Сонхон, отчитывавший Кёнхвана, откликнулся на зов царицы и подошел к ней.

– Никаких «господинов». Я ваш подчиненный, можете звать меня просто Сонхон. – Он поклонился.

Все же ему не очень нравилось, что ситуация вышла из-под его контроля. Шихён в его глазах была лишь балластом для царя. Он хотел отговорить его от того, чтобы царица показывалась на публике. Но теперь ее энергия совсем подавила чиновника. Он убедился, что, вопреки слухам, Шихён стала царицей не только из-за внешности. Сонхон ждал, что она скажет дальше. Муж и жена – одна сатана: царица была во многом похожа на грозного Чжиху.

– Сонхон, пожалуйста, сопроводи меня.

Конечно, он сам попросил ее обращаться к нему по имени. Но когда она сразу, не колеблясь, обратилась к нему так фамильярно, он слегка смутился:

– По… пожалуйста, следуйте за мной.

У него, конечно, не хватило смелости возразить ей. Оставалось делать то, что приказала царица. Он отступил в сторону и пропустил пару вперед. Шихён сделала всего несколько шагов и обернулась. Все трое стояли на месте.

– Вы идете?

Сразу после ее слов Сонхон и Чжиху двинулись за ней. Только Кёнхван остался стоять как вкопанный. Кажется, он все еще не оправился от вербальной пощечины Шихён и лишь обиженно сжимал губы.

– И что, это все? Что за черт? Я ничего плохого не сделал, что вы на меня так взъелись? – крикнул проводник смерти.

Никто его не слушал. Будто между ними была звуконепроницаемая стена. Немного поколебавшись, Кёнхван принял свое поражение и поплелся следом.

Шихён почувствовала облегчение. Это было понятно по ее лицу и жестам. Сейчас она чувствовала себя гораздо свободнее. Она улыбнулась и посмотрела вбок. Рядом с ней шел Чжиху, его профиль был прекрасен. Однако глаза все еще выражали недовольство. Шихён была этому рада.

«Я победила», – подумала она.

Ей хотелось станцевать перед ним победный танец. Ее шаги звонким эхом раздавались на весь коридор. А вот трое мужчин ступали тяжело. Самым поникшим из них был, конечно, Кёнхван: настроение его было испорчено окончательно. Его поставила на место не только Шихён, но и Чжиху с Сонхоном, обвинив во всем, в чем только возможно. Кёнхван хотел все бросить и испариться, потому что все его не так поняли. Сонхон посмотрел на него и крепко схватил за руку, словно Кёнхван вот-вот убежит.

– Вы, вероятно, уже знаете, что мы идем к перепутью. Там мы планируем встретиться с господином Хасоном, хранителем перепутья, чтобы выразить почтение чиновникам, трудящимся день и ночь для поддержания общественного порядка. – Сонхон обратился к Шихён, глядя при этом на Кёнхвана.

– Господин Хасон? – переспросила она у Сонхона, когда они подошли к карете.

– Да. Он привратник и хранитель перепутья, соединяющего царство Ямы и Чхончхукдо. Все остальное я расскажу, когда мы приедем. Главное – запомните: он не обычный человек, он лис. С ним нужно быть крайне осторожным.

Шихён стало любопытно: насколько хитрым должен быть человек, чтобы его называли лисом? Рассказ Сонхона заинтересовал царицу, и она хотела задать ему еще несколько вопросов. Но сперва им нужно было усесться и отправиться в путь, они и так опаздывали из-за недавних событий. Она уже собиралась сесть в карету, как вдруг ей протянул руку Чжиху. Какая женщина откажется от помощи такого мужчины?

Шихён не ожидала этого жеста от царя, но с радостью приняла его помощь. Она пожала плечами и быстро схватила его за руку. Если он и дальше будет с ней так обходиться, возможно, их совместная жизнь не закончится полным провалом. Хотя, скорее всего, это была лишь ее несбыточная мечта.

Как только она села рядом с Чжиху, дверь за ней закрылась, и карета тронулась. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь цокотом копыт и периодическими репликами кучера. Шихён зевнула: они еще не приехали, а она уже вымоталась.

– Меня с самого начала кое-что интересует. – Шихён решила заговорить с Чжиху.

Тот все еще сидел с нахмуренным лицом после инцидента с Кёнхваном. Он медленно повернул голову к ней и встретился с Шихён взглядом. Она поняла, что он ее слушает, и с облегчением продолжила:

– По поводу мира мертвых. Здесь все вокруг такое… современное. Так почему мы передвигаемся на каретах с лошадьми?

Для Чжиху это был действительно неожиданный вопрос. Однако не глупый, поэтому он даже на мгновение задумался, как ей ответить.

– Машины, самолеты? У вас нет ничего подобного? Непохоже, что у вас не развиты технологии.

– В каком-то плане технологии в царстве Ямы могут быть даже в разы более продвинутыми, чем в мире людей. Тебе не нравятся кареты? – Чжиху свернул с темы.

– Нет-нет, – отмахнулась Шихён. – Я не это имела в виду. Мне просто стало интересно.

Чжиху сообразил, что не так ее понял. Она и правда не жаловалась. Сначала он не хотел говорить ей напрямую, но все-таки изложил то, что было у него на уме:

– Если бы ты вдруг погибла в авиакатастрофе, ты бы захотела вновь сесть в самолет?

– А… – Шихён поняла, к чему он клонит.

