На раздаче стояла высокая женщина лет тридцати с рельефной мускулатурой и сосредоточенным выражением лица. Создавалось ощущение, словно она не еду подавала, а готовилась к серьёзной схватке с множеством противников.

Помнится, у меня в замке, кухней заведовала Эльмира: полная, пышногрудая, низкосра… низкорослая представительница гномьего племени, но тучность фигуры ни в коем разе не мешала ей гонять своих подчинённых в хвост и в гриву, и прекрасно справляться со своими обязанностями.

При этом, доброжелательная улыбка всегда блуждала на её пухлых губах, даже если она распекала работников. Видел однажды, жуткое зрелище скажу я вам. Думаю, любая нежить, увидев Эльмиру в гневе, бежала бы как можно дальше, сверкая пятками, но готовила женщина, пальчики оближешь, а к братьям инквизиторам пылала чистой дружеской любовью. Никто и никогда не уходил из столовой моего замка голодным. А ведь это надо постараться. накормить более тысячи проголодавшихся инквизиторов.

Сейчас же, я с опаской глядел на повариху, слишком уж злобным был её взгляд, того и гляди огреет черпаком по голове, но обошлось. Она всего лишь наплюхала нам в тарелки пюрехи с гуляшом, выдала по порции тушёных овощей и по паре ломтей хлеба.

— Ягодный отвар вон в том чане, — указала она на стоящий в углу стол, на котором возвышался большой бак.

За край пузатого «монстра» была подвешена поварёшка, а рядом выстроились в ряд пустые стаканы.

Не успели мы отойти, как взгляд работницы столовой переместился нам за спину.

— Можно двойную порцию, — раздалось нерешительно, — Ну, чего встали, двигайтесь, парни.

Высокий, широкоплечий инквизитор видимо тоже проголодался и стремился побыстрее получить свой ужин, подгоняя нас отойти от стойки раздачи.

— Давай сначала отнесём всё за стол, а потом вернёмся за отваром.

Согласно кивнул.

Подхватив большие тарелки, ибо порции тут были действительно огромными, мы поспешили убраться из-под грозного взора поварихи… или подавальщицы, хрен пойми, но сдаётся мне, сегодня нас кормила сама повелительница кухни.

— Привет Сергей, рад тебя видеть, — радостно произнёс Илья, едва мы дошли к столу, — Можно присоединиться?

— Садитесь, — буркнул шатен и одарил меня острым, как лезвие бритвы взглядом.

Посмотрел на девушку, которая в ответ просто пожала плечами.

— Знакомьтесь, это Александр Саянов, — указал на меня Малинин, — А это Сергей Воронов и Елизавета Калинина.

— Рад знакомству, — кинул ребятам и опустился на свободный стул.

— Александр, — девушка, отложив вилку, поджала губы и упёрла в меня пристальный взгляд, — Расскажи, как тебе удалось оказаться среди послушников? Ведь настоящей задачей на экзамене было не уничтожить противников, а наоборот, показать, что мы не бездумные убийцы, гонящиеся за славой.

— Так он никого не убил, — опередив меня, выпалил Илья.

— Малинин, тебя где учили манерам, в хлеву? Некультурно встревать в чужой разговор, — осадила парня Елизавета.

— Да я чего… Я ничего…

Теперь уже и шатен посмотрел на меня с интересом.

— Ребята, а давайте я потом расскажу. Есть хочу жутко. Голодный как болотный жмых.

— А жмых это кто? — с любопытством поинтересовалась девушка.

— Да есть одна тварюшка, — ответил расплывчато.

Жмыхом в моём Мире называли полужабу-полупаука. Огромный монстр переросток под два метра в высоту с телом лягухи, шестью глазами и восемью парой лап: быстрый, злобный и жутко прожорливый.

Вот и я, наверное, со стороны сейчас походил на него, не внешним видом, а зверским аппетитом, который пытался утолить, быстро поглощая лежавшую передо мной снедь.

Когда тарелки опустели, поднял голову и с удивлением заметил, что все трое смотрят на меня с неподдельным удивлением.

— М-да, Александр, такое чувство, что ты не ел целую неделю.

Пожал плечами.

— Просто у меня хороший аппетит.

