Услыхав о пригороде, большинство североамериканцев, скорее всего, представят себе полутораэтажные дома, извивающиеся улицы, тротуары, уставленные трехколесными велосипедами, аккуратные газоны и раскидистые деревья. На деле пригороды сильно отличаются друг от друга в зависимости от обстоятельств их возникновения, цены, размера, времени использования, организации управления, а также в связи с доходами, уровнем образования и стилем жизни их обитателей. Внешний вид пригородов отражает эти различия. Имеют свое значение и географические факторы – например, такие, как удаленность от центра города и характер местности: поросшие лесом холмы или пашни на равнине. В основе своей пригород может быть деревней, которую наводнили и присвоили себе горожане, или совершенно новым поселком, который был построен на месте кукурузных полей крупным девелопером с использованием современных технологий. Это может быть старый жилой район поблизости от даунтауна, который состоит из окруженных вековыми деревьями просторных домов, выстроенных на относительно небольших участках, и нескольких уютных магазинчиков, которые торгуют чем-нибудь особенным, или расположенная на городской периферии и ориентированная на представителей верхнего среднего класса новая территориальная община с большими домами в стиле ранчо, просторными пустыми лужайками перед домами, широкими тротуарами и огромным торговым комплексом. Пригород может располагаться на поросших лесом холмах и состоять из домов, построенных по одному проекту, детали которого были приспособлены к этой местности, или выстроен в полях и отличаться стилевым и конструктивным разнообразием домов и ландшафтного дизайна. Пригород может состоять из рядовых домов с практически идентичными квартирами или роскошных особняков, поставленных на участках площадью один акр (40 соток).

Как таковые, пригороды представляют собой этап процесса урбанизации. Со временем в них появляются не только городские удобства, но и менее привлекательные городские черты. Обеспеченные жители пригородов знают об этом и изо всех сил стараются защитить свои маленькие утопии от перемен, достигая немалого успеха благодаря своей организованности и богатству. Для большинства жителей пригородов перемены неизбежны. Во многих случаях люди хотят их и осуществляют намеренно, поскольку, в отличие от представителей обеспеченного класса, которые могут позволить себе переезд в поселки со всеми удобствами, представители среднего класса часто переезжают в полупостроенные поселки, многочисленные недоделки которых сводят на нет присущую им новизну и аккуратность. Плохо это или хорошо, но облик пригородов может существенно измениться всего лишь за десятилетие. Процитируем пару мест из замечательного описания Левиттауна на Лонг-Айленде, составленного социологом Уильямом Добринером. В первом отрывке приводится состояние поселка в 1950 году, когда он был совершенно новым, во втором – то, как он выглядел дюжину лет спустя.

Прогулка по Левиттауну весной 1950 года поражала новизной всей его обстановки: свежевыкрашенные дома с фасадами, отделанными западной сосной663; колеи, оставленные «Шевроле» и «Фордами» 47‑го года выпуска, подъезжавшими к своим гаражам; трава, растущая с каждой неделей все смелее; тощие молодые деревца, по три на дом, вставшие, словно смущенные часовые, вдоль плавного изгиба тротуаров. Шум, велосипеды, тачки и детские коляски. Группы домохозяек, рассевшихся на лужайках рядом с оживленными детскими площадками. Стайки трех- и четырехлетних детей, с визгом и хохотом вбегающих в дома и выбегающих из домов. Молоковоз, по каким-то своим делам мчащийся по дороге. Теперь уже переставшие болтать женщины, внимательно наблюдающие за коммивояжером, который припарковал свою машину и пытается отыскать дом № 107. И над всем этим купол безоблачного неба – огромная, чистая, лазурная сила, обнимающая собой весь Левиттаун. В прекрасный солнечный день Левиттаун блистает синим и зеленым и близок небу. Но только дома дотягиваются до него. Все остальное – еще молодо, только растет, еще не далеко от земли664.

Двенадцать лет спустя большая часть этой новизны пропала. Много молодых деревьев погибло. На некоторых улицах почти не осталось деревьев, в то время как другие утопают в загородной зелени. Как сторонний наблюдатель, Добринер, кажется, не был особенно впечатлен любительским благоустройством. Однако, как косвенно следует из его описания, с точки зрения самих жителей попытки благоустройства не воспринимались как что-то неудачное, но, напротив, казались выражением свободы творчества, в которой им было отказано в городе. Добринер пишет:

Как община, Кейп Код, кажется, утратил былой задор. Когда-то они были оригинальными и даже очаровательными. Дизайнеры «Левитта» предложили для района продуманные и сбалансированные цветовые решения. Но потом – индивидуализм, безразличие, пренебрежение, разные представления о вкусах – все поменялось. Каждый красит так, как пожелает: киноварь, аквамарин, шартрез, лазурь и розовый. Из крыш торчат самодельные мансарды. Все чердаки перестроены. Там и сям видны недостроенный гараж, залатанный бетон, расколотый шифер, грязь и отпечатки детских пальцев на облупившейся голубой двери, сломанный штакетник, засохший кустарник, грязный вытоптанный газон…665

Жилые пригороды экономически и культурно паразитируют на городе. Некоторые общины пытаются выделить участки под создание культурных учреждений и таким образом добиваются определенной независимости. Они привлекают на свою территорию экологически чистые предприятия, которые позволяют создать рабочие места и облегчить бремя школьного налога. Два пригорода Миннеаполиса, Хопкинс и Голден-Вэлли, могут похвастаться промышленными предприятиями, которые предоставляют столько рабочих мест, что их потребности нельзя полностью закрыть при помощи одного местного населения666. Однако даже богатым территориальным общинам трудно поддерживать культуру любого масштаба, пока они не сумеют объединить ресурсы. Благодаря привлечению музыкантов и аудитории из других городов расположенный в штате Нью-Йорк округ Вестчестер сумел создать и поддерживать три симфонических оркестра. Некоторые пригородные территориальные общины Лонг-Айленда налаживают более тесные контакты друг с другом, чтобы обмениваться культурной информацией, организационными методами и даже аудиторией667.

Пригороды могут меняться по разным причинам. Одни уступают натиску бизнеса или промышленности, другие – намеренно стремятся к этому, третьи – переживают вторжение меньшинств, а четвертые их приветствуют. Пригород может усердно стремиться к улучшению своей общественной библиотеки и других культурных учреждений. Все это шаги к другому, более урбанистическому образу жизни, возможно, даже капитуляция, невольная или добровольная, перед городскими силами и ценностями.