Путь до летнего дома господина Дея занял ещё три дня. Снега с лесу было много, и повозки на полозьях двигались достаточно быстро. В один момент я было даже засомневалась, что скоро наступит весна. Однако Адейла в свойственной ей манере развеяла мои страхи. Вечером она предложила мне перед сном «послушать» луну. До полнолуния оставалось ещё несколько дней, но девушка заверила, что я точно смогу что-то почувствовать.

Мы сидели вдали от лагеря, там, куда не доставал свет костра. Прикрыв глаза, я взывала к ночному светилу. Мне казалось, что бревно, заменившее стул, превратилось в маленькую лодочку, и эта лодочка плывёт по серебристому лунному морю. А голоса неведомых созданий тихонько напевают:

«Просыпайся, мудрый лес,

Засинейте, небеса.

Приходи, пора чудес, —

Просыпайся, весна.

Ручейками убегай,

Сизый и уставший снег.

Распускайся, расцветай,

Приходи, пора чудес».

Голоса эти становились то тише, то громче, в такт покачиваниям лодочки. И мне всё казалось, что ещё немного — и я узнаю что-то очень важное.

Неожиданно песня оборвалась, а моё сознание рывком вернулось назад, в заснеженный лес. Заозиравшись, я не сразу поняла, где нахожусь. Почему-то я не сидела, а лежала на снегу, а Адейла, прикрыв руками рот, с ужасом смотрела на меня.

— Что случилось? — собралась спросить и закашлялась, словно в горле пересохло.

— Девица Тенна? Вы в порядке? — с опаской прошептала моя спутница.

— Да. Что со мной?

— Вы ушли слишком глубоко в слияние с лунным светом, — вместо перепуганной Адейлы ответил господин Дей. — И начали петь на каком-то странном языке. Адейла позвала меня, а я уже вернул вас в реальность.

Я повернулась и посмотрела на мага. По его лицу ничего нельзя было понять, но что-то такое в глазах говорило: для него язык, на котором я пела, не был странным. Да и у меня в ушах всё ещё звучали слова «Приходи, пора чудес».

— Не делайте так больше, пока не окажетесь в безопасном месте. Без должной защиты силы природы способны слишком глубоко захватить сознание мага. Такой маг может сойти с ума или просто никогда не очнуться и умереть.

— А под крышей дома безопасно? — попыталась съязвить.

— Да. То, что сотворено руками человека, становится для мага якорем — местом, которое держит его. Поэтому пожалейте нас, девица Тенна, воздержитесь от ваших экспериментов на некоторое время.

Мне пришлось пообещать это.

Адейла потом подходила и просила прощения, что из-за неё господин Дей отругал меня, но я уверила девушку, что она ни в чём не виновата. Кто же мог знать, что я так легко уйду за лунным светом? И всё же, несмотря на мои слова, она до конца пути старалась держаться в стороне от меня.

И вот спустя три дня мы оказались на месте, во дворе дома под названием Холмы как две капли воды похожего на городской особняк господина Дея. Я была уверена, что даже расположение комнат и их убранство будут точно такими же. И не ошиблась, будто этот дом каким-то очень сложным заклинанием перенёсся из города на этот дикий берег.

Мужчины тут же принялись разгружать повозки, женщины — помогать им. Меня же господин Дей поманил за собой в сторону ото всех. Узкая каменная тропинка, чистая от снега, вилась между кривыми деревьями. Очень скоро дом скрылся из виду, и только голоса домочадцев всё ещё доносились до нас.

Через несколько минут мы вышли из сада и оказались на высоком обрыве. Внизу, впереди, справа и слева — насколько хватало глаз — расстилалось море. Я уже видела море, когда плыла на корабле с господином Ридейлем из порта Панарины в Седэанелию, но тогда оно было другое — гладкое, лазурное, приветливое. Здешние же воды даже издали казались яростными и дикими, свободными и непокорными. Они бросались на берег, разбиваясь о скалы, собирались каплями и вновь рвались вперёд.

Ветер налетал порывами, грозя сорвать и бросить в бушующую бездну. Порой с его порывами долетали и солёные капли, словно море не то приветствовало, не то угрожало — только зазевайся и пропадёшь. От этого только больше становилось желание встать на самом краю обрыва, раскинуть руки в стороны, словно обнимая этот мир, и представлять себя птицей, парящей в небесах.

