Мой вампирский слух уловил скрип двери, а затем голоса, тем самым, заставив отойти от решётки.

— Потерпите девочки, сегодня ваши страдания закончатся, — произнёс мысленно, прислушиваясь и пытаясь понять, разговаривают пленники или тюремщики.

— А я тебе говорю, смена через час. Пока не придут — сидим и не отсвечиваем, — мужской нервный голос долетел до моих ушей.

— Надоело. Жрать охота.

— Да ты и так умял куриный окорочок, ещё и мою котлету стырил.

Охрана.

— Да когда это было?

Значит, походу двое. Вот ведь, перестраховщики хреновы. Да тут к пленникам никто пробраться и так не сможет… кроме меня. Зачем ещё кого-то ставить в караул.

И почему я их раньше не учуял?

Пришлось пройти несколько метров вперёд и осторожно выглянуть из‑за угла, рассматривая помещение, которое расширялось в некое подобие зала.

Вдоль правой стены стоял ещё один ряд камер. В отличие от тех, что встретились мне ранее, эти имели массивные двери, каждая из которых закрывалась на большой амбарный замок.

Интересно.

Пускай с трудом, совсем на грани слышимости, но я сумел распознать звук, похожий на скрежет когтей.

Звукоизолирующее заклинание. Оригинально.

Клык даю, что именно здесь держат Ивана, но прежде, чем до него добраться, придётся нейтрализовать охрану.

У дальней стены стоял стол, заваленный косточками от жареных крылышек, недопитым пивом и колодой замызганных карт.

Как банально.

За столом сидели двое. Похоже, они только недавно вышли из звукоизолированной камеры, именно поэтому я не смог их услышать.

Один оказался здоровяком с бритой головой и шрамом через всё темя, спускающимся на шею. Второй был пониже: жилистый, с крысиным лицом и вытянутым носом. На шее каждого висел медальон (ключ-активатор). У крысоподобного за поясом торчал меч, у лысого имелся боевой топор, а на правой руке поблескивал металлическим светом кастет.

Замечательно. Здесь можно было не бояться, что противники заорут, никто их не услышит, кроме пленников, но всё равно, я решил убрать уродов аккуратно.

План сам собой сложился в голове.

Сначала крысоподобный. Он ближе всего ко входу, к нему проще подобраться. Потом — лысый, пока не успел опомниться.

Двинулся вперёд, чуть пригибаясь. Невидимость держалась без сбоев, но я всё равно старался не задевать ничего лишнего. Охранники спорили о чём‑то своём, перекидывались руганью, не подозревая, что через несколько секунд сдохнут.

Когда до стула крысоподобного осталась всего пара шагов, он вдруг перестал говорить и нахмурился, поворачивая голову.

Сработала чуйка, но я не дал ему шанса сообразить, что к чему, мгновенно оказываясь рядом.

Пальцы правой руки ухватились за нижнюю челюсть, левая легла на затылок. Резкий рывок, отработанным в прошлой жизни движением, и последовавший за этим хруст.

Один готов.

Лысый вскинул голову:

— Ты что там… — договорить он не успел.

Я уже был за его спиной, обхватывая рукой шею, а другой выкручивая руку, потянувшуюся за топором.

Он закашлялся, дернулся, собираясь вскочить на ноги, но я усилил захват. Сжал шею, блокируя сонную артерию. На лице бугая появилась тупая растерянность, глаза вылезли из орбит. Он попытался затылком ударить меня в лицо, но попал в пустоту. Ещё пара секунд, и его тело обмякло.

Дернул за цепочку, срывая медальон с его шеи и подошёл к стальной массивной двери, за которой до этого слышал тихое царапанье.

— Держись, Ваня, — пробормотал тихо, прижимая медальон к центру рунного круга, — Сейчас я тебя отсюда вытащу.

Магическая защита на двери ослабла, а затем полностью пала. Осталось открыть замок. Ключ обнаружился на поясе у крысоподобного.

Отлично.

Вставил его в замочную скважину и повернул. Металл отозвался коротким лязгом.

Щёлк, щёлк, щёлк.

Готово.

Ухватился за тяжёлое кольцо, потянул на себя, открывая дверь, и шагнул внутрь.

Поморщился. В клетке пахло плесенью, старыми тряпками и кровью. Затхлый, тяжёлый запах, такой бывает там, где давно и методично ломают людей.

