Вся площадь затихла. Буквально. Было слышно, как бьются друг о друга ткани знамен, полотнища, развернутые во всю красу, с символами нашего нового государства. Воины вытянулись в струнку. Их украшали серебряные и золотые доспехи. Церемониальные. Новые щиты были украшены уже нашим символом — Эллады.

Я слез с колесницы, подал руку своей будущей Императрице, которая сделала благосклонный поклон головой и сделала осторожный, даже в какой-то степени грациозный шаг. После этого мы медленно двинулись, кивая всем, кто был рядом, — а это, на минуточку, высшее сословие всех кланов полулюдей, командование Легионов, главы Советов городов и весь Совет Спарты, а также Эллады. Все они выстроились в длинную шеренгу, стоя по обе стороны от вымощенной и буквально отдраенной дороги, на которую с крыш домов сыпались медленно листья и лепестки цветов. Кто-то придумал весьма хитрое устройство, чтобы это происходило своевременно. Не удивлюсь, если это ученики Ификла.

Мы шли, каждый нам желал что-то приятное, могучее, величественное. Я не особо вслушивался, этого за целый день я услышу еще множество раз, уверен. Каждый захочет стать поближе к Императору, каждый будет пытаться подлизаться. Куда без этого? Таков мир, такова суть человека.

— Как Легионы? — остановился я возле Мелла, из-за чего и Ника встала, ибо держалась за мой подставленный локоть.

— Полностью готовы к бою, — ударил он себя в грудь. — Легаты не дадут соврать. Остались мелочи, но общий боевой дух на высоте.

— Ты как сюда встал так, что я даже не заметил? — наклонился к нему и шепотом уточнил.

— Просто умею перемещаться быстро, — улыбнулся он, опустив взгляд вниз.

Мне больше никаких объяснений не требовалось. Снаряжение с увеличением скорость перемещения. Почему бы и да? Главный Стратег Эллады должен быть не только умным, но и быстрым, чтобы быстро покинуть опасное место, или же, наоборот, оказаться там, где он нужен больше всего. Возможно, были командиры способнее Мелланипоса, но только он был способен удержать ту гору, которая рухнула на его плечи. И, Аид меня побери, у него это получалось! Сколько выигранных битв? Сколько славных побед? Сколько сохраненных жизней⁈ И это всё он.

— Спасибо, друг мой, что сегодня ты тут, — протянул я ему руку, которую он тут же пожал за предплечье.

И я его притянул к себе и обнял второй рукой. Он явно этого не ожидал, а Легаты, улыбаясь, начали синхронно топать ногой, не так громко проговаривая наш знаменитый клич: «Хоу-хоу-хоу!» Но приятного помаленьку. Он мне друг, безусловно, но меня ждал долг, от которого я и так слишком долго и упорно бегал.

— Иди давай, — отстранился он и дружески хлопнул меня по плечам. — Твой народ ждет тебя.

— Вот бы Зевс молнией тебе по голове сейчас зарядил, — с улыбкой покачал я головой. — Хотя я и сам могу.

— Видели⁈ — сделал наигранный испуганный вид Стратег. — Мне Император угрожает расправой за верную службу!

Командиры посмеялись, Ника их поддержала, ну а потом я продолжил путь. И было даже немного странно: я вел свою супругу вперед, а она вела меня. Когда мы прошли командование всех наших войск, стояли Советники городов. Я ненадолго задержался возле старшего Советника моего родного города, перебросились парой слов, уточнил, всё ли хорошо, после чего последовал дальше. Артоскопеион скоро вновь станет важной буферной точкой. Именно оттуда отправятся армады в сторону Крита.

Практически возле трибуны стояли они — Легенды. Вся сотня в коробки по десять человек. Первый ряд — четверо, с правой стороны командир, отдельно, за ними — два ряда по три. Пять коробок по обе стороны. Итого вся сотня. Все в невероятно мощных доспехах. Одна золотая полоса — минимум, который был на них. Гордость Эллады. Те, кто готов ринуться в любой бой вперед первыми, кто готов прикрывать друг друга, кто готов прикрыть своим телом товарища, если есть на то нужда.

— Хоу! — ударил я себя кулаком в грудь.

— Хоу! — громогласно ответили все они мне слитным выкриком.

Копейщики в этот же миг ударили основаниями копий по камню, высекая искры. Мечники ударили эфесами мечей по своим щитам, лучники — кулаками по груди. Все они показывали свою решимость. Все они показывали свою верность. Все они показывали свою гордость. И я видел это в их глазах. Видел, кто я для них. И чувствовал тот невероятный поток веры, который распределялся от них ко всем богам. Наш самый сильный источник могущества. До богов далеко… но средь смертных теперь нет ни одного равного. Мы — полубоги, бессмертные воины, готовые первыми встретить любую угрозу. А с нами — Легенды, сотня воинов, которая уже вошла в историю как самый мощный отряд нашего времени.

