Если бы было можно, ходила бы голышом. Колготки «кусаются», резинки от трусов натирают и давят. Любое платье сковывает движение. Начинает плакать: ей неудобно. Спит исключительно голышом, потому что одежда под одеялом закатывается, слезы: «Я так не могу уснуть». В носках шов неудобный, футболка длинная, штаны колючие, сапоги обувает исключительно без носков, иначе «носок сползает». Покупаем все хлопковое, на несколько размеров больше, позволяем самостоятельно выбирать вещи в магазине, но это не спасает. Потому что выбранные с вечера носки утром превращаются в инструмент пыток.
Все чаще я встречаю родителей, которые говорят: «У меня высокочувствительный ребенок». При мне две знакомые мамы высокочувствительных девочек обменивались марками проверенных «неколючих» носков и лучших кондиционеров для белья. Стало ли на самом деле в мире больше высокочувствительных детей? Думаю, раньше их было столько же, просто родители не знали такого термина и такого феномена.
Когда я была маленькой, я точно была «высокочувствительным ребенком». Помню, как ненавидела колготки и носки после стирки. Такие они становились тугие, жесткие, кусачие. «Потерпи, – говорила мне мама, – надо чуть-чуть потерпеть. Привыкнешь – перестанешь замечать». На самом деле так и было. Некоторое время ощущался дискомфорт, но потом ощущения пропадали. Так в норме работает наш мозг. Обрабатывает сигнал от одежды, а потом перестает, потому что нет необходимости, ничего же не меняется.
Любая одежда доставляла мне дискомфорт. Резиночки и пояски давили, платье сковывало движения, от шапки чесался лоб, а варежки были колючими. Но всегда работало правило: «Потерпи, привыкнешь, перестанешь замечать». Худшее из еженедельных испытаний – стрижка ногтей. Всегда до слез, настолько некомфортным было ощущение «лысых пальцев» – так сразу после процедуры я их называла. Я совсем иначе чувствовала собственные пальцы после того, как с них пропадало по одному миллиметру ногтей. И опять меня утешали словами: «Надо чуть-чуть потерпеть».
С каждым годом становилось все легче, моя адаптивность росла. В школьном возрасте я уже не помню, чтобы какая-то одежда вызывала сильный дискомфорт. Если бы мне не предлагали потерпеть (кстати, мягко, с любовью, сочувствием), возможно, не было бы роста адаптивности.
В вопросе одежды, как и во многих других вопросах, важно не уйти в крайность. Постоянно создавая максимальный телесный комфорт, мы препятствуем развитию адаптивности и переносимости, и «высокочувствительность» сама по себе с возрастом не уменьшается. Знала девочку-подростка, которая отказывалась носить вещи после стирки, потому что менялось ощущение от ткани. Ей в детстве не говорили: «Потерпи». Ей покупали десять новых футболок на лето. Когда очередная футболка всем своим видом начинала умолять о стирке, ее выкидывали и доставали из запасов новую.
Позиция «у меня высокочувствительный ребенок» грозит опасностью не заметить психическое заболевание. Если мы время от времени предлагаем ребенку потерпеть дискомфорт (в другую крайность тоже не впадаем, не создаем дискомфорт специально), то возможны два варианта. Первый: ребенок адаптируется и перестает ощущать дискомфорт. Второй: не адаптируется, позитивной динамики не наблюдаем. В этом случае лучше показать ребенка психиатру.
ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА
Избирательность в одежде и повышенная сенсорная чувствительность (ощущение дискомфорта даже от небольших воздействий разного характера, когда для ребенка все слишком шумно, слишком ярко, слишком давит, слишком колет и т. п.) в некоторых случаях бывают симптомами неврологического неблагополучия или психического заболевания.
В норме особенностью всех сенсорных рецепторов является их способность частично или полностью адаптироваться к любому постоянному стимулу после некоторого периода его действия. Это означает, что наша нервная система в основном доводит до уровня сознания только новые или изменившиеся ощущения. Попробуйте смотреть на что-то пристально, не двигая зрачками, – очень быстро изображение станет расфокусированным, размытым. Зрачки глаз должные постоянно совершать микродвижения, чтобы ощущения от изображения менялись и мы могли его воспринимать. Точно так же с телесными ощущениями: давление, нажатие, воздействие новой фактуры воспринимается только первые несколько секунд или только если мы на них специально сосредоточимся. В остальных случаях мы перестаем их замечать, так как сигнал от соответствующих рецепторов перестает поступать на центральный уровень. Исключение составляют сигналы от рецепторов, которые передают жизненно важную информацию (например, от болевых рецепторов). Таким образом, в норме мы ощущаем одежду в момент ее надевания и некоторое время после (конечно, если она не доставляет болевых ощущений), а потом просто перестаем замечать на себе. Если этого не происходит, то в первую очередь стоит обратиться к неврологу.
Если подобная повышенная чувствительность сочетается с особыми идеями и стереотипами (надевать только белое или не больше трех вещей, или одеваться в определенном порядке, или носить одежду только определенного фасона), необходима консультация психиатра.
Случай из практики: ребенок с признаками аутизма очень привязан к одной куртке, другую одежду на улицу не надевает, но куртка стала мала. Родителям пришлось изучить большое количество сайтов и объехать несколько ближайших городов, чтобы купить ребенку точно такую же куртку на размер больше. Не сделать этого было нельзя, так как он просто сидел дома, отказываясь надевать что-либо другое. Это признак нарушенной социальной адаптации. Если присутствуют такие проявления, то это указывает на наличие заболевания, которое необходимо лечить.