Едва справились с ужином, как в столовую зашел наш сопровождающий и остановился в дверях, выразительно глядя в нашу сторону.

— Пора, — в нетерпении поднялся из-за стола шатен, — сейчас начнётся самое интересное.

— Что именно?

— Как что? Посвящение в послушники! — не скрывая эмоций ответил парень.

— Я думал, мы и так ими стали, но если для этого необходимо принести клятву, то…

— Да нет же! Необходимо пройти специальный ритуал. Мне брат по секрету рассказывал.

— А кто твой брат?

— Инквизитор, — гордо произнёс Сергей и тут же помрачнел, — Был.

Понятно, гибель братьев ордена частое явление.

Нас опять вели по длинным петляющим коридорам, пока мы не оказались в небольшом практически пустом зале, в центре которого возвышалась длинная, практически достигающая потолка, треугольная, светящаяся стела с выгравированными по всей её поверхности рунами, от которой шла такая мощь, что я споткнулся на полушаге.

Я знал, что это такое, точнее — догадывался. Именно в этой штуковине была заключена магия, которая обволакивала замок сверху донизу. От её центра, тянулось мужество невидимых нитей, которые вплетались в каменные стены здания, опутывая их словно паутина.

Я уже встречал нечто подобное в прошлом Мире. Мой друг эмир Тхалар имел точно такую же в своём дворце, сделав его практически неприступным для врагов.

Почему практически?

Потому что в любой защите есть уязвимые места, только найти их может не каждый, да практически никто, кроме меня.

Рядом со стелой стояла всё та же троица экзаменаторов: глава столичного ордена Инквизиции Куваев Николай Васильевич, его правая рука Проскурин Семён Владимирович и женщина-инквизитор Морозова Надежда Мстиславовна.

Ан нет, чуть в стороне присутствовал ещё один представитель ордена: невысокий, невзрачный человек, походивший на серую, неприметную мышь.

На такого посмотришь, отвернёшься и через минуту забудешь, как он выглядел.

Моё чутьё сразу же забило тревогу. Опасный тип и непредсказуемый: хитрый, коварный, способный при случае принести немало проблем тому, кто встанет на его пути.

В нём не было той силы, которая исходила от главы ордена Инквизиции, но один взгляд этого человека дал мне понять, что с ним лучше не связываться, и уж ни в коем случае не переходить дорогу этому типу.

Таких людей нужно держать в друзьях и не допускать, чтобы они перебрались в категорию врагов.

Дверь вновь открылась, и в зал вошли ещё четверо. На вид такие же послушники, как и мы. Значит, была ещё одна группа, которая проходила испытания в другое время, нежели мы.

— Яков Сигизмундович, можете начинать, — негромко произнес Куваев, и вперёд вышел невзрачный инквизитор.

— Доброго вечера, юные послушники, — вкрадчиво проговорил он и мне сразу не понравился его голос.

— Доброго, — нестройно ответили мы.

— Сегодня вам оказана великая честь вступиться в ряды братьев нашего ордена. Надеюсь, вы понимаете всю ответственность, которую налагает на вас миссия, выполняемая Святой Инквизицией. Вы забудете про сон, про еду, про семью. Вашей женой… — Яков посмотрел на единственную среди нас девушку и добавил, — или мужем станет работа. Вашей задачей будет искоренять ересь, нечисть и нежить, выжигать их калёным железом с лица нашего Мира. Вы должны быть готовы к самым жестоким испытаниям, к борьбе не только с внешними врагами, но и с собственными страхами и сомнениями. Ересь может скрываться в самых неожиданных местах, даже среди тех, кто на первый взгляд кажется добродетельным. Вы обязаны быть бдительными, как ястребы, готовыми к атаке в любой момент. Ваша жизнь теперь станет полна опасностей и трудностей, но знайте, что вы не одни. У вас есть братья по оружию, и вместе мы сможем преодолеть любые преграды. Помните, что ваши действия будут иметь последствия. Каждый ваш шаг может повлиять на судьбы сотен, а может даже тысяч жителей Империи. Мы не просто охотники на нежить, мы защитники света в этом мрачном мире…

Яков Сигизмундович распинался ещё очень долго. Он не фонтанировал эмоциями, наоборот, его слова словно обволакивали нас с ног до головы, пробирались в мозг, заставляя глубже проникнуться идеями Инквизиции.

