В одной квартири жила-была адиноки женщинов. И никаво у етой женщинов не было, кроме кошищки-гавешищки. А если по-честному – ето у кошищки была женщинов: кормила вкусни, миску мыла, хрекеры покупала в магазини. А еще женщинов сама знала дорогу до кухни и тувалета.
И мимо кошищки в рот себе старалась вкусни не есть, тока пополам. Ццццц, какой хороши женщинов.
И воть однажды сказала женщинов:
– Кошищка моя, лапушка, хороще нам с тобой вдвоем, но, может, завести мне мущинов? Штоб гвоздь забил, лампащку вкрутил, картошку дотащил, ну и соседям кроватью поскрипеть, чтоб радовались?
Кошищка-гавешищка лапу вылизала и фостиком по столу тюкнула:
– Не нравица мне, канешна, твои глюпи идеев. Но так и быть! Ладня, ищи. Но я буду обобрять. Без меня ни-ни. Понила ты своей башкой?
Вощим, вечером к ним в гости пришел мущинов. Нормальни такой, обычни. Две руки, две ноги, нось и волосики на черепи аакуратна так расчесаны. И цветощек держит.
Женщинов смотрит на него и думает: «Ну вроде ничо такой, можно брать. Пригодится и в хозяйстве, и в жизни». А кошищка-гавешищка из-под кресла высунула свои усы и недовольно так сказала из ротов:
– Не-е-е. Мне он не нравится. Где белый конь? Где корона? Где фейерверки над крышей? Женщинов, потерпи, получше тебе найдем, часики не тикают.
Женщинов вздохнула, но делоть нечева, согласилась.
Тогда кошищка вытащила из кладовки… холодильник на нощках. Красиви-прекрасиви, топает, гудит, лампащками подмигиваеит, сразу замуж зовет.
– Воть, смотри! Всегда полный, всегда прохладный. не жених, а мечтов! – сказала кошищка-гавешищка.
Женщинов попробовала рядом с холодильником посидеть, но через пять минутов зубы застучали, холодно – узясь, дын-дын-дын.
– Кошищка, ну куда ж с таким? Я ж вся в лед превращусь. У меня же весь огранизм посинеет, а синее мне не идет ваще.
Тогда кошищка нахмурилась и притащила чайник в галстуке.
Чайник шипит, свистит, галстук повязан, как у начальника.
– Воть, погляди, какой романтик! Кажди утро будет тебе песню свистеть и кипятком согревать.
– Нет, кошищка, с таким оглохнуть можно. Или паром ошпарица, – атвичает ей женщинов и ухи пальцами затыкает.
– Я не знала, то ты у меня такая привередливи женщинов! – сказала ей кошищка.
Потом почесала башку и притащила банкомат.
Большой-пребольшой, блестящий-преблестящи, кнопощки мигают. Банкомат важна встал у двери, сразу выдал чек и горсть хрекеров.
Кошищка аж мурлыкнула от радостев:
– Воть ето жених! И кормит, и бумащки выдает, и блестящи!
Женщинов улыбнулась, но тут банкомат запищал, замигал и дрожащи голосом сказал:
– Прощайти… у меня… аллергия на кошищек… чих-чих-чих!
И с визгом укатился прочь, оставив только стопку мятых бумажек.
– Куда же вы?! – закричали хором женщинов и кошищка.
Но банкомат уже скрылся. В совершенно неизвестном направлении. Под звуки «виу-виу». Мы его не видели больше, честна, ни разу. А денег его темболия.
Гад такой, дя? Мы тоже возмущени.
Кошищка-гавешищка лапкой махнула:
– Ладня, тогда возвращаемся к первому варианту. Пусть он без коня, без короны, но тепли и спокойни. И не електрищески. И ты ему, кажется, больше всех понравилась.
Так и сделали. Мужчинов вернулся. Женщинов рядом с ним ожила, в квартире тишина и порядок, лампащки горят, кастрюли не пригорают. Кошищка тоже довольна – хрекеры всегда на месте, диван тепли.
А холодильник, чайник и банкомат еще писали открытки и звонили по тилипону, но кошищка только хвостом махала:
– Вы апоздали! У нас все есть, нам больше ничиво не нада! Пака!
Псе. Канец.
Ну што, готовы слушать новеньки-преновеньки сказощку от Улитощки? Кивнити башкой, если дя. Што вы такие не енергищни сивоня, давно кушоли што ли? Кушоц нада регулярна, ето важни.
Вощим, седня сказощка пра кошищку-гавешищку. Неть, ето опять другая кошищка, вы ее не знаити еще.
