Раб крови придержал для меня дверь, и мы вошли в полутемный бар. Толпа фанатов донесла запах пролитого пива, мокрых сигарет и чего-то похожего на блевотину из туалета на заднем дворе.

— Очаровательно, не правда ли? — Сказал Арно через своего подчиненного, затем скользнул к длинной стойке.

В одном конце трое посетителей бара опустились на табуреты, их лица были прикованы к экрану бейсбольного матча. Бармен, здоровенный мужик в майке с грязными пятнами пота под мышками, тоже уставился на игру.

— Эй, вот и мы! — с фальшивым воодушевлением воскликнул Арно.

Голова у бармена была в форме баклажана, широкая у подбородка, но меньшая и блестящая на макушке. Она слегка поворачивалась, когда он переводил взгляд своих маленьких глаз на нас, при этом его фигура оставалась на одном уровне с вмонтированным телевизором.

— Мы с коллегой не отказались бы от холодных напитков в этот жаркий день. Пару виски со льдом, если хотите — Арно осмотрел верхнюю полку с бутылками ликера, прежде чем остановиться и указать на пыльную бутылку с красной этикеткой — Вот эта подойдет. И сделай им двойную порцию, мой хороший друг.

Бармен прищурился, словно пытаясь понять, не разыгрывает ли его Арно. Когда вампир положил на поцарапанную стойку пару пятидесятидолларовых купюр, бармен, должно быть, решил, что ему все равно. Поднявшись с кресла, он подошел к бутылке, на которую указал Арно, и начал разливать нам напитки.

— Не самое быстрое занятие — сказал мне Арно, забираясь на табурет, не потрудившись понизить голос — Но попрошайкам выбирать не приходится.

— Ты сказал, что прошло десять минут — напомнил я ему, усаживаясь на соседний стул.

— Давайте посмотрим... — Арно взглянул на свои изящные наручные часы — Да, как раз вовремя.

Когда бармен поставил перед нами напитки, Арно подвинул к нему одну из пятидесяти долларовых купюр.

— Это покроет стоимость наших напитков, а также щедрые чаевые, несмотря на то, что вы налили каждому только по одной порции, а затем попытались замаскировать обман обычной водой из-под крана.

Лицо бармена напряглось.

— Вы называете меня мошенником?

— Это... — Арно постучал по второму стаканчику, не обращая внимания на агрессивное поведение бармена — Это за дополнительные услуги.

Взгляд бармена упал на счет.

— Какие услуги? — подозрительно спросил он.

Арно неожиданно расхохотался.

— О, нет, нет. Ничего подобного, мой рослый друг. Нет, мы просто хотели бы ненадолго воспользоваться вашим телевизором.

Бармен повернул голову, чтобы посмотреть на экран. На экране аутфилдер отбивал мяч. Когда бармен повернулся к нам, на его лбу появились морщинки от смущения. Он почесал свой заросший щетиной подбородок.

— Он хотел бы переключить канал — сказал я, выступая в роли переводчика.

— "Метс" играют — сказал бармен, как будто это решало вопрос.

— И я почти не сомневаюсь, что они играют с удовольствием — Арно снова взглянул на часы — Однако нас интересует то, для чего время имеет первостепенное значение. И то, что мы предлагаем взамен, более чем достаточная компенсация. Вы согласны?

— Не могу — сказал он — Те парни в конце бара? Они приходят сюда только ради игр. Они бы меня убили.

Улыбка на лице Арно застыла, и, прежде чем я успел предугадать его следующие слова, он схватил бармена за горло.

— Я полагаю, вы выражаетесь фигурально в отношении своих друзей — сказал он яростным шепотом — Я, однако, не такой, поэтому советую вам слушать внимательно.

Бармен прополоскал горло, его лысина уже покраснела.

— Ты примешь нашу оплату — сказал Арно — и переключишь канал, или я перережу тебе горло и оборву твою жалкую жизнь прямо здесь. Ты понимаешь?

— Эй, да ладно тебе — прошептал я, вынимая меч из трости, готовый броситься на защиту этого человека.

Бармен потянулся к лицу Арно, но хруст хрящей заставил его передумать. Он отчаянно закивал, его выпученные глаза наполнились слезами. В глазах Арно я увидел жажду убийства. Но в следующий момент его рука разжалась, уронив бармена на стойку.

— Господи — выдохнул я, снова обнажая меч. Я украдкой взглянул на посетителей. Их взгляды не отрывались от телевизора.

— Ну-ну, дружище — сказал Арно, похлопывая бармена по тяжело вздымающейся спине — Подождите минутку, чтобы прийти в себя — выпейте стакан воды, если вам это нужно, а затем, пожалуйста, переключите канал на четвертый. О, и дробовика, за которым вы тянетесь, под стойкой больше нет. Я убрал его раньше, на случай провала переговоров. Я рад, что мы смогли прийти к взаимопониманию

Арно подвинул к нему оставшиеся пятьдесят долларов. Бармен перестал шарить под стойкой. Он вытащил из-за пазухи кухонное полотенце, чтобы вытереть лицо, и посмотрел на полтинник так, словно тот мог его укусить.