Он словно давал установку, даже я на мгновение поддался его влиянию, а потом резко встряхнулся, словно сбрасывая со своих плеч невидимую пыль.

— Тьфу, да он же менталист. Слабый по моим меркам, но даже так, сумел зацепить меня, пусть и самым краешком, что уж говорить об остальных ребятах.

Мои братья в прошлом Мире наверняка смеялись бы до упаду, узнав, что Великий Инквизитор Лорн поддался обыкновенному внушению.

А здесь, оказывается, всем новобранцам знатно прочищают мозги, закрепляя мотивацию и веру в непогрешимость Святой Инквизиции.

Сделал вид, что тоже слушаю с отрытым ртом. Нечего выделяться из общей массы.

— А сейчас, наступает самый важный момент. Каждый из вас принесёт священную клятву. Я хочу, чтобы вы осознали, что произносимые слова — это не просто обязательство, — продолжил Яков, его голос стал глубже и тише, — Это момент, когда граница между вашим прошлым и будущим станет непреодолимой. Каждый раз, когда вы будете держать меч в руках, когда будете сталкиваться с тьмой, вспоминайте, что эта клятва — источник вашей силы.

Тьфу. Ну зачем столько пафоса. Вот любят же некоторые инквизиторы пустить пыль в глаза, у меня раньше тоже имелось несколько таких человек. Хлебом не корми, дай повыпендриваться перед другими и показать свою значимость, но у стоящего напротив типа были совсем другие причины вести себя подобным образом: чем больше он говорил, тем больше закреплялось ментальное внушение в непогрешимость Святой Инквизиции.

— Начнём с тебя, — указал Яков на незнакомого мне парня, высокого, с непослушной копной рыжих, кудрявых волос.

Послушник смело шагнул вперёд и без единого сомнения начал произносить слова клятвы.

Как только он закончил, Яков указал ему подойти к стеле и положить ладонь на небольшую выемку, расположенную примерно на уровне груди.

Присмотрелся, таких углублений на каменной плите было несколько.

Парень сделал так, как ему велели. Я уже настроился на спецэффекты: сияние света, разноцветные искры, облачный нимб над головой или же, наоборот, кару небесную, но ничего не произошло. Неизвестно, какие настройки были заложены в изначальную защитную сеть.

Интересно, что всё это значит? Хотя, я примерно предполагал, что должно было произойти.

Пока разглядывал стелу, настала и моя очередь.

Шагнув вперёд, начал зачитывать выученные заранее строки:

— Я, Саянов Александр Алексеевич, клянусь пред лицом Господа и Его Святой Инквизиции, что буду служить верой и правдой, не щадя живота своего. Отрекаюсь от прежних грехов и привязанностей, отдавая свою душу и тело служению Истине. Клянусь сражаться с силами тьмы, будь они в виде духовных или физических противников, используя знания, мудрость и силу духа. Не стану хранить тайны еретиков, а клянусь разоблачать их перед лицом истины, дабы защитить невинных от их пагубного влияния. Клянусь подчиняться уставам и законам нашего ордена. Клянусь хранить в себе дух братства и взаимопомощи. Моя воля и сердце отныне подчинены воле ордена, а мой путь — освещён светом веры.

Поначалу немного напрягся, опасаясь, что меня прямо здесь поразит молния, но ничего не произошло. Я говорил с жаром и искренностью, но мысленно интерпретировал слова клятвы совершенно по-другому, ибо под тьмой и мраком я понимал совершенно иное, нежели инквизиторы этого Мира. Нежить и нечисть не всегда была равнозначна злу, которое подлежало уничтожению, а ересь не всегда оказывалась тем, чем являлась на самом деле.

Пришла моя очередь приложить ладонь к стеле.

Я не сомневался ни секунды, но был готов ко всему. Даже к тому, что защита замка распознает во мне нежить, а значит, придётся как-то выбираться отсюда, что довольно проблематично, если учитывать полный замок инквизиторов. Тут никакие силы не помогут, служители ордена просто сотрут меня в порошок.

Кожу на мгновение защипало, но на этом всё закончилось.

— Уф-ф, — выдохнул мысленно.

Я рисковал и очень сильно, но что такое жизнь без риска?

