Большой бревенчатый дом, осевший на один бок и потемневший от времени, стоял на отшибе, у самого леса.

Три окна были наглухо заколочены серыми досками. Крыльцо практически полностью сгнило. В крыше зияли дыры, через одну из них пробивалось хлипкое деревце. Тропинка, ведущая из деревни к дому, заросла крапивой и лопухами.

Люди уже и не помнили, кто построил этот дом и кто в нём прежде жил. Кажется, он всегда был пуст и печален.

Поговаривали, будто в безлунные летние ночи здесь собираются на шабаш лесные ведьмы. И горе тому, кто отважится заглянуть к ним на огонёк. Из проклятого дома живым не возвращался никто…

За домом скрипели на ветру сосны-гиганты. Рядом, в долине реки Песчанки, зеленело смрадное болото.

«К проклятому дому да к болоту пойдёшь – навек пропадёшь», – пугали молодёжь старожилы.

Никто и не ходил. Почти никто.

* * *

Пригнувшись к сырой земле, из высокой травы выполз чёрный кот. Оглядевшись по сторонам, зверь направился к бревенчатому дому. На полпути замер, навострил уши.

Кто-то шёл следом за ним: кот уловил человеческую речь. Желая избежать встречи, Уголёк – а это был именно он – шмыгнул обратно в траву.

Мимо протопали ноги в заляпанных засохшей грязью резиновых сапогах. Недовольный голос нарушал гармонию летнего утра.

– …опять за своё! Я твержу-твержу… Как об стенку горох! Что у них брать-то? Мелкая рыбёшка. Ему бы покрупнее, посолиднее. Прошлым летом везло: городские повалили. Работы – невпроворот! А нынче что? Тьфу! Он всё к родионовским просится, да я отговариваю. Не время. Пока не время. Котяра там снова прижился. Умный котяра, чёрт ему на хвост! Однажды чуть не испортил всю малину. На волоске от гибели висели. Не-е-ет, теперь мы осторожненько. Учёные мы, не хухры-мухры. Однако ж поспешить надо, как бы не хватились меня. Успеть бы затемно. Жуткое местечко! Ещё бабка моя, царствие ей небесное, беззубым ртом шамкала: «Не ходи к проклятому месту, не испытывай судьбу!» Ух, как стонут сосны от ветра. Или то ведьма в лесу воет? Он смеётся, мол, чепуха. А мне жутко. Уж сколько лет прошло, всё равно так и стынет в жилах кровь, так и стынет…

Уголёк смотрел вслед удалявшейся фигуре. Шерсть на спине вздыбилась, глаза сверкали. Дождавшись, когда голос стихнет за поворотом, кот бросился бежать в сторону жилых домов.

Небо над деревней затягивало тучами. Надвигалась гроза.