– С машинами то же самое. В нашем мире ничего не происходит без причины, даже какие-то мелочи. Поэтому все транспортные средства в нашей стране завязаны на лошадях. Пусть такой транспорт и медленнее, зато куда безопаснее.

Чжиху резко замолчал. Как и во всем, что он ей когда-либо рассказывал, в этой истории не было ни одного слова, лишенного смысла. Очень интересно. Чжиху, пребывавший в мире живых, а теперь правящий миром мертвых, снова ее удивил. Любопытство не отпускало Шихён.

– Еще что-то интересует? Что теперь? – поинтересовался Чжиху; кажется, теперь он был готов поддержать разговор.

Чем больше вопросов она задавала, тем больше он был вовлечен в диалог. Шихён не понимала, с чего вдруг он стал так снисходителен, но ей это нравилось. Она слегка улыбнулась:

– Господин Хасон, о котором недавно сказал Сонхон…

– А, лис… – отмахнулся Чжиху.

Ей не понравилось то, с каким пренебрежением Чжиху произнес слово «лис».

– Что он за человек? Сонхон наказал мне быть с ним осторожной. Что может пойти не так? – поинтересовалась Шихён.

– Похоже, недаром ты родилась в год змеи. Интуиция у тебя неплохая.

– Не понимаю, как это связано, – перебила его Шихён. – Мне кажется, было бы неплохо мне заранее знать, к чему готовиться. В мире мертвых никогда не знаешь, какой сюрприз тебя ожидает.

Чжиху приложил ладонь ко лбу и посмотрел в окно кареты. Казалось, что-то его тревожило.

Мгновение спустя он вернулся к разговору:

– Вероятно, можно сказать, что он неприятный тип, хотя отчасти он и хороший.

– Что?

– Его зовут господином, значит, наверное, это лис. Самец. Хотя ходят слухи, что это не так. Даже неизвестно, откуда он взялся.

Чжиху потер подбородок. Шихён удивила эта внезапная нелепица. Она думала, ее уже мало чем можно удивить, но ошибалась.

– Он выглядит как бездомный бродяга. Охраняет перепутье, ходит туда-сюда. Но даже мне нужно его разрешение, чтобы попасть в Чхончхукдо. На перепутье правитель он, а не я. Он открывает душам дорогу к перерождению. Задача лиса – не дать покинуть царство Ямы тем, кому этого делать нельзя.

– Наверное, это очень важная работа.

– Да, это так. Пока правители царства Ямы рождались, умирали, сменяя друг друга, он все это время занимал эту должность. Скажешь одно лишнее слово – сожрет. Лучше не разговаривай с ним, когда мы приедем.

Зачем Чжиху встреча с таким опасным существом? У Шихён было плохое предчувствие. Судя по тому, что он хотел заставить Шихён молчать на встрече с лисом, тот был действительно опасной фигурой.

Она погрузилась в размышления, как вдруг почувствовала побежавшие по спине мурашки и вздрогнула. На окнах кареты засеребрился иней. Шихён поняла, что ей не чудится: вокруг действительно становилось холоднее. До сих пор утопающая в зелени округа сменилась лысыми деревьями и голыми полями.

Чем дальше они двигались, тем понятнее становилось, что за окном самая настоящая зима. Странно. Шихён не могла оторвать глаз от этой удивительной картины. Девушка еще раз убедилась, что мир мертвых не так прост, как может показаться на первый взгляд. Чжиху тоже уставился в окно, а затем сказал:

– Вот и все. – Его голос прозвучал многозначительно.

– Вы же говорили, что в царстве Ямы нет привычных человеку четырех сезонов. Я думала, здесь вечная весна, без жары и холода.

– Мы сейчас на границе царства Ямы. Лис живет здесь уже тысячи лет. Его энергия настолько сильна, что вся округа наполнена холодом.

Шихён вроде бы поняла, о чем ей говорил царь, но в то же время была в замешательстве. Чем больше она пыталась узнать о царстве мертвых, тем больше путалась в собственных мыслях.

– Вы не такой немногословный, как я думала. Почему? Про вас всегда рассказывали, что вы говорите только на интервью или когда нужно прочитать реплику в фильме. – Шихён решила сказать хоть что-нибудь, чтобы прогнать навязчивые мысли.

– Что, правда?

– Так говорили. Хотя все, видимо, было не так. Когда вы заговорили со мной на съемочной площадке режиссера Кан Доха, я действительно удивилась. Я даже испугалась, что провинилась в чем-то. – Шихён вспомнила их первый разговор в мире живых.

Учитывая то, что эта встреча положила начало ее путешествию в царстве мертвых, где она стала царицей, она до сих пор сомневалась, как относиться к той ситуации: повезло ей или нет? А еще она вспомнила о наследии, которое оставила в мире живых.

– Кстати, интересно, что режиссер будет делать с оставшимися частями фильма, если двое актеров, главный и второстепенный, умерли? Наверное, уже и деньги все в него вложили…

На самом деле ее не сильно волновал фильм или режиссер. Скорее, ее расстраивал тот факт, что на ее долю выпала такая редкая возможность, а она не смогла ей воспользоваться. Даже если бы она снялась в фильме до конца, то прожила бы всего около года, как пророчил ей Чжиху. Но она хотя бы оставила после себя наследие для будущих поколений. Ей не хотелось углубляться в воспоминания, но такова человеческая натура: люди не могут остановиться, когда их разум захлестывают мысли.

Чжиху увидел, что она погрузилась в раздумья, и решил взбодрить ее:

– Вообще-то это ты со мной заговорила, а не я.