Иногда бывает, что на тренировке от удара в грудь возникает ощущение, будто вылетает сердце. Нечто подобное испытывал Эджин. Он словно стал пустой оболочкой без важного органа, отвечающего за жизнедеятельность. Трудно было дышать, двигаться, и смотреть. Особенно смотреть на главную героиню дня. Женская одежда преобразила Есень.С первого взгляда у Лаэрта перехватило дыхание. Не может быть! Обман зрения, искажение реальности, иллюзия – Эджин был готов принять любое объяснение. Он знал, что рядом с ним девчонка, но мужская одежда скрадывала впечатление. Эджин относился к Есени, как к товарищу, и никогда не испытывал ничего похожего на увлечение или влюбленность.Милые ленточки, цветочки, струящиеся складки ткани превратили вихрастого паренька в прелестную девушку с приятными чертами лица и нежной кожей. Есень не сражала ослепляющей красотой, но от нее исходила притягательная сила, противиться которой Эджин оказался не в состоянии.Не понимая внезапно вспыхнувших чувств, Лаэрт замкнулся в себе. Он удалился от компании, устроившей себе развлечение, и пытался справиться с бурей, разразившейся в его душе.– Сегодня я ночую дома, – выйдя из гостей, сообщил Лаэрт, старательно не глядя на Есень, принявшей привычный вид.– Отец вызвал? – спросил благодушно настроенный Вирил.День, проведенный в обществе синеглазой красавицы, расположил его к радужному настроению. О сне он не помышлял. Скорее хотелось завалиться в кровать и мечтать о милейшей Бонин.– Нет, – сухо обронил Лаэрт. – Хочу отдохнуть.– Тесно спать с кем-то в постели? – с намеком поинтересовался Игл, не оставшийся в стороне от угрюмого настроения друга.Эджин проигнорировал выпад и направился прочь, торопясь увеличить расстояние между ним и предметом его мыслей, не дававших покоя.– Есень, сегодня кровать в твоем полном распоряжении, – произнес громко Игл, с расчетом, чтобы Лаэрт его услышал. – Наконец-то сможешь нормально выспаться.Эджин прибавил шаг.– Разумеется, после того, как выучишь свою роль, – широко улыбнувшись, тише добавил Игл и развернулся к актрисе. – Надеюсь, ты не думал, что сегодняшним обучением закончится день.Есень тихо простонала и закрыла лицо ладонями, вызвав веселый смех наследников неподдельной реакцией отчаяния.– Игл, что я вам плохого сделал? – возмутилась Есень, когда зеленоглазый балагур пнул девчонку в бок.– Ты очень полезный, – заверил его Берл. – Будем из тебя делать настоящую миледи.Их громкий смех прокатился по пустынной улице и долетел до Лаэрта. Эджин постепенно сбивался с быстрого шага, все больше становясь задумчивым. Домой он не торопился, скорее хотелось покинуть общество друзей, чтобы восстановить душевное спокойствие, и ему почти удалось. Ровно до того момента, пока не вспоминал Есень.Ее лицо, улыбка на красивых губах, подкрашенных по обычаю последней моды, приоткрытые прической изящные ушки, шея с нежной кожей. Мужское внимание не пропустило ни одной мелочи. Эджину запомнились движения рук, поворот головы и легкий румянец на щеках, заигравший от всеобщего внимания. На его глазах девушка-рудокоп с резкими движениями превращалась в элегантную миледи. Лаэрт знал, перемены случились потому что Есень обучали, но он не мог отделаться от осознания, что потерял голову.Наваждение. Иного объяснения Эджин не мог найти. Надо уйти в сторону, отпустить из поля зрения Есень, удалиться. Напомнить, что она всего лишь провинциальная девчонка, зарабатывающая тяжелым трудом на жизнь, и спокойствие снова вернется. Обязательно! Лаэрт очень на это рассчитывал.ЕсеньЗря рассчитывала на отдых после дня обучения в доме семейства Бонин. Конечно, мы провели время весело и с интересом. Я старательно подражала молодой госпоже, внимательно выслушивала наставления хозяйки дома и получала удовольствие от самого процесса. Парни не отставали и предлагали свои услуги, чтобы в полной мере могла почувствовать себя настоящей миледи.