Ранее я уже говорил о том, что поскольку истина переплетена, ложь заразительна. Если вы подберёте камешек на подъездной дорожке и скажете геологу, что нашли его на пляже — ну, а вы сами-то знаете, что геолог знает о камнях? Я вот не знаю. Но я могу заподозрить, что обточенная водой галька вряд ли будет похожа на каплю застывшей лавы из извергавшегося вулкана. Знаете ли вы, откуда на самом деле взялся камешек на вашей дорожке? Вещи несут на себе отпечатков своего места в закономерной Вселенной; в этой паутине ложь оказывается не на своём месте. (Вообще-то, один геолог в комментариях пишет, что большинство камешков для дорожек берут как раз с пляжей, так что геологи не смогли бы отличить камешек с дорожки от пляжного, но смогли бы отличить горный камешек от дорожно-пляжного. Что и требовалось доказать...)

То, что одному разуму кажется произвольной истиной — которую легко заменить правдоподобной ложью, — в глазах обладателя более глубоких знаний может быть намертво закреплено десятком связей. Для креациониста идея о том, что жизнь возникла благодаря «разумному замыслу», а не «естественному отбору», может звучать просто как название спортивной команды, за которую хочется болеть. Для биолога же попытка правдоподобно доказать, что организм был спроектирован разумно, потребовала бы лжи практически о каждом его аспекте. Чтобы правдоподобно доказать, что «люди» были созданы разумным замыслом, вам пришлось бы солгать об устройстве человеческой сетчатки, архитектуре человеческого мозга, о белках, удерживаемых вместе слабыми силами Ван-дер-Ваальса вместо прочных ковалентных связей...

Или можно просто соврать об эволюционной теории — по этому пути и идёт большинство креационистов. Вместо того чтобы лгать об отдельных узлах сети, они лгут об общих законах, управляющих связями между ними.

А чтобы скрыть это, они лгут о научных правилах — например, о том, что значит назвать что-то «теорией», или что значит для учёного признать, что он не уверен абсолютно.

Так они переходят от лжи о конкретных фактах к лжи об общих законах, а затем — к лжи о правилах мышления. Чтобы соврать о том, эволюционировал ли человек, вам нужно соврать об эволюции; а затем вам придётся соврать о научных правилах, которые ограничивают наше понимание эволюции.

А как иначе? Подобно тому как человек выглядел бы неуместно в сообществе действительно разумно спроектированных форм жизни, и вам пришлось бы врать о правилах эволюции, чтобы представить дело иначе, — точно так же и креационистские убеждения сами по себе неуместны в науке: в упорядоченном разуме вы найдёте их с тем же успехом, с каким обнаружите пальмы, растущие на леднике. И потому приходится рушить барьеры, которые их не допускают.

Что подводит нас к теме самообмана.

Единичная ложь, которую вы говорите себе, может казаться вполне правдоподобной, пока вы не знаете правил, управляющих мышлением, или даже не догадываетесь, что такие правила вообще существуют; и выбор кажется столь же произвольным, как выбор вкуса мороженого, столь же обособленным, как камешек на берегу...

...но затем кто-то оспаривает ваше убеждение, используя правила рассуждения, которые он усвоил. Он говорит: «Где твои доказательства?»

А вы отвечаете: «Что? Зачем мне доказательства?»

Тогда он говорит: «В целом убеждения требуют доказательств».

Этот довод, очевидно, — вражеский солдат, воюющий на другой стороне, и вы обязаны его одолеть. Поэтому вы заявляете: «Я не согласен! Не все убеждения требуют доказательств. В частности, убеждения о драконах доказательств не требуют. Когда речь заходит о драконах, можно верить во всё, во что захочется. Так что мне не нужны доказательства, чтобы верить, что у меня в гараже живёт дракон».

А собеседник говорит: «Чего? Нельзя просто так взять и исключить драконов. Правило о том, что убеждения требуют доказательств, существует не просто так. Чтобы нарисовать точную карту города, вам нужно пройтись по улицам и нанести на бумагу линии, соответствующие тому, что вы видите. Это не какое-то произвольное юридическое требование — если вы будете сидеть в гостиной и чертить линии на бумаге наугад, карта получится неверной. С чрезвычайно высокой вероятностью. И это так же верно для карты дракона, как и для всего остального».

И теперь это объяснение того, почему убеждения требуют доказательств, тоже становится вражеским солдатом. Поэтому вы говорите: «Неверной с чрезвычайно высокой вероятностью? Но ведь шанс всё-таки есть, верно? Я не обязан верить, если нет абсолютной уверенности».

Или, возможно, вы и сами начинаете подозревать, что «убеждения требуют доказательств». Но это угрожает лжи, которая вам дорога; поэтому вы отвергаете внутренний рассвет и заталкиваете Солнце обратно за горизонт.

Или же вы раньше слышали изречение «убеждения требуют доказательств», оно показалось вам довольно мудрым, и вы публично с ним согласились. Но вам и в голову не приходило (пока кто-то другой не обратил на это ваше внимание), что это изречение может относиться к вашей вере в то, что у вас в гараже живёт дракон. И тогда вы быстро соображаете и говорите: «Дракон находится в отдельном магистериуме».

