— Километра три примерно, — ответил Денис.

— Тогда вперёд. Желательно до темноты найти какое‑то убежище, — сказал Дмитрий.

Денис кивнул и молча пошёл вперёд, выбирая путь между зарослями крапивы. Его силуэт чётко вырисовывался на фоне неба, а шаги звучали приглушённо.

Сергей и Дмитрий последовали за ним. Сергей шёл, нервно оглядываясь по сторонам, его пальцы то и дело сжимались в кулаки. Он старался не смотреть на Дмитрия, будто боясь увидеть в его взгляде то, о чём не хотел знать.

Дмитрий замыкал группу, периодически останавливаясь, чтобы прислушаться к звукам. В его голове крутились мысли о предстоящем ночлеге, о том, как организовать дежурства, где искать припасы. Но поверх всего этого — тяжёлый осадок от принятого решения. Он глубоко вдохнул, пытаясь сосредоточиться на настоящем:

Группа двигалась молча, каждый погружённый в свои мысли, но объединённый одной целью — выжить.

Трейлер стоял посреди леса на небольшой прогалине, окружённой высокими соснами и густыми зарослями можжевельника. От кооператива отъехали километров на пятнадцать на север, как и сказал Дмитрий. Углубились в лес настолько, насколько позволили растущие кругом деревья — наезженной дороги не было, лишь едва заметная колея, протоптанная неизвестно кем и когда. Земля под колёсами была рыхлой, усыпанной сосновыми иглами и мелкими ветками.

Денис, убедившись, что тут безопасно — насколько это возможно в нынешних условиях, — сел в машину и уехал обратно. Группа осталась ждать. Воздух был напоён запахом хвои и нагретой на солнце земли. Где‑то вдали перекликались птицы, а в траве неумолчно стрекотали кузнечики.

Время тянулось медленно. Никита находился на крыше трейлера, лёжа на животе и внимательно обозревая окрестности в бинокль. Каждый шорох в лесу заставлял его напрягаться, но пока всё оставалось спокойным.

Андрей был внизу, возле передней двери трейлера. Он то и дело поглядывал по сторонам, периодически проводя рукой по коротко стриженным волосам. В его глазах читалась настороженность — он явно пытался представить, откуда может появиться угроза.

Рядом ходила Ольга, курила одну за одной сигареты, нервно передёргивая плечами. Пепел падал на землю, а она даже не замечала. Её пальцы дрожали, когда она подносила огонь к новой сигарете, а взгляд постоянно метался между лесом и трейлером.

Остальные были внутри.

Карина находилась на верхнем ярусе трейлера. Она лежала, глядя в боковое окно, за которым проплывали облака. Её лицо было бледным, а в глазах застыла тревога. Рядом расположился Марсель — чёрный мейн‑кун. Никита попросил присмотреть за ним: кот не любил шум и суету, но сейчас лежал спокойно, щуря свои огромные янтарные глаза и изредка шевеля ушами при каждом новом звуке.

На месте водителя сидел Максим. Он задумчиво смотрел перед собой, размышляя, как ситуация вышла из‑под контроля полностью. В голове крутились одни и те же мысли: «Зря я думал, что у нас надёжное убежище. Последние события показали, что мы сильно уязвимы». Он мысленно перебирал варианты — где искать оружие, куда двигаться дальше, как защитить людей. И понимал: чтобы хоть как‑то быть в безопасности, придётся приложить максимум усилий.

Рядом на пассажирском сиденье расположился Николай Иванович. Он дремал, откинувшись на спинку кресла. Его седые волосы слегка растрепались, а на лице застыло выражение усталого спокойствия.

В середине трейлера возле стола сидели остальные: Аня, Елена, Светлана, Виктор и его внук Егор. Все молчали. Каждый думал о своём — о доме, о том, что ждёт впереди. На столе лежала карта местности, но никто не решался её развернуть: казалось, любое действие может нарушить хрупкое равновесие тишины.

В задней части трейлера на кровати спал пьяный Матвей. Его храп был единственным источником звука, нарушавшим тишину. Стойкий запах перегара распространялся по всему салону. Он лежал на спине, раскинув руки, а его лицо, покрытое щетиной, выражало странное безмятежное спокойствие, словно он забыл обо всех опасностях мира. Время от времени он ворочался, бормотал что‑то невнятное, но тут же снова погружался в тяжёлый сон.

За окном жаркий летний день. Группа ждала — ждала, когда вернётся Денис, ждала решения, ждала… чего‑то неизбежного.

День клонился к вечеру. В лесу темнеет раньше, даже летом в июне. Последние лучи заходящего солнца едва пробивались сквозь густую крону, окрашивая стволы деревьев в багряные тона. Сумрак медленно окутывал лес, превращая привычные очертания в загадочные силуэты.

Никита, лежавший на крыше трейлера, вдруг вскинул бинокль, заметив вдали едва уловимое движение. Он замер, напряжённо всматриваясь сквозь оптику. Через несколько секунд его лицо озарилось радостью — он разглядел белую машину скорой помощи с красным крестом на боку. Кузов поблескивал в последних лучах солнца.