Правильно, скукота.

Хорошо, что мои опасения оказались беспочвенными. Стоило коснуться стелы, как перед глазами появилась карта замка. Нет — не так. Я увидел свою комнату, затем — коридоры ведущие на первый этаж в столовую, а потом — путь до тренировочного зала и оружейной. На этом картинка заканчивалась, и я знал, что теперь точно не заблужусь, добираясь до назначенного места. Это был допуск, но какой-то ограниченный. Попытался мысленно пробиться сквозь стены и расширить охватываемую территорию, бесполезно.

Хотя, чего я ожидал? Послушникам никто не даст свободно разгуливать по замку и совать свой любопытный нос во все щели.

Кинул взгляд на другие выемки, которые сто процентов открывали больше возможностей, но воспользоваться ими мог не каждый. Уверен, что для их открытия необходим магический ключ-активатор, и что-то я сомневаюсь, что к самой верхней ступени имеет доступ даже глава столичного ордена Святой Инквизиции.

На этом ритуал посвящения в послушники закончился. Нас быстро вывели из зала, у двери которого стоял всё тот же сопровождающий, а рядом с ним находился ещё один.

— За мной, — сказали они одновременно, и наша процессия разделилась.

Ясно, значит у нас две сформированные группы по четыре человека, и, если вспомнить, как я обучал своих новичков, с завтрашнего дня мы станем соперниками. Не удивлюсь, если вскоре появится ещё несколько таких же команд. У каждой группы будет свой куратор…

Вот теперь я понял, почему Проскурин ходил такой смурной после того, как Куваев приказал ему стать моим наставником, да потому — что кроме меня, ему в нагрузку шли ещё три послушника.

Провожатый довел нас до одного из коридоров, а потом просто махнул рукой.

— Дальше сами.

— Какой-то он немногословный, — усмехнулся Илья.

— Есть такое.

— Куда дальше? — завертел головой парень.

— Туда, — уверенно показал налево, — Ты разве не получил знания о расположение некоторых коридоров и помещений?

— Получил, но… — Малинин почесал затылок, — просто непривычно всё это. Не сразу сообразил, где именно мы сейчас находимся.

— Привыкай и учись быстро ориентироваться. Это поможет сохранить жизнь в критических условиях.

Тихо переговариваясь, мы не спеша добрались до своей комнаты. Я хоть и отвечал на вопросы Ильи, но не забывал одновременно с этим разгадывать защитную вязь. Если смотреть пристально, то можно было заметить, что её нити отличаются по цвету. Хотелось бы понять, какая из них за что отвечает.

Прикладывая ладонь к выемке на стеле, мы прошли инициацию: свой-чужой.

Сейчас, в этих коридорах, мы были своими, можно сказать хозяевами, правда, с ограниченными возможностями, а вот выйти за их пределы не могли, точнее — могли, но, защита восприняла бы нас как чужаков, вновь искривляя пространство и не позволяя добраться до нужной точки и ладно бы только это. Уверен, в магические нити было вплетено немало смертельных ловушек. Самое безобидное, что могло случиться с нарушителями границ, это внезапное появление на нижних этажах здания в одной из пыточных, ну… или в камере, где был заточен кто-нибудь из нежити, но я всё равно, при случае, собирался исследовать эту магическую сеть.

Конечно, это случится не сегодня и не завтра, но обязательно в скором времени. Очень уж мне хотелось посмотреть, какие секреты скрывает столичный замок Ордена Инквизиторов.

— Слушай, Илья, а ты ведь аристократ? — развалившись на кровати, поинтересовался я.

— Это так принципиально? — сразу же напрягся Малинин.

— Да нет, просто спрашиваю.

— Наполовину, — нехотя ответил парень, — Я бастард.

— А Сергея с Елизаветой откуда знаешь?

— Сергей мой брат по отцу, законный младший сын барона Воронова. Как ни странно, но с ним у нас сложишь хорошие отношения, и в отличие от остальных братьев, он никогда меня не презирал и всегда относился с уважением. Может, потому — что не может претендовать на титул и наследство. Без него претендентов хватает. У нас с ним было всего два пути: податься в гвардию какого-нибудь графского или княжеского рода или поступить на службу Святой Инквизиции.

— И вы выбрали второе.

— Ага.