— Позер, — фыркнула Астерра, покачав головой.

— Лидер, — немного, даже не знаю, как-то сладко проговорила Артамена, из-за чего поймала на себе не совсем добрый взгляд моей супруги.

И подмигнула ей.

— Воин! — ударил кулаками друг о друга Алкид.

— Создатель, — с уважением сказал Ификл.

И тут можно было вложить сразу несколько смыслов. Я создал их всех. Я создал Легенд. Я стал инициатором создания Эллады Единой. Я первый в нашем поколении создал камень умений. И… этот титул действительно мог описать меня. Это была одна из моих граней. Но вместе с тем… сколько я мог еще сделать, сколько еще предстояло сделать. Не стоит полагаться на это. Титул — это только чье-то мнение обо мне. Если надо — это всё моментально забудется и обыграется иначе.

— Друг, — с теплотой проговорил Палиас, сделав шаг вперед и заключив меня в объятия. — И самый верный товарищ.

— Друг, — вернул я ему улыбку. — Рад, что ты со мной прошел этот путь.

— И я! — с гордостью заявил он, отстранился и ударил себя кулаком в грудь. — Ибо, если бы не ты, стал бы одним из мертвяков, которые уничтожили свой родной город.

— А в итоге ты его же и спас, — похлопал я его по плечу и сделал два шага вперед.

Тут стоял небольшой монумент. Кайлана. Она всегда будет рядом с нами, она всегда будет в строю. И тут… лежало стальное перо. Как дань уважения, как дань тех заслуг. Как дань ее жертве, благодаря которой вообще произошло всё, что произошло. За постаментом, склонив голову, стояла Лайкана — символ почтения.

— Не дело гордой повелительнице клана стоять, склонив голову перед равным, — прикоснулся я пальцем к подбородку и приподнял ее прекрасное лицо. — Будь достойна своего наследия. Но не позволяй ему вести тебя. Выбирай путь с умом для своего народа. Как это сделала Кайлана. Она всегда будет в твоем сердце. Помни это.

Гарпия в человеческом облике — к слову, мы почти сравнялись ростом с ней — легко улыбнулась и приложила ладонь к груди. Всё же не в доспехах стояла, так что дозволительно.

— Ну что, последний шаг перед величием? — покосилась на меня Ника.

— Вот знаешь, — мысленно обратился я к ней, — остался буквально шаг. Один маленький шаг… и вроде еще не поздно развернуться и убежать…

— Увы, но тут Мойры предрешили наш путь через других, — с пониманием ответила на не заданный мною вопрос Ника. — Так что… поднимаемся. Наш народ ждет.

Наш народ. Казалось, в ней уверенности было даже больше, чем во мне. Казалось, что она не переживает. Но я чувствовал легкую дрожь ее ладони. Полубогиня! Та, которая на ноги поставила тысячи человек, несколько десятков буквально вырвала из лап смерти неосознанно, а еще больше осознанно, создавая Видящих!

Мы поднялись на трибуны… и невольно затаили дыхание. Тысячи жителей Спарты, да и не только. Вся площадь. Из всех окон. На всех крышах. Везде были люди, сатиры, кентавры, гарпии… даже несколько сирен и одна очень знакомая нимфа. Наяда решила посетить нас, что, несомненно, радовало. Значит, дела в Пилосе шли хорошо, раз она смогла выбраться так далеко от родного дома. Но, естественно, ее никто, кроме полубогов, сейчас не видел.

— Надо что-то сказать, да? — усмехнулся я, смотря на всю толпу, и некоторые поддержали мой смешок.

— И это будущий Император, — пожурила меня немного Ника, но чуть прижалась. — Покажи им, что такое настоящая речь.

Я вновь осмотрел всех, кто тут присутствовал. В голове было множество мыслей относительно того, что можно сказать. И ни одной при этом. Странное чувство. Есть о чем сказать, но как правильно всё это преподнести… вопрос очень и очень хороший. Но почему бы не отдаться чувствам? Ведь кто я? Сын самого Хаоса! Тот, кто по важности равен самому Небу и самой Земле!

Не зазнавайся.

