему отвечать и пошла к боковой калитке, которая вела в задний дворик. Пощупала толстую, тяжелую цепь и висящий на ней замок.

– Если постараюсь, смогу перелезть, – заявила я, больше для себя, чем для Тио. – Мы с Лейлой так уже делали.

Мои слова прозвучали с такой уверенностью, словно мы перелезали через забор сто раз, но на самом деле это случилось лишь однажды – и удалось только Лейле.

Кованая железная калитка слегка вздрогнула, когда я подтянулась на ней, но я нашла завиток, куда можно было поставить ногу. Я потянулась рукой к другому завитку, но метал врезался в ладонь, и я чуть не соскользнула вниз.

Я представила расстроенное лицо Лейлы, как она с укором смотрела на меня вчера, и ухватилась повыше, чтобы подтянуться. Добравшись до самого верха, перелезла на другую сторону. Вниз я старалась не смотреть, чтобы не знать, как далеко будет падать.

– Ну вот и все! – крикнула я, приземлившись. – Твоя очередь. Если, конечно, ты со мной.

Тио пробормотал что-то неразборчивое, но на калитку полез. Он справился гораздо быстрее меня и спрыгнул на землю с громким стуком.

Газон прихватило морозцем. Некоторые растения были покрыты серебристым инеем, а некоторые размякли в серо-зеленую кашицу. Спальня Лейлы находилась с этой стороны дома, и дверь открывалась прямо на газон. Я подбежала к двери и прижалась носом к стеклу, пытаясь заглянуть в просвет между шторами.

– Вон она, вижу! – На самом деле я могла разглядеть только тонкую руку Лейлы поверх одеяла, но мне почему-то полегчало уже оттого, что подруга была рядом. – Лейла! – Я постучала по двери с такой силой, что стекло зашаталось в раме.

– Говорил же тебе, – пробормотал Тио. – Все спят.

– Я должна проверить, как себя чувствуют люди, которые… – Я не стала заканчивать фразу, потому что хотела сказать: «…мне дороги». – Ты мог бы и не увязываться за мной! – огрызнулась я.

– Но я ведь пообещал, что пойду, верно? – проворчал в ответ Тио.

От злости на щеках у меня вспыхнул румянец. Часть меня с удовольствием избавилась бы от Тио. Его сюда словно на аркане притащили (что-то явно изменилось с момента нашей встречи утром). Но другая часть предпочитала терпеть ворчливого попутчика, лишь бы не остаться в одиночестве в полной тишине.

– Лейла! – Я снова заколотила в дверь.

Прижала лицо к стеклу, пристально изучая руку подруги. Я изо всех сил представляла, как рука зашевелится, Лейла сядет, протрет глаза и посмотрит на меня. И как изменится ее лицо, а рот откроется от удивления при виде меня за дверью ее спальни. А когда Лейла узнает, что произошло, сразу же что-нибудь придумает. У нее непременно будет какой-то план действий.

Но рука так и не сдвинулась ни на миллиметр.