— Продолжайте — сказал Арно — вы это заслужили.

Бармен взял счет и сунул его в карман. Посетители бара начали протестовать, когда он потянулся и переключил канал. Сюжет переключился на молодую женщину, страстно умоляющую мужчину с мрачным лицом об опеке над их ребенком.

— Мыльная опера?

Арно поднял палец.

— Минутку.

Через несколько секунд мыльная опера переключилась на мэра Баджа Лоудера, стоящего перед трибуной, уставленной микрофонами.

— Мы прерываем эту программу ради специальной пресс-конференции — сказал ведущий новостей за кадром — Мэр собирается объявить о том, что он называет "смелой, новой инициативой", которая может привести к радикальным переменам в городе Нью-Йорк. Сейчас мы ведем прямой эфир с мэрией.

Пока Бадж убирал прядь волос со своего пухлого лица и поправлял круглые очки, мои мысли вернулись к разборкам в его особняке. Вега и я сражаемся с женой мэра и её братьями-оборотнями, Бадж стреляет в меня, я стреляю в его жену, Вега договаривается о нашем освобождении, шантажируя Баджа и Пенни информацией, которую мы обнаружили в ходе нашего расследования.

Как оказалось, нам не стоило беспокоиться о Пенни. Укол, который разорвал её аорту, погрузил её в кому, в которой она все еще находилась. Все лето Бадж информировал общественность о её состоянии. Похоже, это возымело эффект, остановив падение его популярности, несмотря на множество проблем, с которыми столкнулся его разрушающийся мегаполис.

Я предположил, что симпатии все еще преобладали.

— Как у всех дела? — Спросил Бадж с трибуны — Хорошо, хорошо. Как всегда, я начну с новостей о моей любимой жене, о которой многие из вас спрашивали и высказывали свои наилучшие пожелания. По последним подсчетам, нам прислали достаточно растений и цветов, чтобы превратить Центральный парк в прибыльный питомник — Он посмеялся вместе с толпой репортеров, затем сделал паузу, словно собираясь с мыслями — Пенни по-прежнему в коме, но врачи говорят, что её состояние стабильно. На самом деле, они советуют мне поговорить с ней, потому что она, вероятно, слышит, что я говорю. Итак, я рассказал ей несколько вещей. Во-первых, то, что с ней случилось, это моя вина — Он поднял руки в ответ на протестующий шепот — Нет, послушайте, послушайте. Все, что вам сказали, это то, что она впала в кому, но вы не знаете, как она там оказалась. Думаю, пришло время вам услышать.

— Вот и началось — сказал Арно, не отрываясь от своего бокала.

— Что? Что началось? — нервно спросил я.

— Важное открытие.

— На мою жену напали — объявил Бадж.

Кровь отхлынула от моего лица. Я подумал, что он собирается выдать меня. Он собирается обвинить меня в покушении на убийство своей жены. Вероятно, Вегу тоже. И, несмотря на все сочувствие, которое я испытываю к Баджу и его жене, город съест нас живьем. Мой взгляд метнулся к двери.

Холодные пальцы Арно легли на мое предплечье.

— Минутку.

На телеэкране Бадж похлопал по воздуху, заверяя прессу, что ответит на их многочисленные вопросы после того, как закончит свое заявление.

— Да, на нее напали — продолжил он — Но вот в чем дело. Весь город Нью-Йорк подвергается нападению. До меня доходили слухи и донесения. Но я не обращал на них внимания. Только после того, что случилось с моей дорогой женой, я наконец-то увидел свет. Я говорю о сверхъестественных существах. Существах, которых не должно быть. Но я говорю вам, они существуют, и они здесь. Они в нашем городе. И они угрожают каждому из нас.

Вместо того чтобы утихомирить репортеров, Бадж использовал их громкие голоса, чтобы поддержать свой собственный голос, как проповедник на палаточном собрании.

— Многие из вас видели их. Некоторых из вас они преследовали. Некоторые из вас потеряли из-за них близких. Но больше нет. Только не в моем городе.

В последние месяцы я наблюдал, как все больше упырей роются в мусорных кучах Ист-Виллидж, и эту историю начали публиковать даже серьезные газеты. Монстры перестали попадаться на глаза таблоидам.

— Эй — сказал один из посетителей бара — помнишь ту тварь, которая гналась за нами по авеню Си, пару месяцев назад?

— Да, да — ответил его приятель — Большой и уродливый, с длинными руками. Думаете, это был кто-то из сверхъестественных существ?