Иметь ложные убеждения — ничего хорошего, но это не обязательно должно наносить непоправимый вред, — если, обнаружив свою ошибку, вы просто оставляете её позади. Опасность заключается в наличии ложного убеждения, которое, как вы считаете, нужно защищать как убеждение, — веры в веру, вне зависимости от того, подкреплена ли она реальной верой.

Всего одна Ложь, Которую Нужно Защищать, может преградить человеку путь к продвинутой рациональности. Нет, это вовсе не безобидная забава.

Подобно тому как сам мир гораздо более переплетён, чем кажется на первый взгляд, правила рассуждения куда более строги и накладывают на убеждения гораздо более жёсткие ограничения, чем мог бы заподозрить неподготовленный ум. Мир соткан прочно и управляется общими законами — и точно так же устроены рациональные убеждения.

Подумайте о том, что потребовалось бы для отрицания эволюции или гелиоцентризма, — обо всех связанных истинах и управляющих законах, которые вам не было бы дозволено знать. Тогда вы сможете представить, как один-единственный акт самообмана способен заблокировать целый метауровень поиска истины, стоит лишь вашему разуму почувствовать угрозу при виде этих связей. Это закрывает путь ко всем промежуточным и высшим уровням Искусства рационалиста, создавая взамен огромный комплекс антизаконов, правил антимышления и универсальных оправданий для веры в ложь.

Стивен Каас сказал: «Распространение убеждений, не являющихся максимально точными, — это акт саботажа. Не делайте этого ни с кем, если только вы не готовы также проткнуть им шины». Всучить кому-то ложное убеждение, которое придётся защищать, — убедить его, что само это убеждение нужно оборонять от любой мысли, которая кажется угрозой, — что ж, этого не стоит делать с человеком, если только вы не готовы сделать ему фронтальную лоботомию.

Стоит вам однажды солгать, и истина становится вашим врагом; и любая истина, связанная с этой истиной, и любой союзник истины вообще — всему этому вы должны противостоять, чтобы защитить ложь. Лжёте ли вы другим или самому себе.

Вам приходится отрицать, что убеждения требуют доказательств, затем приходится отрицать, что карты должны отражать территории, а затем приходится отрицать, что истина — это благо...

Так рождается Тёмная сторона.

Меня беспокоит, что люди не осознают этого или недостаточно осторожны — что, блуждая по нашему человеческому миру, мы неизбежно будем сталкиваться с систематически плохой эпистемологией.

Разгуливающие повсюду мемы о том, «как надо думать», заготовленные мысли «Глубокой Мудрости» — что-то из этого окажется хорошим советом, придуманным рационалистами. Но другие идеи были созданы для защиты лжи или самообмана: они порождены Тёмной стороной.

«Каждый имеет право на собственное мнение». Если задуматься, где родилась эта поговорка? Сказал бы это кто-то ради защиты истины или ради защиты от истины? Но люди не настораживаются и не говорят: «Ага! Чувствую присутствие Тёмной стороны!» Насколько я могу судить, мало кто осознаёт, что Тёмная сторона действительно существует.

Да и как иначе? Обманываете ли вы других или только себя, Ложь, Которую Нужно Защищать, будет рекурсивно распространяться по сети эмпирических причинно-следственных связей, сети общих эмпирических правил, по самим правилам рассуждения и по пониманию, стоящему за этими правилами. Если в мире существует хорошая эпистемология, а также ложь или самообман, которые люди пытаются защитить, то возникнет и плохая эпистемология, чтобы противостоять хорошей. Едва ли в этом мире мы могли бы ожидать встретить Светлую сторону без Тёмной; есть Солнце, и есть то, что прячется от него, порождая укрывающую Тень.

Заметьте, эти люди не обязательно злонамеренны. Подавляющее большинство тех, кто раз за разом повторяет Глубокую Мудрость, скорее обмануты, чем двуличны, скорее сами впали в самообман, чем обманывают других. Мне так кажется.

И я, конечно же, не собираюсь предлагать вам Полностью Универсальный Контраргумент, чтобы всякий раз, когда кто-то предлагает вам эпистемологию, которая вам не нравится, вы говорили: «О, это придумал кто-то с Тёмной стороны». Одно из правил Светлой стороны гласит: вы должны опровергать само утверждение по существу, а не обвинять его автора в дурных намерениях.

Но Тёмная сторона существует. Страх — это путь, который ведёт к ней, и всего одно предательство может обратить вас. Не все, кто носит робы, либо джедаи, либо самозванцы; есть ещё и владыки ситхов, мастера и невольные ученики. Я вас предупредил, будьте начеку.

Что же касается перечисления расхожих мемов, порождённых Тёмной стороной, — заметьте, не просто случайных ложных убеждений, а плохой эпистемологии, этих Шаблонных Защит Провала, — что ж, дорогие читатели, не желаете ли попробовать свои силы?

*