— Девица Тенна, даже знать не хочу, что за мысли сейчас у тебя в голосе, но быстро сделай три шага назад, пока не сорвалась в воду, — оборвал мои мечтания голос господина Дея. — Не имею ни малейшего желания тратить силы на твоё спасение.

Я с виноватой улыбкой выполнила просьбу, хотя ни мгновения не сомневалась, что он просто не позволил бы мне упасть, и в любом случае пришёл бы на помощь.

— Здесь прекрасно, — просто ответила я.

— Даже прекраснее, чем в городе?

— Да. Город — это добровольная темница для людей, а тут — свобода.

— Что ж, ты быстро это почувствовала. Наверное, это неплохо. Время покажет. Но я хотел сказать о другом. Больше в доме заниматься нам не стоит — твоя сила просыпается слишком активно. Будем приходить сюда. Вода — это естественный глушитель магической силы, и близость моря не позволит тебе сотворить нечто опасное.

— А как же тогда тётушка Годиль управляется с водой? — задумалась я.

— Это другое. Капли воды, которые всегда есть в воздухе — ничто по сравнению с мощью океана. Реку можно ненадолго сковать и удержать заклинанием, океан же — лишь на мгновение. Именно поэтому даже магам приходится мириться с неделями путешествий на корабле. Мы можем лишь призвать попутный ветер, да и то следует помнить о том, что за ним всегда приходит буря.

Я задумалась над этими фразами. А ведь и впрямь — во всех книгах, что уже успела прочитать в доме господина Дея, ни один маг не ввязывался в борьбу с океаном. Но, как ни странно, мне опять не было страшно. Вода, ревущая далеко внизу манила всё больше, даже слышались обрывки слов в рокоте волн. Кажется, с тягой к океану придётся бороться не меньше, чем с жаждой узнать тайну Стены.

Мы ещё немного постояли над морем. Затем господин Дей знаком показал, что нужно возвращаться. Так молча и дошли до дома. Только на ступенях он заговорил:

— Тенна, постарайтесь не поддаваться на провокации Адейлы и не пытайтесь в ближайшее время повторять слияние с луной. Нам бы последствия вашего последнего эксперимента исправить. Вы этого не видите, но мне-то заметно, насколько изменился ваш магический фон.

Пришлось пообещать и это, как и многое другое. Не свалиться с обрыва, не разрушить этот дом и не наслать на всё побережье цунами. На мгновение даже возникло подозрение, что именно я была причиной страшного землетрясения в Туманных горах лет десять тому назад, несмотря на то, что жила в нескольких месяцах пути от них.

Жизнь дома быстро влилась в привычное русло — каждый занимался своим делом, создавая уют. Господин Бринуш перебирал и протирал от пыли книги в библиотеке. Помещение было чуть меньше городского, но казалось просторным, а полки с книгами поднимались вверх до самого потолка и, наверное, ещё выше.

Дядюшка Гром и Гонтар часами бродили по саду, в редких проталинках пытаясь отыскать им одним понятные листочки просыпающихся растений. Правда чаще всего им попадались завязанные узлами дождевые черви. Но оба были готовы прямо здесь, не отходя далеко от червяка, поведать, кто и зачем так их причудливо закрутил.

Ромашка наконец показала мне дело рук своих — летние платья. Они действительно получились очень красивыми, хотя и не такими удобными, как мой зимний наряд. Чтобы не обидеть мастерицу, пришлось тут же в одно из платьев нарядиться. До конца дня я услышала немало комплиментов своему внешнему виду.

Благодарить за любезности я не умела, просто смущалась, опускала глаза и что-то невнятно лепетала. Только в подобном платье изображать из себя деревенскую дурочку глупо. Пришлось учиться подбирать правильные слова для выражения своей признательности.

Я своей работы, как и до этого, не понимала и не видела. Просто следила, чтобы в доме всегда бы порядок, а работники господина Дея — язык больше не поворачивался называть их слугами — в свой законный выходной именно отдыхали, а не продолжали хлопотать по дому.