Иван сидел на полу, привалившись спиной к стене. Руки были стянуты над головой в вытянуты к вбитому в камень кольцу на высоте двух метров, ноги примотаны к нижнему. Получалось, что Колдобин висел на стене, тихо поскуливая.

Выглядел Ванька так, словно его высушили на солнце.

Щёки ввалились, под глазами пролегли чёрные тени. Рёбра торчали, как спицы. Кожа посерела и потрескалась.

Парень, заметив движение, медленно повернул голову, сощурив глаза.

Я скинул невидимость.

— Очередной ублюдок, — хрипло выдавил он, — Ну давай, заходи, гостем будешь. Можешь пытать сколько вздумается, ничего я вам не скажу.

— Что-то не нравится мне в таких гостях, но задержаться всё же придётся, — хмыкнул в ответ, — Надо упокоить зажравшихся ублюдков.

Вампир моргнул, потом ещё раз.

— Александр? — в голосе прозвучало неуверенное, почти детское удивление.

— Ага, — я бросил короткий взгляд на кандалы.

Артефактные. Обычным усилием не разорвёшь.

Иван попытался усмехнуться, но вместо этого закашлялся. Сухо и с хрипом.

— Они хотели… Им было нужно…

— Тихо, — я опустился на одно колено, ловя его взгляд, — Сначала железки, потом разговоры.

Присмотрелся к кандалам, сразу же обнаруживая стандартный узор подавления, впаянный в металл. Такими любят пользоваться те — кто боится даже намёка на магию у пленников, но экономит на вещах высокого качества.

Я коснулся пальцами холодного металла, вслушиваясь в знакомое шипение силы. Слои. Один — глушащий потоки, второй — связывающий, третий — передающий сигналы, если кто‑то попытается сломать. Вот это уже плохо. Придётся опять взламывать, а на это уйдёт время.

— Стоп! — хлопнул себя по лбу, — А чего это я туплю? Подожди ещё немного, Ваня, сейчас вернусь.

Быстро выскочил из камеры. Сто процентов, что ключ находился у одного из охранников.

Пришлось обыскивать тела.

Повезло. Он, в виде небольшой пластины, обнаружился у лысого в кармане.

Вернулся обратно, и приложил пластину сначала к кандалам, которые сковывали руки, за затем к тем — что были надеты на ноги Ивана.

Послышались щелчки, и металл с глухим звоном рухнул на пол.

Вампир тихо застонал, оседая на пол.

Я, не давая парню упасть, подхватывая его за плечи и осторожно усадил около стены.

— Живой? — хмыкнул коротко.

— Ага… — Колдобин поморщился, — Только сил почти не осталось.

Парень попытался встать, но получилось у него так себе: колени подогнулись, и Иван рухнул обратно.

— Ничего. Мы это сейчас исправим. Сиди.

Быстрым шагом вышел в коридор.

Тела охранников лежали там, где я их оставил.

Целенаправленно двинулся к столу, за которым сидели ублюдки, так как помнил, что на нём стоял мутноватый стеклянный стакан с зазубриной у края.

Брезгливо взял его в руки, чувствуя сальные следы от чужих рук. Поморщился.

Пришлось достать из кармана платок и тщательно его протереть.

Дело осталось за малым. Хорошо, что времени с момента смерти охранников прошло немного, и кровь не успела загустеть.

Подошёл к ближайшему телу, им оказался шрамоголовый. Достал нож, наклонился и полоснул по горлу, сцеживая юшку.

Сглотнул слюну, видя, как густая, тёмно-бордовая жидкость медленно льётся в подставленную ёмкость, и чувствуя, как пробуждается голод и вытягиваются клыки.

А ведь я тоже хотел перекусить. Вот и представился удобный случай.

Нос втянул в себя воздух, остро чувствуя, сладкий, дурманящий запах. Спешно сделал глоток, ощутив, как тепло обожгло изнутри. Вязкая, тягучая, кровь словно амброзия прокатилась по горлу. Я выпил ещё, пока уровень не опустился примерно до половины стакана.

Всё, хватит, больше нельзя.

С трудом поборол искушение опустошить стакан полностью.

По телу мгновенно разошлась знакомая легкость, небольшая усталость исчезла, напряжение исчезло, словно его не бывало, оставив вместо себя лишь уверенность и ощущение силы. Свет, звуки, запахи — всё стало ощущаться в разы чётче.

Вновь наполнил стакан до верха.

