Саша легла рано. Отправила Егору горстку смайликов, но сообщение зависло.

– Опять интернет не ловит, – зевнула девушка и положила телефон на пол, рядом с изголовьем кровати.

Поворочавшись немного на мягкой пуховой перине, Саша погрузилась в сон. Пробудилась она от непривычного глухого звука. Приоткрыв глаза, прислушивалась минуту-другую. Тишина. И кромешная темнота густой, как дёготь, деревенской ночи.

«Показалось», – подумала Саша и, натянув одеяло до подбородка, начала проваливаться в дрёму.

Шум повторился. Снова и снова. Саша приподнялась на локте. Замерла.

Звук раздавался прямо над головой. Монотонное «бух, бух, бух». Потом пауза, длящаяся от нескольких секунд до нескольких минут. И снова – «бух, бух, бух».

– Кто-то ходит на чердаке, – прошептала Саша, и по спине пополз холодок.

Комната родителей располагалась на первом этаже, рядом с гостиной и маленькой кухней. Саше выделили спальню на втором. Рядом ютился компактный кабинет с высокими стеллажами, полными книг. Арендодательница Маргарита Олеговна говорила, что в кабинете прежде работал бывший хозяин голубого домика Родион Борисыч.

Над чем работал, Саша узнавать не стала – какая разница, если человека уже нет в живых.

На чердак ни Саша, ни папа с мамой не заглядывали. По словам Маргариты Олеговны, там годами копился разный хлам: сломанная газонокосилка, покрытый ржавчиной велосипед, какие-то полусгнившие доски и шкафы с разболтанными дверцами.

«Бух, бух, бух», – гулкие шаги вывели Сашу из задумчивости.

Девушка свесилась с кровати и потянулась к телефону. Часы на экране показывали без десяти минут полночь.

– Интересно, кому не спится? – Саша спустила ноги на пол, посидела в нерешительности.

Вспомнилось замечание Егора о том, что леденящие кровь истории лучше не рассказывать на ночь глядя.

– Это мне мерещится. Напугал всё-таки Егор, вот и разыгралось воображение, – Саша принялась разговаривать сама с собой. Так бывало всякий раз, когда она волновалась.

Внезапно за окном раздался скрип и скрежет. Будто длинный острый ноготь царапал стекло со стороны улицы. Саша охнула и вцепилась в край одеяла.

Просидев с зажмуренными глазами некоторое время, девушка наконец вышла из оцепенения. Шум на чердаке стих. Скрежет за окном остался, но был таким слабым, что различить его удавалось с трудом.

– Так, Санчоус, без паники! – приказала себе Саша. – Всё можно объяснить логически. На улице ветрено, и ветки сирени в палисаднике скребут по стеклу. А на чердаке бегают мыши. Правда, лапки у них крошечные… И это «бух, бух» больше похоже на удары чьих-то пяток. Но… Наверное, в деревенских домах такая акустика. Хотя, конечно, звучит глупо.

Саша легла в постель, чувствуя, как прилипла к спине мокрая от пота футболка. Ладони были ледяными, и девушка попыталась согреть их, спрятав под подушку.

«Бух, бух, бух», – шаги на чердаке зазвучали с новой силой.

– Может, Уголёк проказничает? – Саша представила, как чёрный кот носится по чердаку, охотясь за мышами. Но тут же отмела эту мысль. Слишком уж тяжёлый топот, Уголёк на такое не способен. – Или это папа? Полез на чердак за… инструментами.

Зачем папе инструменты в столь поздний час, Саша размышлять не хотела. Она ухватилась за более или менее разумное объяснение и попыталась прогнать мерзкий страх, прокравшийся под одеяло.

– Наверное, папа хочет сделать для нас с мамой сюрприз, – бормотала Саша, сражаясь с бессонницей. – Завтра утром мы втроём посмеёмся над всей этой историей.

Подниматься на чердак, чтобы проверить свою догадку, Саша не спешила. На всякий случай она отправила папе сообщение: «У нас что, ночной забег на короткие дистанции?» Но, как и следовало ожидать, сообщение застряло, не долетев до адресата.

– Дурацкий интернет, – проворчала Саша. – И чердак дурацкий. А я, оказывается, жуткая трусиха!

Вдалеке прокричал петух. Как же обрадовалась Саша этому предвестнику раннего утра! Залаяла соседская собака, и девушка окончательно расслабилась. Всё самое неприятное позади.

Выпутавшись из одеяла, Саша встала с кровати и подошла к окну. Отодвинула занавеску, чтобы полюбоваться рассветом, и… в ужасе отпрянула в сторону.

Большая чёрная фигура отделилась от их калитки и шмыгнула в кусты у дороги. На секунду Саше показалось, что перед ней предстал волк с лицом человека. А на задних лапах у него – огромные лапти.