В дни отдыха идти было некуда, ведь вокруг на несколько дней пути расстилались безлюдные земли. Ещё в Седэанелии долгими зимними вечерами господин Бринуш, когда выбирался из своей любимой библиотеки, порой читал нам книги и том, как было всё устроено на этой земле, когда тут ещё жили эльфы. Сейчас эльфов не было, и земля была брошена. Только редкие усадьбы, подобно той, в которой мы сейчас находились, в последние пару сотен лет стали появляться на побережье.

Лишь оказавшись в этом месте, мне стало понятно, о чём говорил господин Бринуш и его книги. Стоило выйти за пределы дома, и меня тут же охватывало ощущение, что я осталась одна во всём мире против грозных сил природы. Но — что странно — меня это не пугало. Я чувствовала, как пробуждается земля после зимнего сна, как расправляют ветви-руки деревья, как открывают свои глаза первые весенние цветы и травы.

Никогда раньше эта живая сила природы не была мне так близка, как в эту весну. Иногда мне даже казалось, что я просыпаюсь вместе с окружающим миром. Росла и сила, которую по-прежнему контролировать мне удавалось плохо.

Я уходила в своё тайное уединённое местечко, чтобы там без вреда для домочадцев дать волю рвущейся наружу магии. Это был небольшой скалистый выступ почти у самой воды. Места здесь хватало ровно на одного человека, словно природа потрудилась специально для меня. Отсюда казалось, что ты летишь над морем — так близко оно было.

В дни больших волн его захлёстывало выше головы, но я уже научилась не только ставить щит, но и создавать своеобразный якорь, который не давал волнам унести меня в море. Заклинания держались очень недолго, их постоянно приходилось обновлять, но море манило и завораживало меня, не давая уйти и заставляя вновь и вновь возвращаться.

Нашла я это место очень странным образом.

В первый свой день отдыха, устав сидеть за книгами, я собралась на прогулку. Наверное, как и в Седэанелии, меня вела магия. Всё вокруг так и было пропитано силой, поэтому увидеть её не получилось. Ноги сами принесли к месту начала едва заметной тропки, но спускаться я побоялась. Просто стояла наверху, недоумевая: что я тут забыла? Собиралась ведь пройтись по лесу. Он мне, с детства привыкшей кормиться от леса и собирать грибы и ягоды, был намного ближе солёного моря.

Но тут снизу донёсся жалобный писк, и я без раздумий полезла через камни. Забыла даже о том, что новое платье могу испачкать или порвать. Что мне в тот миг взбрело в голову, я и после не могла объяснить, но останавливаться не собиралась. Потребовалось всего несколько минут, чтобы оказаться на том самом выступе.

Здесь среди обломков породы сидел котёнок. Шерсть его была ужасно грязной и свалявшейся, по цвету почти сливалась с камнями вокруг. Он был очень тощий и жалкий. Только яркие жёлтые глаза двумя фонарями манили к себе. Последний снег только-только сошёл, земля была ещё холодная, значит, котёнок и голодный, и замёрзший.

— Как же ты сюда забрался, малыш? — неведомо у кого спросила я.

Потом я смогла себя убедить, что сама мысленно себе ответила: «А сама-то!»

О прогулке в этот день пришлось забыть — совесть не позволяла бросить малыша без помощи. В руки он дался охотно и сразу же принялся довольно урчать.

В дом незваного гостя я пронесла тайно. Кто знает, вдруг у господина Дея есть предубеждение против кошек? А так потихоньку приведу животное в достойный вид, приучу к порядку. Глядишь, и не выгонят.

« Пусть только попробуют!»

И опять я была уверена, что эта мысль принадлежала мне, хотя я обычно так не рассуждала. Пожав плечами, потащила найдёныша в купальню — отмывать от каменной пыли. Котик вновь меня удивил — он не вырывался, не орал, спокойно позволил себя отмыть, чтобы продемонстрировать ослепительно белую шёрстку. Потом также спокойно исследовал угол, про который я несколько раз повторила «Ходи сюда!» и довольно пофырчал.

Не подумала я только о пропитании найдёныша — еды у меня в комнате не водилось. Пришлось идти на поклон к тётушке Годиль и просить её сохранить мою страшную тайну.

— Неси его сюда. Будем кормить малыша, — не отказала добрая женщина.