Уже хотел возвращаться, как увидел, что Ванька ползком выбрался из камеры, широко раздувая ноздри. Глаза у Колдобина налились ярким красным цветом, когти выросли раза в четыре и скребли по бетонному полу, клыки удлинились, а изо рта вырывались шипящие звуки.

Оо-о, а Иван-то поплыл. Жажда крови взяла вверх над рассудком. Впрочем, неудивительно. Молодой парень, не видевший до недавнего времени ничего плохого, не имеющий опыта, как справляться вот с такими всплесками вампирского безумия.

Колдобин не смотрел на меня, он двигался к своей цели. Уверен, встань я на пути Ваньки, он попытался бы устранить препятствие любой ценой.

Хорошо, что я в разы сильнее, а ещё… владею магией.

Сегодня я ни разу не использовал атакующие заклинания, расправляясь с противниками только руками и холодным оружием, а всё потому — что не хотел создавать лишнего шума. Сейчас, можно было об этом не беспокоиться, поэтому я встал напротив Колдобина, и сформировав воздушную ладонь, дал парню знатную оплеуху.

Вампир замотал головой из стороны в сторону и громко зашипел, но его взгляд стал более осмысленным.

Я мог бы позволить парню беспрепятственно добраться до трупов и дать возможность утолить жажду, но не хотел этого делать. Во-первых — оторвать его от вожделенной добычи будет в разы сложнее, во-вторых — я не собирался смотреть на то, как Иван теряет остатки человечности.

До конца не верил, что поможет, думал придётся действовать жёстче, но Колдобин несколько секунд смотрел в никуда, а затем, поднял на меня голову и упёр взгляд в стакан, который я держал в руке.

Шагнул навстречу и наклонился, вздергивая Ивана за шиворот, как нашкодившего щенка.

На ноги поднимать не стал, просто помог принять сидячее положение.

— Держи, пей.

Колдобин дрожащими руками выхватил у меня из рук стакан, точнее — попытался это сделать, но когти помешали, лязгнув по стеклу.

Вздохнул по привычке и сам поднёс стакан к губам парня.

— Пей, давай, неумёха.

— Угум, — послышалось в ответ.

Ванька хлебал кровь быстро, жадно, большими глотками. Красные струйки стекали по подбородку, клыки стучали по стеклу.

— Да осторожнее ты. Больше прольёшь, чем выпьешь, — проворчал я.

Когда юшка закончилась, Иван ещё пару минут сидел неподвижно, а затем встал, и подойдя к стулу, опустился на него. Высушенная, покрытая трещинами кожа начала приобретать естественный оттенок, но ненормальная худоба и тени под глазами никуда не ушли.

— Мало, — просипел Ванька.

Кивнул, понимая, что он прав.

Пришлось нацедить ещё.

— Пей. Времени мало и ещё… учись держать себя в руках и никогда не опускайся до уровня животного. Понял?

— Угу, — кивнул Иван, делая последний глоток, — Это ты их? — кивнул он в сторону мертвых охранников.

— Нет, — усмехнулся в ответ, — Сами от скуки сдохли, — а потом добавил, — Конечно, я.

— Спасибо. Они те ещё уроды… были.

— Не за что.

— Сколько… я тут? Никак не могу сообразить?

— Без понятия, но думаю дня два-три точно.

— Всё как в тумане. Помню, как вернулся домой, а там меня уже поджидали, точнее — поджидали тебя, а появился я, вот они и…

— Пи-пи-пи… — послышался из кармана тоненький писк, за затем громкое шебуршание.

— О Соня проснулась. Всё интересное проспала.

— Сонька! — радостно воскликнул вампир, а летучая мышь, наконец, выпуталась из ткани, с визгом бросилась к своему другу, прижавшись к его груди и вцепившись коготками в порванную рубаху, — Так вот, они хотели непременно знать, когда ты появишься, а ещё… какай стихией владеешь, какими заклинаниями пользуешься… Кто они, вообще, такие и зачем ты им понадобился?

— Долго рассказывать, но если одном словом, то — ублюдки.

— Понял, — не стал допытываться Иван.

— А вот я никак понять не могу, почему ты такой истощенный был? Вроде, до этого питался нормально, оголодать за такое короткое время точно бы не смог.

— А-ааа, — махнул рукой Иван, — Меня, когда по этому подвалу тащили, я увидел в клетке избитых и изуродованных девчонок, а ещё тварей, которые их в этот момент насиловали и ржали довольно, вот тут меня и накрыло. Именно так эти гады поняли, что я вампир, ну а затем, начались пытки святой водой и серебром. Ресурсы организма тратились на восстановление очень быстро, а потом стало не из чего их брать.

