Жил-был мухов. Зелени-зелени, хуеньки-хуеньки.

Хорошо жил, неплохо даже. Ваще, когда как было. Когда с муховбойков за мухов бегали: «Аааа, насекомов, убю, убююю!!!».

А когда и сахарницу закрыть забували и псю нощь спал как каракатиц… или как каралевищ.

Кушал всякие вкусни, ножками в теплом чае болтал, ощень любил бздыкать и все корищневи.

Потовошто нету на свете ничво ликалепнее, чем корищневи.

– Ошпидяй, кабы псе на свети перекрасить в корищневи. Какаяиш ликалепость бы была! – мещтал зелени мухов.

А потом наступил бздыкаберь и мухов в спящку завалился за шкап. Храпел грёмка на весь дом, аж шкап трясся вот так дын-дын-дын.

А соседи снизу, когда етот звук слышали, делали лицо куринай жеппи и думали: «Скока можна организмами дрюжить или че там делается?!! Людям же завидно ццццц».

А потом никчемни припер елащку и наделал в оливье.

Мухов от тепла и запахов вкусни расщеперил один глаз и сказал:

– Бзык-бздык.

Щто знащит «С наступающим». Или щтота еще знащит. Вы там сами придумайте, а то аптору нада квартиру пердесосить, штоб завтра ее мищюрой засрать. Пака.