В общежитии Игл принялся за меня основательно, произнеся короткую, но проникновенную речь об ответственности перед королем, страной и им, наследником Берлом, написавшим гениальный сценарий для праздника. Пришлось сесть за зубрежку.Поздней ночью, когда наследники давно улеглись в кровати, устало отодвинула от себя экземпляр сценария и протяжно вздохнула. Глаза слипались, а голова отказывалась что-либо запоминать.– Выучил? – возник за моей спиной Игл.– Угу.– Повторим по ролям. Скоро будем репетировать все вместе, надо удостовериться, что ты все запомнил.Мой мучитель присел рядом и раскрыл первую страницу.– Ребенок, ты меня сегодня приятно порадовал, – дружески похлопал по плечу Игл, потом неожиданно отдернул руку и сжал пальцы, словно обжегся. – Отдыхай. Завтра снова приступим.Раздевалась медленно, прочувствовав каждую мышцу, натруженную на тренировках с преподавателем Штормом. Аккуратно развесила форму, прошлась по ткани ладонью, расправляя складочки. Мне нравилась новенькая одежда, в которой тепло и комфортно. Потом отправилась в кровать и завернулась в одеяло. Сколько бы не ворочалась, спать одной с непривычки оказалось неуютно. Не хватало тепла Лаэрта, придающего уверенности в себе и в завтрашнем дне.– Надеюсь, Эджин тоже не может уснуть без тебя, – хохотнул Игл с соседней кровати, потом строго добавил. – Имей ввиду, завтра не посмотрю на то, что не выспался.Утро принесло письмо от молодой госпожи Бонин, адресованное на мое имя. Пока разворачивала послание, наследник Викард не отходил ни на шаг. Я прочитала вслух несколько строк. Нас приглашали в полном составе на обед от лица главы семейства, а ниже торопливым почерком подписано девичьей рукой: «Приходите, будем репетировать. Наследник Волис приглашен».– Ты позаботился? – услышав новость, спросил Гарольд.– Разумеется, – не стал отпираться Игл. – Нам необходимо репетировать. В академии мало места и времени, чтобы проделать это без любопытных глаз. А Есень в образе настроится рядом со своим партнером на нужный лад.– Интересно, Эджин придет? – спросил Викард, отобрав у меня приглашение и рассматривая строчки.– Чтобы снова мрачным видом портить настроение? – фыркнул Игл. – Пусть со своим отцом проводит выходной, а мы идем веселиться.Возражать не стала, но как-то тягостно стало на душе. Мне хотелось видеть грозного брюнета, пусть он и не участвовал в общих развлечениях.ЕсеньВторой день в доме семейства Бонин прошел продуктивно. Меня вновь переодели, предложили повторить все, чему научили накануне, а вскоре пришел наследник Волис, и мы приступили к репетиции. Игл взялся за нас всерьез.Неловкость испытывала не одна я. Наследник Волис долго не мог привыкнуть к моему изменившемуся внешнему облику. Он некоторое время внимательно изучал наряд, прическу и лицо. В какой-то момент испугалась, что он разоблачит меня, но Игл все взял в свои руки, руководя процессом. Нам пришлось полностью погрузиться в сценарий, оставив позади сомнения и недомолвки.Игл для начала предложил нам пройтись по тексту, и только потом постараться сыграть первую сцену. Глубокий, бархатистый голос наследника Волиса четко произносил слова, и я старалась изо всех сил. Вчерашние уроки не пропали зря. Манера говорить, двигаться, произносить слова – полностью скопировала с молодой госпожи.– Шали идет навстречу Грою, – командовал Игл. – Есень, вперед!– Грой, наша встреча случайна, – послушно двинулась с места я, произнося заученную фразу.– Молодец! – похвалил Игл. – Руки прижимай к груди! Сколько раз повторять.– Простите, – покаялась я.С руками у меня постоянно что-то происходило. То я не знала, куда их деть, то размахивала ими, словно мельница.– Еще раз! – дал отмашку творец произведения.