Все девушки тут же набились в кухню — и откуда только узнали? А котёнок, недовольный вниманием, шипел и жался ко мне. Пришлось даже его блюдце с молоком поставить около ног, чтобы он мог поесть.

Вечером разразилась буря.

Господин Дей ворвался на кухню и страшным голосом крикнул:

— Прорыв охранного периметра! На территории посторонний.

Я впервые видела его таким и хотела уже было пошутить, но все присутствующие тут же засуетились. Тётушка Годиль быстро навешивала замки на все свои шкафчики. Тётушка Мариль открыла кран и что-то шептала текущей из него воде. Ванара и Адейла замахали руками, точно торопились доделать какую-то гигантскую и очень сложную вышивку. Впрочем, я уже понимала — они сплетают охранное заклинание для нас. Мужчины, вооружившись громадными кухонными ножами, рванули на помощь хозяину.

Удивительно, все действовали слаженно, точно один большой организм. Никто не прятался за другого, никто не спорил — так могли бы поступать не слуги, а люди, доверяющие друг другу. Настоящая семья.

Только я оказалась не к месту и котёнок, который невозмутимо умывался после сытного перекуса. И мне никак не удавалось понять, чем сейчас могу быть полезна.

— Закройтесь щитом и ступайте в свою комнату, девица Тенна, — наконец, посоветовал мне господин Бринуш. — Вы всё равно в такой ситуации впервые, не знаете ещё, что нужно делать и чем вы можете помочь. Так что просто не мешайтесь.

Сочтя за лучшее последовать совету, я подхватила на руки сытого котёнка и торопливо поднялась к себе.

— Вот ведь устроили панику! Столько магов в одном доме, а боятся какого-то неизвестного, — шёпотом удивлялась я. Говорить громче опасалась, чтобы не разозлить и не обидеть кого-то из домашних. — А мы с тобой смелые и сами кого хочешь напугаем, да, малыш?

Одним пальцем почесала тугой животик малыша и тихонько засмеялась, когда лапки с острыми коготками тут же меня поймали.

— Какой ты ловкач! Может, так тебя и назвать?

Но котёнок настолько возмущённо чихнул, что сразу стало понятно — он как минимум Бонифаций, а не какой-то там Ловкач. Мне показалась забавной реакция малыша — точно он понимал всё, что я говорила. Вдохновлённая первой попыткой, я принялась перечислять сначала кошачьи имена, потом вспоминала достойные имена с других языков. Но котёнку всё не нравилось.

— Тогда будешь прозываться Хрусталь — белый и такой же сверкающий на солнышке.

«Ну, хоть не Мурзик — и то дело».

Вот эта мысль точно была не моя!

И как она тогда попала мне в голову?

Я внимательно посмотрела на котёнка, но тот уже с деловитым видом вылизывал себе спинку. Но ведь кто-то же вместо меня говорит в моей голове? Или так могут повлиять на неподготовленный разум занятия магией?

Впрочем, и предположить, что кошки могут разговаривать, тоже было невозможно. Не бывает такого!

Мои рассуждения прервал громкий топот. Дверь с грохотом распахнулась, и уже непроизвольно вокруг меня возник щит. На пороге комнаты замер господин Дей.

— Убери это немедленно!

Я впервые слышала, чтобы господин Дей так рычал на кого-либо. Да и выглядел он настолько разъярённым, что вместо того, чтобы снять защиту, я сделала её прочнее. Испуганный котёнок выпустил, наверное, все свои когти, пытаясь вскарабкаться по моей ноге на руки.

— Сними заклинание! — зло приказал хозяин.

— Что происходит? Я в чём-то провинилась? — смогла, наконец, найти я слова. — И вообще, вы так кричите, что напугали малыша.

— Малыша?! Ты вообще понимаешь, о чём говоришь, Тенна? Мы обследуем весь дом в поисках нарушителя периметра, а оказывается, это ты привела в дом постороннего да ещё и защищаешь его.

— Да какой посторонний? Обычный котёнок. Смотрите, какой милый. Я назвала его Хрусталь.