Бармен шикнул на них.

— Это второе, что я говорю Пенни, пока она борется за свою жизнь — продолжил Бадж — Что монстр, напавший на нее, никуда не денется. Мы собираемся выследить его вместе со всеми другими сверхъестественными существами, заполонившими наш город, и уничтожить их.

— Чертовски верно — сказал третий посетитель бара.

— Итак, сегодня я выступаю перед своим городом, чтобы объявить о создании полиции Нью-Йорка в составе ста человек — он повернулся и протянул руку чернокожему мужчине средних лет с мрачным лицом и густыми усами — Сотня, возглавляемая капитаном Лэнсом Коулом, возглавит усилия по искоренению и уничтожению сверхъестественной напасти в нашем городе. Монстры, это истинный корень зла. А не налоги, или отсутствие городских служб, или какие-либо другие второстепенные проблемы, в которые мой оппонент хотел бы вас убедить. Как только монстры будут уничтожены, как только улицы и парки станут безопасными, я обещаю вам, люди и предприятия, которые бежали, вернутся и восстановят славу нашего великого города.

С этими словами он развел руками.

— Итак, теперь вы видите — сказал Арно, когда Бадж начал отвечать на вопросы.

Я посмотрел вдоль стойки, туда, где бродил бармен. Он беседовал с посетителями. Когда я повернулся к Арно, у меня разболелась голова от начинающейся мигрени.

— Я чувствую, что мне сделают предложение — сказал я.

— Или, возможно, взаимовыгодное соглашение.

— Дай угадаю, новый пакт между волшебниками и вампирами.

— Объединились, чтобы защитить наше законное место в городе — сказал он.

Я покачал головой.

— Я больше не собираюсь с тобой связываться.

— Не думаю, что у вас есть выбор, мистер Крофт, если, конечно, вы не решите бежать. Но я чувствую, что это будет нелегко для того, чья сила проистекает из уникальной энергии города.

Он был прав в том, что сила волшебника приспосабливалась к окружающей среде, в которой он практиковал, к определенному рисунку силовых линий. Конечно, можно было переместиться, но требовалось время, чтобы полностью приспособить новые энергии к своим целям, особенно для такого относительно нового практикующего, как я.

— Если вы останетесь — продолжил Арно — я единственный, у кого есть укрепление и достаточное количество людей, чтобы защитить его.

— Тогда зачем я вам нужен?

— Потому что в разгар войны приходится прибегать к помощи, заключать странные союзы, усиливать оппозицию. Просто взгляните на любой из величайших конфликтов в истории. Вскоре мы можем оказаться в невыгодном положении.

— И что, по-твоему, я могу сделать? — Сказал я — Собрать местных волшебников и отправить их в Финансовый район? Сказать им, что мы присоединяемся к команде вампиров?

Хотя я и улавливал магические ауры по всему городу, я понятия не имел, кто принадлежал к Ордену, а кто нет. Моя организация была сильно разобщена, либо чтобы сохранить свою секретность, либо чтобы уменьшить вероятность того, что пользователи магии объединятся для восстания. Оба объяснения имели смысл. Я был уверен, что я был не единственным, кто ставил под сомнение авторитет Ордена.

— Это выше моего магического уровня — сказал я.

— Очень хорошо — коротко ответил Арно — Я полагаю, что потребуются обстоятельства, чтобы убедить вас. А пока...

Он допил свой напиток, бросил передо мной двадцатку, чтобы заплатить за такси, и соскользнул со стула. Прежде чем я успела что-либо сказать, дверь в бар открылась и закрылась в луче солнечного света, и Арно исчез.

Я обошел своим нетронутым напитком небольшую лужицу конденсата, и урок, который я должен был вести, оказался на последней ступеньке моих опасений. По телевизору Бадж рассказывал подробности о своей программе искоренения, суммы в долларах, федеральное финансирование. Арно, конечно, предвидел такое развитие событий. Но это не значит, что я должен был спешить заключить с ним союз, не так ли?

Нет, решил я. Мне нужно только проинформировать Орден и ждать инструкций. Что я и сделаю сразу после урока.

Я встал со своего табурета, взял двадцатку и повернулся, но тут же почувствовал, как мясистая рука уперлась мне в грудь. Я упал обратно на табурет. Надо мной навис бармен, а двое посетителей с другого конца стойки по обе стороны от него. Я огляделся в поисках третьего парня, но не смог его увидеть.

— Кто твой друг? — спросил бармен.

Я взглянул на дверь, через которую ушел кровавый раб Арно.

— Друг? Я едва знал этого парня.

— Ну, вы пришли сюда с ним — сказал бармен.

— Ваша наблюдательность поразительна — сказал я ему.

— Я никогда не видел, чтобы кто-то двигался так быстро — сказал он.

