Провалы флогистона и витализма очевидны лишь в исторической ретроспективе. Осмелюсь ли я пойти на риск и назвать некую современную теорию, которую считаю столь же несостоятельной?

Я назову эмерджентность или эмерджентные явления — обычно определяемые как изучение систем, чьё высокоуровневое поведение проистекает или «эмерджирует» из взаимодействия множества низкоуровневых элементов. (Википедия: «Процесс возникновения сложных систем и паттернов из множества относительно простых взаимодействий».) Буквально говоря, это описание подходит для любого явления в нашей вселенной уровнем выше отдельных кварков, и в этом часть проблемы. Представьте, что вы указываете на обвал рынка и говорите: «Это не кварк!» Разве это похоже на объяснение? Нет? Тогда и фраза «Это эмерджентное явление!» тоже не должна казаться объяснением.

Я протестую именно против существительного «эмерджентность», а не против словосочетания «возникает из». Нет ничего плохого в утверждении «Х возникает из Y», если под Y понимается конкретная детальная модель с внутренними движущимися деталями. «Проистекает из» — ещё одна правомерная формулировка, означающая ровно то же самое: гравитация проистекает из искривления пространства-времени согласно конкретной математической модели общей теории относительности. Химия проистекает из взаимодействий между атомами согласно конкретной модели квантовой электродинамики.

А теперь представьте, что я скажу, будто гравитация объясняется «проистекаемостью», а химия — это «проистекающее явление», и выдам это за объяснение.

Фраза «возникает из» приемлема — точно так же, как приемлемы фразы «проистекает из» или «вызывается тем-то», — если за ней следует какая-то конкретная модель, достоинства которой можно оценить.

Однако обычно слово «эмерджентность» используется не так. «Эмерджентность» часто используют как самостоятельное объяснение.

Я уже сбился со счёта, сколько раз слышал фразу: «Интеллект — это эмерджентное явление!» — как будто это хоть что-то объясняет. Такое словоупотребление идеально подходит под все признаки таинственного ответа на таинственный вопрос. Что вы знаете теперь, назвав интеллект «эмерджентным»? Вы не можете сделать никаких новых предсказаний. Вы не узнали о поведении реальных разумов ничего, чего не знали раньше. Кажется, будто вы поверили в новый факт, но вы не ожидаете никаких иных исходов. Ваше любопытство кажется утоленным, но его так и не накормили. У этой гипотезы нет движущихся деталей — нет детальной внутренней модели, с которой можно было бы работать. Те, кто выдвигает гипотезу «эмерджентности», признаются в своём незнании внутреннего устройства и даже гордятся этим; они противопоставляют науку об «эмерджентности» другим, всего лишь прозаическим наукам.

И даже после ответа «Почему? Эмерджентность!» явление по-прежнему остаётся загадкой и обладает всё той же священной непостижимостью, что и в самом начале.

Забавное упражнение: убрать прилагательное «эмерджентный» из любого предложения, где оно встречается, и посмотреть, изменится ли смысл:

До: Человеческий интеллект — это эмерджентный продукт активности нейронов.

После: Человеческий интеллект — это продукт активности нейронов.

До: Поведение муравьиной колонии — это эмерджентный результат взаимодействия множества отдельных муравьёв.

После: Поведение муравьиной колонии — это результат взаимодействия множества отдельных муравьёв.

Ещё лучше: Колония состоит из муравьёв. Мы можем успешно предсказать некоторые аспекты поведения колонии с помощью моделей, включающих только отдельных муравьёв, без каких-либо глобальных переменных колонии, показывая тем самым, что мы понимаем, как поведение колонии проистекает из поведения муравьёв.

Ещё одно забавное упражнение — заменить слово «эмерджентный» старым словом, то есть тем объяснением, которым людям приходилось пользоваться до изобретения эмерджентности:

До: Жизнь — это эмерджентное явление.

После: Жизнь — это магическое явление.

До: Человеческий интеллект — это эмерджентный продукт активности нейронов.

После: Человеческий интеллект — это магический продукт активности нейронов.

Разве каждое из этих утверждений не передаёт ровно одинаковый объём знаний о поведении явления? Разве каждая из этих гипотез не согласуется с абсолютно одинаковым набором исходов?

«Эмерджентность» стала крайне популярна, точно так же, как когда-то было популярно слово «магия». «Эмерджентность» обладает той же глубокой притягательностью для человеческой психологии и по той же самой причине. «Эмерджентность» — поразительно простое объяснение, произносить его приятно; оно даёт вам священную тайну для поклонения. Эмерджентность популярна потому, что это фастфуд для любопытства. С помощью эмерджентности можно объяснить всё что угодно, и люди именно так и поступают, ведь объяснять вещи — это так приятно. Люди остаются людьми, даже если они прослушали пару научных курсов в колледже. Стоит им найти способ вырваться из оков устоявшейся науки, они принимаются за те же фокусы, что и их предки — облекая их в литературный жанр «науки», но люди остаются людьми, а человеческая психология — человеческой психологией.

*