Успокоенная теплом тела дракона, я снова засыпаю, и второй раз мое утро начинается совсем по — другому. Мягкий свет, проникает сквозь окна, осторожно прося меня проснуться. Золотые часы на стене тихо отсчитывают время, напоминая, что день начался.

— Соня, поднимайся, — Раздается у меня над головой ласковый голос, — я тебя переименую, честное слово. Ты говоришь, что привыкла рано вставать и много трудиться, но я ночую с тобой второй раз, и ты снова готова спать до обеда, если тебя не разбудить.

Открываю глаза, сажусь на постели и осторожно присматриваясь к окружающей обстановке. Ощущения от необычного сна еще сильны. Но нет, в этот раз я точно в нормальной реальности, все вокруг привычное, не отдает какой — то дополнительной сказочностью.

— Я уже просыпалась один раз, ты, наоборот, спал. Так что обвинение не принимается, — отвечаю дракону, окончательно успокоившись.

— Ладно, будем считать, что ты меня убедила, — усмехается Нельсон. — Держи, — Он протягивает мне чашку, — это чай, я уже попробовал, все чисто.

Дракон салютует мне собственной кружкой, а я делаю осторожный глоток.

— Ммм, что — то фруктовое, экзотическое, — произношу, любуясь видом из окна.

Нельсон полностью отодвинул занавеску на большом окне, и теперь, даже лежа на кровати, можно наслаждаться потрясающим видом на обширный сад. Насколько я вижу, за растениями здесь ухаживают не только со стороны фасада, но и с внутренней. Сзади сад напоминает настоящую сказку, судя по тому, что попадает в обзор.

«Черт, снова сказка, — думаю с легким раздражением, — нет уж, хватит с меня сказок».

— Пойдем прогуляемся? Нам ничего не мешает, праздник дароподношения только через несколько дней, и мы предоставлены сами себе на этот период, — предлагает Нельсон, по — своему трактовав мое пристальное внимание к саду.

— Что ж, — Отставляю чашку на прикроватную тумбочку, — можно и прогуляться.

«И заодно окончательно убедить себя в том, что сон был всего лишь сном, работой моего впечатлительного мозга», — договариваю про себя.

— Поешь сначала, чай — это хорошо, но силу он не дает, — говорит дракон, протягивая мне тарелку с тостами.

— Ты и их пробовал? Не видно следов укусов, — произношу полушутя.

— Я магией воспользовался для проверки, не волнуйся, — фырчит Нельсон.

— Точно, магия, — киваю я, — а то я думаю, как ты мог понять, что в чае ничего не намешано, если на тебя не действуют подобные штучки.

В сад мы все — таки выбираемся, поскольку делать и впрямь больше нечего. Король с королевой не жаждут нас видеть, и это к лучшему.

Утренний туман давно ушел, и яркие цветы полностью раскрылись, радуя глаз. Вокруг витает приятный аромат, вдоль аллеи стоят статуи великих правителей, любят в столице статуи, ничего не поделаешь, а шум большого фонтана создает умиротворяющую атмосферу.

— Между прочим, а что с Элизой? — спрашиваю я, залюбовавшись одним наиболее ярким цветком.

Его неестественный оттенок напоминает мне вчерашнее представление с браслетами.

— А что с ней будет? — удивляется Нельсон моему беспокойству. — Ждет своего отца и день дароподношения. Говорят, ее запястье так и сияет, как и у ее нового жениха. Служанкам пришлось повязывать на их руки платки, чтобы господа смогли уснуть, — ухмыляется дракон.

— Тебе совсем ее не жаль? Ведь ей, возможно, придется выйти замуж за Кристофа, — спрашиваю, всматриваясь в лицо дракона.

— Милая, — Он целует кончики моих пальцев, — на ее месте могла оказаться ты, вот что страшно. А Элиза получила по заслугам, попав в уготовленную мне ловушку, она была посвящена в план мачехи, даже не сомневайся. Да и не выйдет Элиза за Кристофа замуж, если Магия не пожелает соединить их на празднике.

Последняя фраза дракона вызывает во мне смутное беспокойство, словно я не учитываю чего — то важного конкретно для себя…