И глас Хаоса был строг. Но он был прав. Не стоит ставить себя выше кого-то. Все мы произошли от людей в первую очередь. Все, кроме Хаоса. Поэтому он уникален, поэтому его первые дети — инициаторы. Поэтому…

— Граждане Эллады! — насытил я свой голос магией, позволяя ему разноситься на многие и многие стадии вокруг. — Воины Легионов Греции! Союзники! Друзья! Существа легенд! Сегодня день не только моего возвеличивания. О нет! Сегодня день, когда вся Греция покажет миру, что она может быть единой! Сегодня тот день, когда именно нашими руками, полубогов и смертных, воинов, горожан, работников — всех, появится новое могущественное государство! Сегодня именно ваша Воля создаст то, что отныне и на веки веков будет запечатлено в истории! Именно мы, все вместе, добились этого! Все вместе прошли невероятно трудный путь от первых прорывов, когда, казалось, Спарта была на грани, через освобождения городов, защиту от Орд, воистину гражданскую войну к единению. К единению истинному! Ибо мы — Эллада! Мы те, кто своим существованием доказал — Легенды действительно существуют! Ибо все мы и есть часть Легенды! Все мы и есть та Легенда, которая будет воспеваться нашими потомками! Которую сами боги не смогут игнорировать и будут с уважением к ней относиться!

Я сформировал молнию в руке, тут же вознеся ее над собой и ударив в небеса, показывая свою решимость. Зевс ответил где-то в стороне, показывая, что мы в какой-то степени равны и мои слова частично истинны.

— И сегодня ваша Воля привела меня сюда! Ваше желание сделало возможным это событие! Не мое, а именно ваше! Судьба, как бы мойры ни старались, уже отпускает хватку над вами! Именно вам решать, что будет дальше! Именно нам вместе строить будущее! Хоу!

— Хоу! — тысячи человек и не совсем людей ответили мне единым порывом, да так, что пришлось накладывать на себя самоисцеление, благо это видели только видящие.

— Но я не встаю в управление, я не пастух, я в первую очередь защитник! Я тот свет, который поведет наше с вами государство в будущее, которого мы с вами достойны! Я буду первым среди равных, и когда понадобится — помогу, когда понадобится — спасу. Я сделаю всё, что возможно, всё, что в моих силах, чтобы был мир на этой земле! Чтобы граждане Эллады могли жить!

— Но при этом, — взяла слово Ника. — Всем нам предстоит еще пройти через множество испытаний. Пройти через множество лишений. Быть готовым к самым тяжелым ударам судьбы. Прорыв еще вернется. И твари, которые оттуда будут вырываться, станут еще смертоноснее, еще опаснее. И мы должны быть готовы! Ибо самый смертельный, самый тяжелый удар придется именно на нас! И когда это произойдет, Эллада должна встретить его со щитом и копьем! Быть готовой дать тот бой, который ужаснет захватчиков, и они больше никогда не посмеют сюда вернуться! И мы…

— … клянемся! — хором стали говорить. — Стоять между миром и бездной! Быть мечом и щитом! Хранить Элладу до последнего вздоха! Пусть боги видят, мы не требуем их благ, но исполняем их долг: защищать всё ими созданное и вести к миру и свету! Клянемся именами тех, кто пал и кто еще не родился! Клянемся не знать покоя, пока над нашим миром есть угроза! Мы, Император, — сказал только я, а потом только Ника, — и Императрица, — и снова хором, — первые в своем роде и последние в роду богов! Пока шумит море и бьют молнии! Пока жив хоть один из нас, КЛЯНЕМСЯ! Эллада будет стоять! Хоу!

— Хоу! — вскинули в небеса оружие полубоги.

— Хоу! — ударили ввысь Легенды.

— Хоу! — воскликнули все Легаты во главе с Меллом.

— Хоу! — ответили на клятву вожди и шаманы союзных племен, признавая таким образом нас и самих себя в составе Эллады.

— Хоу! — ответили все Советники разом.

— Хоу! — взревел весь остальной народ.

— Хоу! Хоу! Хоу! — буквально сотрясали все мы вместе небеса своим кличем, обращая на себя внимание всех богов.

Тут же мы сели на колено с Никой перед народом, склонили головы. За нашими спинами появились двое. Первая — дочь Геры, наследница той, кто воплощает собой семейные узы. Вторая — дочь Гестии, хранительницы согревающего пламени в очаге. В их руках были золотые венки.

Они медленно подошли, обогнули нас с разных сторон и медленно опустили нам на голову символы власти и служения народу. И я буквально ощутил в этот миг внимание всех богов на себе. Стало даже как-то неуютно, но… это было не гневное внимание, а благосклонное. И народ, словно почувствовав это, заликовал еще больше.

— Встаньте же, — сказала дочь Геры, но ее устами говорила словно сама богиня. — Встаньте перед своим народом, ибо вы с ним — едины!

— И храните его так же, как любой воин будет защищать свой дом! — проговорила дочь Гестии.

— Встаньте! — сказали они хором.

И мы рывком поднялись на ноги, держась с Императрицей за руки. И небеса вновь озарил сноп золотистых молний.

Боги признали.

Народ признал.

А значит…

— Друзья! — поднял я руку, успокаивая всех, кто тут был, а когда дождался, улыбнулся, отпустил руку супруги, а сам свои развел в разные стороны и добро улыбнулся. — Да будет пир!