— Ясно.

Задумался на мгновение.

А ведь я могу без проблем взять в руки серебряные вещи, как ту же цепочку с ключом-активатором, которую снял с шеи наёмника.

Небольшое жжение, конечно, испытывал, но оно было настолько слабым, что я не обратил на него никакого внимания.

— Александр, — выдернул меня из своих мыслей Колдобин, — надо спасти девушек во что бы-то ни стало! Пускай я сдохну, но без них отсюда не уйду.

— Похвальное рвение, но сдохнуть я тебе не дам, не для того спасал.

— Ты не понимаешь… — начал Иван.

— Да всё я понимаю. Вытащим мы девчонок, обещаю. Правда сначала придётся зачистить всю усадьбу. Мы не сумеем вывести их незаметно. Вряд ли пленницы даже идти самостоятельно могут.

— Тогда давай это сделаем.

Я видел, как Ванька меняется на глазах. Кровь сделала своё дело, полностью восстановив организм.

Кости, которые ещё недавно проступали под кожей, почти мгновенно обросли мясом. Щёки налились, синяки побледнели, даже волосы перестали лежать паклей, будто кто-то невидимый прошёлся по ним гребнем и привёл в порядок. Только глаза выдавали, что внутри парня далеко не всё в порядке: зрачки были расширены, а в их глубине плескалась злость, боль и какая-то мрачная решимость.

Ванька сжал кулаки так, что хрустнули суставы.

— С чего начнём? — поинтересовался у меня вампир.

Хорошо, что Колдобин прислушивается ко мне, а не действует на эмоциях. Значит, проблем быть не должно.

На секунду прикрыл глаза, мысленно прокручивая план. Усадьба немаленькая, коридоров куча, помещений тьма, плюс подвал с клетками, где держат девчонок. Нам нужно действовать быстро, жёстко и без лишнего шума.

— Смотри, — я присел на корточки и пальцем, кровью нарисовал на пыльном полу схему, — Вот тут главный вход. Слева лестница, ведущая вверх. Здесь, кухня, — ткнул в нарисованную точку, — Справа крыло с комнатами охраны. Сверху жилые помещения. Убираем всех. Скорее всего, это перевалочная база для чернокнижников. Невинных тут нет.

— Откуда ты всё это узнал? — удивился Ваня.

— Запомнил, пока пробирался в подвал. Я иду первым. Ты — за мной, прикрываешь и добиваешь, если кто-то выживет.

— Понял.

Мы быстро рванули в сторону выхода. Я накинул на себя невидимость, Иван размылся в воздухе, став практически незаметным для человеческого глаза.

Пробегая мимо камеры с девушками, Ванька на мгновение замедлился, но не остановился, зная, что мы вернёмся за ними через какое-то время.

Оказавшись у двери, достал серебряный ключ-активатор.

— Уф-ф, ну ты даешь, — послышался шёпот за спиной.

— Слушай, — я обернулся, смотря на смазанную тень, которую сейчас представлял собой Колдобин — Ты же не можешь к нему прикоснуться?

Парень поморщился.

— Да ну его в задницу! Если дотронусь, кожу прожжёт насквозь.

— А я могу, — снова сжал в ладони медальон, специально крепче, ощущая как серебро разогревается и жжёт, вызывая лёгкое покалывание.

Неприятно, но терпимо. Ещё одна уникальная черта моего организма.

— Ты, вообще, странный, — хмыкнул Колдобин, — И свет тебе не мешает, и серебро, и магией владеешь как обычный человек.

— Какой есть, — хмыкнул в ответ.

В этот момент руны на защитном контуре погасли, давая понять, что замок открыт.

Я засунул цепочку с медальоном обратно в карман и открыл дверь.

Не будь я вампиром, даже бы не понял, что начался переполох, но чуткий нечеловеческий слух мгновенно уловил резкие звуки: кто-то гневно кричал, кто-то раздавал команды, кто-то просто громко ругался и среди этого гомона, слышались бегущие в нашу сторону шаги нескольких человек.

— Вот ведь демоново отродье!

Очередной план за сегодняшний вечер полетел коту под хвост.

Охрана усадьбы была поднята на ноги. Видимо нашли тела убитых мной наёмников.

Да и хрен с ним, так даже лучше, не придётся аккуратничать и сдерживаться. Главное, чтобы барон Таюшев не слинял по тихой сапе.