— Да — вставил один из посетителей бара, мужчина в кепке дальнобойщика и с густой бородой.

— Действительно? Возможно, это только казалось так, потому что все остальные двигались так медленно.

Посетители нахмурили брови, пытаясь понять, в чем дело. Бармен, однако, не сводил с меня глаз. Он подошел ближе.

— Мы с ребятами посоветовались — сказал он — Мы думаем, что он может быть одним из тех сверхъестественных чудаков, о которых говорит мэр. И знаешь что? Мы думаем, что ты тоже один из них.

— Я? — Металлический привкус адреналина наполнил мой рот, когда мой взгляд метался между ними. Кто были эти неудачники, один с головой в форме баклажана, чтобы называть меня уродом? Сила хлынула в мою призму.

Но когда я уловил запах кожи и мускус, я понял, что сделал Арно. Он выпустил аэрозоль, который высвобождал гормоны в наш организм: "Сражайся или убегай". По той же причине он заставил бармена переключить канал, вместо того чтобы использовать свою вампирскую силу убеждения. Арно хотел спровоцировать конфронтацию, чтобы подчеркнуть свою точку зрения о том, что город настроен против нас. Хотя мое сердце бешено колотилось от желания вступить в конфликт, я откинулся на спинку стула. Однажды я уже сыграла на руку Арно. Больше такого не повторится.

— Послушайте, ребята — сказал я, делая глубокий вдох, чтобы успокоиться — Я из плоти и крови, как и вы. Я пришел сюда не для того, чтобы создавать проблемы, которые в любом случае были бы довольно тяжелыми для кого-то вроде меня — Я поднял свою трость в качестве подтверждения инвалидности.

— Привет, Билл!

Я оглянулся и увидел третьего бармена, которого я потерял из виду, выходящего из задней части бара с дробовиком в руках. С приклада пистолета капала вода — Он лежал в туалете. Этот шутник, должно быть, уронил его туда, когда заходил в туалет.

Бармен Билл нахмурился.

— Принеси это сюда.

— Вообще-то, эта трость принадлежала моему деду — сказал я, придав энергии своему волшебному голосу, чтобы привлечь их внимание ко мне — Отчасти это средство для ходьбы, отчасти новинка. Вы можете разглядеть этот камень?

Три барменши посмотрели друг на друга, затем на белый опал.

— И что с этим? — спросил я.

Билл зарычал. Он схватил свое ружье и начал насухо вытирать приклад полотенцем. Я заметил дрожь в его руках, срывающийся голос. Токсин Арно все еще действовал на него. Он не собирался отпускать меня из своего бара без боя.

— Если присмотреться повнимательнее — сказал я — то можно разглядеть "Мисс Джун из журнала "Плейбой" 1948 года" — Собравшись с силами, я наблюдал за глазами Билла. Когда, наконец, они уставились на опал, я крикнул — Иллюминаре!

Яркий свет ударил им в лица. Со стороны отшатнувшихся мужчин послышались крики. Я забрался на стойку, чтобы избежать их полукруга. Бармен Билл потянулся ко мне, но я уже сделал первые шаги к бегству. Пепельницы и пивные бутылки полетели у меня из-под ног. Дробовик выстрелил, и полка с бутылками из-под спиртного взорвалась. Стекло и алкоголь посыпались мне на спину.

В дальнем конце бара я спрыгнул на землю. Билл направил свой дробовик на звук.

— Энергия! — Крикнул я, используя заклинание силы, чтобы толкнуть двух спотыкающихся барменов в Билла. Бармен неуклюже попятился, выстрелив из дробовика в потолок. На них посыпались куски штукатурки.

Я открыл дверь, и передо мной предстали яркие очертания Вест-Виллидж, а затем запечатал дверь за собой запирающим заклинанием. Остановив проезжавшее такси, я забрался внутрь, прижавшись мокрой спиной к сиденью.

— Куда едем? — спросил таксист.

— Мидтаунский колледж — выдохнул я — Я опаздываю на урок, который должен был вести.

— В таком виде?

Я проследила за его прищуренным взглядом, устремленным на мою пропитанную алкоголем рубашку. Отлично. Кровь из разбитого стекла проступила на ткани над моим левым плечом. Спина, вероятно, тоже кровоточила.

— Просто веди — сказал я — Быстро.

Когда такси отъехало от тротуара, я огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что Билл и остальные не сбежали из бара. Но в целом я хотел убедиться, что программа ликвидации еще не началась. Как это будет выглядеть, я понятия не имел. Усиленное присутствие полиции? Мистики и прорицатели повыскакивали из своих магазинов? Волшебники в наручниках на руках и ногах, с заклеенными ртами?

Я отодвинулся на середину заднего сиденья, подальше от города, который внезапно показался мне враждебным.

Будь ты проклят, Арно.