Не теряя ни секунды, Никита быстро спустился по металлической лестнице, с грохотом распахнул дверь трейлера и вбежал внутрь:

— Там наши, едут!

Его голос прозвучал как сигнал пробуждения. Все встрепенулись, словно из долгого оцепенения. Карина, до этого неподвижно сидевшая у окна, резко подняла голову. Максим, погружённый в размышления за столом, вскочил так резко, что опрокинул кружку.

Один за другим они поспешили на улицу, невольно ускоряя шаг. Первым вышел Максим, за ним — Ольга, затем Карина, осторожно придерживая дверь, чтобы не задеть спящего на верхней ступеньке Марселя. Аня и Елена, до этого тихо переговаривавшиеся в углу, последовали за остальными.

Когда группа оказалась снаружи, уже сгущались сумерки. Воздух стал прохладнее, и на траве появилась первая роса. Все невольно вытянули шеи, пытаясь разглядеть вдали белую машину.

— Точно наши? — с надеждой в голосе спросила Аня, вглядываясь в даль.

— Сто процентов! — уверенно ответил Никита, всё ещё держа бинокль у глаз. — Вижу знакомые лица.

Андрей, до этого молча стоявший в стороне, облегчённо выдохнул и провёл рукой по лицу. Даже Матвей, до этого дрыхнувший в задней части трейлера, выбрался наружу, щурясь от полумрака.

Машина медленно приближалась, её фары прорезали сумрак, отбрасывая длинные тени. С каждым мгновением надежда в глазах людей становилась ярче. Они стояли плечом к плечу, забыв о усталости и тревогах, сосредоточив всё внимание на приближающемся транспорте.

Когда машина наконец остановилась в нескольких метрах от них, дверь распахнулась, и из неё вышли Дмитрий, Сергей и Денис.

В этот момент напряжение, копившееся целый день, словно схлынуло. Кто‑то из группы не сдержал слёз, кто‑то облегчённо рассмеялся. Даже самые сдержанные не могли скрыть радости, ведь они живы.

Карина подбежала к отцу, обняла его крепко‑крепко, прижалась всем телом, не говоря ни слова. В её движениях читалась такая отчаянная потребность в защите, что у Дмитрия сжалось сердце. Он почувствовал, как дрожат её плечи, и сам невольно сглотнул комок в горле.

Дмитрий обнял её в ответ, нежно провёл рукой по спутанным волосам, затем чмокнул в макушку:

— Ну, как ты тут без меня?

— Всё хорошо, пап, — тихо ответила Карина, голос её звучал чуть приглушённо из‑за прижатого к отцовской груди лица. Она не спешила отстраняться, словно пыталась впитать в себя это ощущение безопасности.

Тем временем Матвей, покачиваясь и слегка пошатываясь, подошёл к Денису. Его глаза были мутными, а движения — неуверенными.

— Братишка, выпить есть что‑нибудь? — пробормотал он, пытаясь сфокусировать взгляд на лице Дениса.

Денис тяжело вздохнул, смерил брата строгим взглядом:

— Нет. Иди спать.

Дмитрий обвёл всех взглядом — внимательным, оценивающим. Он заметил усталость в глазах каждого, следы пережитого стресса на лицах, но также и проблески надежды, появившиеся с их приездом.

— Собирайтесь, поедем. Мы присмотрели дом, недалеко отсюда. На первое время. Потом будем искать что‑то постоянное.

— А что с нашим домом? — тихо спросила Ольга, её голос дрогнул.

— Там небезопасно, бандиты могут вернуться. Да и разломали они там всё, — ответил Денис, его лицо оставалось серьёзным, почти каменным.

— Ну, тогда поехали, — сказал Максим, первым направляясь к трейлеру. Его движения были резкими, нервными — он явно пытался скрыть за деловитостью внутреннее напряжение.

Люди друг за другом шли в трейлер, занимая привычные места. Кто‑то устало опустился на сиденье, кто‑то начал раскладывать вещи, кто‑то просто закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями.

— Кариш, иди в скорую, поедешь вместе со мной, — сказал Дмитрий, слегка отстраняя дочь.

Карина, улыбнувшись, кивнула и пошла к машине. Её шаги были лёгкими, почти невесомыми, словно она боялась нарушить хрупкое ощущение безопасности, накрывшее её после встречи с отцом.

Дмитрий в два шага догнал Аню, которая молча направлялась к трейлеру. Он мягко придержал её за локоть, и она обернулась. В её глазах читалась смесь усталости и настороженности, но также — едва уловимая искра ожидания.

— Поедешь со мной на скорой? — просто спросил он, глядя ей прямо в глаза.

Аня продолжительно вглядывалась в его лицо — в каждую морщинку, в глубину взгляда, словно пытаясь прочесть все невысказанные мысли. Дмитрий затаил дыхание, чувствуя, как внутри нарастает странное волнение, которого он давно не испытывал.

— Поеду, — наконец сказала она, и в её голосе прозвучала тихая решимость.