Жила-была кошищка-гавешищка. И был у нее так себе хардактер, как птеродактер. Но изнутрии кошищка была бели-пребели, пушисти-препушисти, ее просто бжизнь такой сделола, панимаиш?
И шарахалась у ней по квартири женщинов такая в очках. Это не Какарефьева! Но такая же слепошари. И вот однажды ета женщинов немнощка сломалась. Ну как немнощка, НАФИГ ВААПЩЕ СЛОМАЛАСЬ!!!!!!!!!!!!
Стала какая-то грусни, бледни-пребледни, худеньки-прехуденьки и даже, знаиш, сериалы перестала смотреть. А она очень блюбила всякие там сериалы про маньяков и прочих чумачечи. Прям как ти, дя? Я знаю, што ти блюбиш всякую фигню смотреть. У тебя по зращкам видна.
И ваапще выполнять псе свои фукции по обслужини кошищки ета женщинов перестала! Ццццц, какая безответствени.
Вощим, легла женщинов на диван и вздыхает вот так:
– Хыыыыыыыыыыыыыыыы… – аж ветер занавески колышет.
Ну сразу видна, што-та не так. Но што конкретни – не понятна.
Но кошищка была опытни и прошарени животнов. Она, знаиш, села вот так на свою жеппи и стала анализирувать ситуациев. Внешне ето выражалось в арании и шкрябани по женщинов лапкой:
– Блюбюилась ти што ли апять? – спрашуит кошищка-гавешищка. – Тока по Кимбербетчу страдать перестала в роли Шерлока-Шмерлока, апять штоли каво то глазами своими слепошарыми нашарила? не женщинов, а ворона блюбчиви, хтьпуй на тебе.
А женщина молчит, зараза такая, и тока ресницами морг-морг делоит. А потом кошищка присмотрелась, а ета женщинов в дырощку! ВААПЩЕ ПСЯ!
– Ах ты ж, кошищкину маааааааааааааааааааааааать!!! – спокойна сказала кошищка-гавешищка. – К нам кажется душевни моль покралась и мою женщинов жреть!!!!!!!!! Вон даже очки псе в дырощку стали!
Душевни моль – ето самая страшне моль на свете. Ее, знаиш, из глазов ваапще не видна, она крохотни-прекрохотни, практищески невидими насекомов. Но жреть еще больше, чем ти на новогодни каникулах.
Особина в январе и феврале многа жреть, када никчемни такие уязвими и замерзщи. И, зараза такая, блюбит жрац, кто адин сопсем как палец в носу. Ето для нее самые сладки добыщи. Апасни моль, прям очень апасни. Наскрозь может никчемни прогрызть, штоп пся бжизнь из него выветрилась через дырощки, цццццццц. Хтьпуй на ету моль!
Вощим, кошищка-гавешищка сразу Кошищкину полицию вызвала, дежюрни отряд сразу материлюзовался из космищески луча, псе шкапы акрыли и везде дустом попшикали. И душевни моль стала дохли-предохли не нестрашни, хьпуй на нее три раза.
– А женщинов мою починити? – сказала им кошищка-гавешищка сквозь противогаз.
А она, знаиш, такая калошеньки была, што ей даже и страшни противогаз шел. Прям как тебе.
– Канешна, починим. Такая наша бработов, – сказали сери толсти котики с пистолетиками.
Взяли в лапки иголощки и зашили в женщинов псе-превсе дырощки. Стала женщинов целеньки-прецеленьки, как кукумбер. Ето агурец по инглишу, бестолощ ти. И сразу женщинов улыбаца начала. И сразу апять свои дуряцки сериалы включила.
– Вы едиоты? – сказал кошищка-гавешищка. – Псе дырощки нафига зашили?! Вот ету, и ету не нада! Как она делищки-то делать будит? Вы бащкой-то думайти, хоть иногда.
– Ой, – сказали сери толсти котики с пистолетиками. – Перестарались немнощка, хе-хе-хе.
Ну и, знаиш, псе, што нада, распустили абратна.
Такая вот сегодня сказощка, котятощки.
Вощим, помнити, што где-то есть Кошищкина полиция, и она псегда придет на помощ. Следити за своими душевни дырощками. Если в них покласть што-то теплое или смешное, они сразу сморжеппливаются и даже совсем исчезают навсегда. Я ето точно знаю. Вот сказощку ету туда покладити. Тепленьки сказощку-обнимашку для тебя и меня.
ПыСЫ:
А будити ржать, мы нощью из-под кровати вылезем и вам псе нужни дырощки нафиг зашьем!!! Будешь писить через ухо!!!
ПыСы:
Не зашьем, не бойся, кошищка шутит.
В етой истерике истории тоже есть кошищка-гавешищка, пусть немнощка, но есть.