Я попыталась оторвать от себя котёнка и продемонстрировать его рассерженному мужчине, но малыш только сердито зашипел и сильнее уцепился за меня. Конечно, магу понадобилось меньше пяти секунд, чтобы проломить мой щит. Разрушенное заклинание отозвалось болью где-то глубоко внутри, но это сейчас было неважно. Я собиралась любым способом защитить своего котёнка.

— Осторожнее! Это же новое платье!

— Да к демонам твоё платье! Давай сюда зверюгу.

— Не дам!

— Хорошо. — Господин Дей уселся на пол прямо на пороге комнате. — Давай рассуждать здраво. Судя по всему, это совсем маленький котёнок, так? Ему не больше месяца от роду, а в таком возрасте котята не могут находиться далеко от своих родителей. Согласна? Значит, или где-то рядом должна быть его мама и искать его, или он не тот, за кого себя выдаёт. Какой вариант ты предпочтёшь?

Я согласно кивала, ведь господин Дей приводил неопровержимые аргументы. И лишь на последнем вопросе задумалась.

А ведь и правда! Где мама и братики моего найдёныша?

— Смотрю, мои слова возымели эффект. Расскажите, девица Тенна, где вам попался в руки этот пушистый лазутчик и почему вы решили принести его в мой дом.

Вздохнув, тоже села на пол напротив хозяина и принялась за рассказ. И чем дольше говорила, тем полнее было понимание того, насколько глупым было моё поведение. Замолчала, оборвав себя на полуслове, и виновато посмотрела на господина Дея.

— Простите, я не подумала… Точнее, подумала, что малышу нужен приют. А тому, что он не мог просто так появиться среди скал, даже не удивилась…

Мне стало невероятно стыдно.

— Рад, что вы это осознали, девица Тенна, — уже без злости усмехнулся господин Дей. — Давайте теперь разбираться, кому вы так неосмотрительно дали имя. Должны бы уже были знать, что в магии тот, кто дал имя, становится единственным хозяином.

Он требовательно протянул руку, и я передала ему сопротивляющегося котёнка. Причём шипеть и выпускать когти малыш начал только в тот момент, когда я отпустила его с рук, а до того момента лежал у меня на коленях абсолютно спокойно.

Господин Дей не побоялся маленьких острых коготков и весьма бесцеремонно принялся вертеть нарушителя спокойствия.

— Хм, а ты не так прост, как я предполагал. Понятно, что месячному котёнку не по силам выжить одному в диких местах. Но чтобы настолько мощная была привязка… Невероятно! — бормотал маг себе под нос. Наконец, он протянул мне Хрусталя. — Держите вашего кота, девица Тенна. Могу поздравить с приобретением — никого, кроме вас, он в качестве хозяина воспринимать не будет. А когда подрастёт, станет весьма могущественной магической сущностью. Подумайте, где и когда вы могли пересекаться с такой магией?

Мне разом на ум пришли мои приключения со стеной, но я тут же затрясла головой, приказывая себе даже не думать о ней. А потом вдруг всплыло воспоминание: «Кот вышел на прогулку», «Я подарю тебе котёнка, когда он немного подрастёт», «Кот не каждому открывает свои двери». Всё это было так давно, что, кажется, произошло вообще не со мной.

Но вот он — котёнок, которого просто не могло быть в этом месте. И внимательный взгляд белоснежного хитреца не по-кошачьи разумен. Странная старуха, образ которой я тогда так быстро забыла, сдержала своё слово и подарила-таки мне кота.

— Вот как, — услышав моё объяснение, задумчиво протянул господин Дей. — Действительно, есть в Седэанелии легенда о духе-защитнике. И многие люди верят в этого сказочного Кота, но я ни разу ещё не встречал живого подтверждения этой легенде. Получается, Кот дал вам своё благословение.

— Думаю, лучше никому об этом не рассказывать, — быстро вставила я, стоило хозяину замолчать. — Это слишком тонкая грань магии, которая не каждому будет понятна.

— Верно.

Господин Дей ещё раз искоса взглянул на котёнка, покачал головой и вышел из моей комнаты.

Хрусталь довольно потянулся и улёгся спать на моих коленях. Волшебный он там кот или самый обычный, а ничего важнее вкусного обеда и сладкого сна для него пока что не существовало. А подрастёт — тогда и посмотрим, что за способности он имеет.