Руки старательно прижала к груди и сделала шаг вперед. Дальше по тексту я признавалась в случайности встречи и просила подарить что-нибудь на память. Грой, то есть наследник Волис, вежливо раскланялся и впихнул в мои зажатые пальцы ложку, которую взял со стола. Я трогательно пропела благодарность и обещание хранить бесценный подарок вечно. Гарольд, сидящий в дальнем углу, весело фыркнул.– Не мешать! – цыкнул на него Игл. – Иначе удалю посторонних!Мы переглянулись и немного расслабились. В конце концов, не о настоящих чувствах идет речь, всего лишь играем придуманную историю, которая не имеет право на существование, но происходит на самом деле.– Завтра после занятий продолжим, – прощаясь, пообещал Игл моему напарнику.– Договорились, – легко согласился наследник Волис.– Вирил прощайся. Мы уходим, – не оглядываясь, крикнул через плечо Берл, когда мы покинули дом.Я не удержалась и обернулась. Возможно, мне показалось, но блондин успел пожать на прощание ручку госпожи Бонин. Надеюсь, у них все получится.Наследник Лаэрт в общежитие вернулся поздно, почти перед самым гонгом. Я старалась не показать волнения, пока ожидала его, но как только он появился в дверях, подскочила на месте. Эджин едва стоял на ногах, а лицо украшали синяки и подтеки.– Красавец, – саркастически прокомментировал Гарольд, разглядывая друга. – Могу узнать, кто автор сего художественного произведения?– Отстань, – рыкнул на него Лаэрт и принялся раздеваться.– Вам помочь? – с готовностью подскочила к нему.– Только попробуй, – с угрозой ответил он и сверкнул гневным взглядом.– Не трогайте его, – серьезно посоветовал Игл, впервые не насмешничая. Наоборот, в его голосе явно слышалось сочувствие.– Наше вмешательство требуется? – свесившись с верхнего уровня кровати, спросил Вирил, рассматривая недовольное лицо друга.– Что вам всем от меня нужно? – взорвался Лаэрт. – Отцепитесь!Внутри Эджина все клокотало. Он не смог справиться с охватившими эмоциями. Драка в кабаке на какое-то время разогнала тяжелые мысли, но при одном взгляде на Есень он снова скатился в пропасть.Девчонка была здесь, смотрела на него с сочувствием и желанием поддержать. Как раньше он мог спокойно принимать от нее помощь? Почему разрешал дотрагиваться до себя? Зачем он думает о том, что скоро окажется в одной постели с ней?Дурные мысли не давали ему покоя, терзали своей невозможностью. И сделать с ними Эджин ничего не мог. Он плескал себе в лицо ледяную воду у рукомойника и тряс головой, но ничего не помогало. Ее образ в женском платье и лентами в волосах постоянно стоял перед его внутренним взором.– Есень, спать! – возвращаясь в комнату, проревел он, готовый вновь крушить все вокруг.– Да, господин, – послушно отозвалась она.– Свет потушите, – немного тише попросил он.Возможно, если он не будет видеть Есень, ему станет легче. Главное знать, что она рядом и в безопасности, а с остальным он как-нибудь справится.Как ни странно, уснуть Эджину удалось практически сразу. Тревожное чувство его разбудило ближе к утру. Он слышал рядом мирное дыхание Есени и открыл глаза. В комнате царил полумрак. Одинокая свеча почти догорела, ее огонек прятался за прозрачными стенками подсвечника.Лаэрт повернулся на бок, подпер голову рукой и внимательно всмотрелся в черты лица Есени. Наверное, впервые он разглядывал девчонку столь близко и внимательно. Она повернула к нему голову и чуть приоткрыла губы. Глаза закрыты, а черты лица расслаблены. Несколько колечек из челки упали на чистый лоб. Носик задорно вздернулся вверх.Эджин подался вперед и замер. Есень продолжала спать, не догадываясь о чувствах, от которых сходил с ума Лаэрт. Он пододвинулся ближе и медленно, превозмогая самого себя, склонился к манящим губам. Эджин почти коснулся, но замер в ожидании. Осталось всего немного, и он наверняка узнает, что испытываешь, целуя желанные и близкие губы.Эджин резко отшатнулся и вскочил с кровати. Он не станет этого делать. Наследник Лаэртов не будет испытывать чувств к нищей сироте без роду. Он справится с собой!