Лицо Дмитрия разгладилось, из глаз ушло тревожное ожидание, плечи расслабились. Он подал ей руку — не как лидер, отдающий приказ, а как человек, нуждающийся в поддержке. Аня приняла её, и они вместе двинулись к машине скорой помощи.

Дом нашёл Денис, когда они ехали из кооператива. Не доезжая до трейлера километров пять, он из окна заметил несколько крыш, проступающих сквозь густую листву в глубине леса.

Все прильнули к окнам. Даже сонный Матвей приоткрыл один глаз, пытаясь разглядеть, что привлекло всеобщее внимание.

Машина медленно продвигалась вперёд, подминая молодую поросль и цепляясь за низко нависающие ветви. Через несколько минут перед ними открылся небольшой двор, окружённый вековыми соснами и елями.

Дом стоял на возвышении, словно спрятанный от посторонних глаз. Одноэтажное строение с мансардой, обшитое свежими светлыми досками, выглядело ухоженным и крепким. Рядом — аккуратный сарай с новой дверью, чистый колодец с журавлём. На крыльце — ни соринки, ни сухой ветки; окна, чистые и блестящие, смотрели на пришельцев приветливо, будто ждали гостей.

Добравшись до дома, они припарковали машины как можно глубже в лесу — так, чтобы с дороги их точно не было видно. Денис лично проверил, хорошо ли замаскированы следы шин, затем удовлетворённо кивнул:

— Теперь хоть немного спокойнее.

Измученные и уставшие, все по очереди выбрались из машин. Движения были медленными, будто каждый шаг требовал невероятных усилий. Кто‑то потянулся, разминая затекшие мышцы, кто‑то просто опустился на траву, не в силах стоять.

— Ну что, осматриваем? — спросил Дмитрий.

Группа разделилась: одни пошли вокруг дома, проверяя окна и двери, другие направились к сараю и колодцу. Денис и Дмитрий первыми поднялись на крыльцо. Дверь пришлось взламывать, она была закрыта на замок.

Они вошли внутрь, вдыхая свежий, чуть пахнущий древесиной воздух.

Внутри царил порядок. Просторная прихожая с вешалками и зеркалом, светлая гостиная с большим столом и удобными стульями, современная кухня с газовой плитой и вместительным холодильником. В углу — камин с чугунной решёткой, на стенах — картины и стильные постеры. Всё выглядело так, будто хозяева лишь ненадолго отлучились.

— Жить можно! — с облегчением произнёс Максим, проводя рукой по столешнице. Поверхность была покрыта тонким слоем пыли. — Да тут даже лучше, чем мы рассчитывали.

Ольга осторожно приоткрыла одну из дверей, заглянула в соседнюю комнату:

— Тут две спальни. Кровати с ортопедическими матрасами, постельное бельё в шкафу, всё новое, даже в упаковках.

Тем временем снаружи раздались голоса:

— Колодец хороший, — крикнул кто‑то из тех, кто проверял воду. — Вода чистая, холодная, пахнет свежестью.

— Сарай тоже в порядке. Инструменты в идеальном состоянии, есть запас дров, даже пара канистр с керосином нашли! — добавил Денис, выходя из пристройки с довольной улыбкой.

Постепенно напряжение в группе начало спадать. Они оглядывались по сторонам уже не с настороженностью, а с робкой надеждой. Это место не просто давало крышу над головой — оно словно обещало передышку, возможность восстановить силы и обдумать дальнейшие шаги.

— Ладно, — сказал Дмитрий, обводя всех взглядом. — Распределяем обязанности: кто‑то готовит еду, остальные — обустраивают спальни. Завтра с утра продолжим осмотр.

Люди медленно разошлись по дому, каждый занялся своим делом. Где‑то щёлкнула зажигалка, зазвенела посуда, послышался приглушённый смех — первый за сегодняшний день. Дом, хранивший тишину долгое время, наконец оживал под звуки голосов, наполняясь теплом и жизнью.

Женщины заняли одну спальню — просторную, с двумя широкими кроватями и прикроватными тумбочками. Ольга, Карина, Елена, Светлана и Аня аккуратно разложили вещи у стены, повесили на крючки полотенца и с облегчением опустились на мягкие матрасы. Электричество было, поэтому впотьмах ходить по дому не пришлось. Они тщательно занавесили все окна толстыми покрывалами, чтобы ни единый лучик света не пробился наружу и не привлек внимание случайных недоброжелателей с дороги.

В мужской спальне обстановка была куда менее уютной. Кроме Матвея, который сразу после приезда рухнул на кровать и захрапел, заполнив комнату стойким запахом перегара, остальные мужчины собрались обсудить дальнейшие действия. Денис только вздохнул от бессилия — бороться с пьянством брата было невероятно сложно, и эта проблема давно тяготила его.

Дмитрий, сев на край кровати и опершись локтями о колени, подробно рассказал о наблюдении за бандитами и о том, что удалось выведать у пленника. Его голос звучал ровно, но в глазах читалась холодная решимость.