Совершив поразительный прорыв, международная группа ученых под руководством нобелевского лауреата Сантьяго Рамона-и-Кахаля объявила, что мозг состоит из до смешного сложной сети крошечных клеток, соединенных друг с другом бесконечно малыми нитями и ответвлениями.

Эта международная группа, в состав которой также входят знаменитый мастер Антони ван Левенгук и, возможно, Имхотеп, возведенный в ранг египетского бога медицины, сделала следующее заявление:

«Настоящее открытие венчает годы исследований, указывавших на то, что извилистая склизкая штуковина внутри наших черепных коробок устроена еще сложнее, чем кажется на первый взгляд. Благодаря тому, что Кахаль применил новый метод окрашивания, изобретенный Камилло Гольджи, мы узнали, что эта структура представляет собой не непрерывную сеть наподобие кровеносных сосудов тела, а на самом деле состоит из множества крошечных клеток, или “нейронов”, соединенных друг с другом еще более тонкими волокнами.

Другие многочисленные свидетельства, начиная от трудов древнегреческого врача Алкмеона и заканчивая исследованиями нарушений речи Поля Брока, указывают на то, что мозг является вместилищем разума.

Немезий, епископ Эмесский, ранее утверждал, что мозговая ткань слишком вещественна, чтобы служить посредником между телом и душой, и потому умственные способности располагаются в желудочках мозга. Однако если это так, то нет никаких причин, по которым этот орган должен обладать столь невероятно сложным внутренним устройством.

Чарльз Бэббидж независимо от других предположил, что множество мелких механических устройств можно объединить в “Аналитическую машину”, способную выполнять действия (например, арифметические вычисления), для которых, по общему мнению, требуется мышление. Работы Луиджи Гальвани и Германа фон Гельмгольца указывают на то, что активность нейронов имеет электрохимическую природу, а не является результатом механического давления, как считалось ранее. Тем не менее мы считаем, что аналогия с “Аналитической машиной” Бэббиджа позволяет предположить, что чрезвычайно сложная сеть нейронов аналогичным образом способна проявлять способность к мышлению.

Мы обнаружили чрезвычайно сложную материальную систему именно там, где должен находиться разум. Последствия этого открытия ошеломительны, и мы должны прямо взглянуть им в лицо. Мы полагаем, что данное исследование предоставляет веские экспериментальные доказательства того, что Бенедикт Спиноза был прав, а Рене Декарт ошибался: разум и тело суть одна субстанция.

В сочетании с трудами Чарльза Дарвина, показавшими, как столь сложный орган мог в принципе возникнуть в результате процессов, сами по себе не обладающих интеллектом, вся совокупность научных данных теперь, по-видимому, указывает на то, что разум онтологически не фундаментален и имеет протяженное во времени происхождение. Это свидетельствует решительно против теорий, приписывающих ментальным сущностям онтологически фундаментальный или причинно-первичный статус, включая все когда-либо изобретенные религии.

Предстоит еще проделать огромную работу по установлению тождества между конкретными электрохимическими взаимодействиями нейронов и мыслями. Тем не менее мы верим, что наше открытие обещает — пусть пока и не реализует — полное научное объяснение мышления. Теперь эту проблему можно объявить если не решенной, то по крайней мере разрешимой».

Мы сожалеем, что Кахаль и большинство других исследователей, участвовавших в Проекте, более недоступны для комментариев.

*