Не сговариваясь, мы вдвоём устремились ко входу в лабиринт, провожаемые несколькими недовольными взглядами. У самых кустов одновременно сорвали маски.
— Я знаю, как выйти к фонтану в центре. Вы мне верите? — Рагнар сжал мою руку с таким видом, будто от этого зависела вся его дальнейшая жизнь.
— Да. Верю. — я едва слышно выдохнула.
Внутри лабиринта было прохладнее, чем снаружи. Система полива то и дело орошала кусты, поэтому я сразу почувствовала холодок мелких капель на обнажённой спине.
Внезапно, сзади раздался шум шагов. Я обернулась и успела разглядеть, как на фоне изумрудных листьев лабиринта ярким пятном выделились красные волосы.
— Там у входа за нами кто-то бежит…
— Я знаю. Чую его. Не отставайте.
— Кого вы чуете..?
— Элдраста. Драконы друг друга по запаху узнают. Здесь воздух свежее… Теперь влево!
Мужчина утягивал меня за собой, я летела как птица, стараясь не упасть. За очередным поворотом Рагнар вдруг потянулся рукой к стене и сдвинул её, словно занавеску.
— Ныряйте. Это потайной ход.
Я шмыгнула в образовавшуюся полость. Дракон тут же расправил зелёный полог, словно так всё и было.
— Ну ничего себе, а ловко же вы это приду…
Рагнар бесшумно приблизился ко мне, быстро, но осторожно приложил палец к моим губам.
Я напрягла слух. За стеной лабиринта кто-то пробежал мимо и всё стихло.
— Госпожа, вы сами видите. Ничего не получится у нас…
— Я сейчас вижу только то, что ты сопли жуёшь, вместо того, чтоб что-то делать!
— А что же я могу? Они опять вместе, а этот ваш дракон её только напугал и ни разу не очаровал. И Рагнар не поверил тоже. Я ни на что не гожусь, найдите себе уже другую..! — Элен залилась слезами.
Княгиня стукнула перчаткой по столику в небольшой беседке, где они уединились.
— Ты годишься на роль невесты моего сына. Ты — моя инвестиция, понимаешь? Долгосрочная. Я лечу твоего отца, а ты выходишь замуж за моего сына и становишься совладелицей производства, так мы договаривались?
Элен кивнула, утирая слёзы фиолетовым кружевным платочком.
— Только в нашем договоре никаких новых гувернанток не было… И этот ребёнок. Он… Он меня ненавидит!
— Артур весь в отца. Такой же ветренный и беспечный. Сколько раз я уже пожалела, что не развелась с мужем. Вот так династия идиотов! Прекращай реветь. Я не для того тебе деньги даю. Вот что ты сейчас будешь делать, м?! — женщина схватила Элен за плечо и потрясла.
— Н..не… Не знаю…
— Не знает она! На меня уже и так в обществе как на сумасшедшую смотрят. «А, так эта та самая мать дракона, у которой два жалких поместья и даже нет денег на новых лошадей!» Мне нужно, чтоб сын слушался. Мне надо, чтоб именно ты влияла на него так как я скажу! — княгиня выплёвывала слова сквозь стиснутые зубы, трясясь в припадке гнева.
Элен не могла ничего ответить или возразить. Она и сама прекрасно понимала какую совершила ошибку, ввязавшись в эту историю.
У княгини явно были не все дома, но от безысходности, страха за отца и стыда от банкротства она не обратила внимания на первые тревожные звоночки. А стоило бы.
Теперь она знала, сколько денег Рагнар выделял «бедной, несчастной матери», которая спускала средства в азартных играх и лотереях. И только сейчас ей было известно, что мать дракона не видит ничего странного в своём поведении.
Она часто воображала себя царицей, мечтала, как от одного её имени в обществе все будут замирать с благоговением.
И неважно, что она была самой крикливой на любом балу, неважно, что лезла во все разговоры, даже личные.
Она принципиально не замечала укоризненных взглядов.
Губернатор высылал ей приглашения только из уважения к её жертве, о которой в обществе до сих пор говорили и из желания поддержать её сына-вдовца.
Как распорядиться капиталами сына она, по правде сказать, сама толком не знала. Но была уверена, что окажись они у неё в руках, так всё сразу сказочным образом удалится как ей нужно.
А Рагнар давно понял, что мама постепенно теряет рассудок. Но слишком живо в его памяти было выражение лица княгини, когда она с криком выбежала из горящего дома. Слишком сильна была его боль и чувство вины.
Княгиня ловко подпитывала его угрызения своевременной фразой: «Ох, сегодня так спина на месте шрама ноет!»
Новая гувернантка разрушила планы, Элен сорвалась на ребёнке и всё пошло прахом. Винила в этом госпожа кого угодно, кроме своей персоны, конечно же.
— Княгиня..! Ффух… Они где-то в лабиринте спрятались, мне не угнаться было.
Когда в беседку постучался запыхавшийся Элдраст, цвет лица госпожи Мирабеллы из красного резко стал мутно-зелёным. Она запустила в его лицо перчаткой и взвизгнула, словно поросёнок:
— И ты упустил?! Да ты совсем болван!
Элдраст поджал губы.
— Вы забываетесь, княгиня. Личных оскорблений я не потерплю и буду вынужден пожаловаться губернатору.
Женщина резко захохотала и махнула рукой.
— Ты? Насмешил! Я все твои грешки знаю, с потрохами тебя вижу насквозь! А я вот возьму, да расскажу губернатору, кто его дочь обесчестил…
— Никто никого не обесчестил. Это был лишь поцелуй…
— А ему-то всё равно будет. Как только узнает из-за кого дочурка две недели подряд ревела, так сразу его и вздёрнет. Найдётся за что. И ты вообще чего рыпаешься? Тебе же выгода немалая, я мигом все его ягодные поставки прекращу, минус конкурент тебе. Ищи давай их, ну!
Элдраст покраснел от унижения и вышел из беседки.
Его княгиня втянула в историю откровенным шантажом, но в процессе Джейн уж очень ему приглянулась.
Дракон был местным ловеласом и такие неискушённые особы были у него в большом почёте.
Теперь отбить девушку для него было принципиальной задачей, но признаться честно, мужчина был полностью сбит с толку таким безразличием в его сторону.
Но способов в запасе оставалось ещё много, а человек он был донельзя азартный.
— Ещё сыграем… — пробормотал он сам себе, усаживаясь в кресло под деревом.
— Я испортил ваш первый в жизни бал. — Рагнар усадил меня на фонтанную плиту и взял мои руки в свои. — Но я так рад, что мы с вами сбежали… Я первый раз позволяю себе подобное. Вы сердитесь на меня?
Я молча покачала головой.
Звёзды отражались в глазах князя, что делало их похожими на огромные тёмные изумруды.
Он сжал мои руки сильнее, я доверчиво склонилась к нему. Рагнар несколько секунд заглядывал в мои глаза, словно искал в них ответ, а затем исступлённо прошептал:
— А, к чёрту…
И в следующую секунду накрыл своими губами мои.