«Я покажу ему свежую кровь», – написала я в чат после уроков, направляясь через кампус к машине, и в череде длинных, запальчивых сообщений изложила все, что произошло на уроке подкастинга. На обеденном перерыве я этой темы касаться не стала. Внутри все еще кипел гнев, а вокруг было полно людей, которые могли подслушать мой яростный монолог.

«Как это понимать? – спросил Макс. – Ты его типа зарежешь?»

Я усмехнулась и напечатала: «Очень хочется».

«Давайте без уголовки», – написал Ли.

«Тоже мне свежая кровь, – снова напечатала я. – Послушать Нолена, так это прорывная идея. Но рубрики – это база».

Дежа молчала. Может быть, ехала за рулем на работу? Я вдруг осознала, что не знаю ее графика на неделю. Обычно я всегда уточняла по воскресеньям. Но на этой неделе забыла.

«Дежа, как прошла тренировка по соккеру в воскресенье?»

Снова никакого ответа. Значит, она точно в пути на работу. Сегодня был четверг. По четвергам она чаще всего выходила на смену.

Я дошла до парковки, убрала телефон и, едва ступив на асфальт, увидела через дорогу Тео, который тоже направлялся к своей машине. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что дорога свободна, я побежала к нему.

Он был в наушниках, так что звать толку не было. Но я все-таки догнала его прямо возле машины и выдернула один наушник.

Тео резко повернул голову – на лице была смесь замешательства с раздражением. Но как только он понял, что это я, выражение сменилось улыбкой.

– Привет, – сказала я. – Чем занимаешься?

Он указал на машину:

– Собираюсь домой. А ты чем занимаешься?

– Пытаюсь вспомнить техники йоги, потому что Нолен выводит меня из себя. Кажется, он фанат Дженсена. – Я старалась не думать об остальных словах Нолена. В конечном счете главное, что он признал: не приди на прослушивание Дженсен, ведущей бы стала я.

– По-моему, там целый фан-клуб, – сказал Тео.

Я приподняла его наушник:

– Почему ты вечно в них? Не нравится разговаривать с людьми?

– С тобой я разговариваю постоянно.

Не стоило бы на это вестись, но такой ответ мне польстил.

– А собственные друзья тебя бесят?

– Я просто люблю музыку.

– Что ж… – Я протянула руку, и Тео забрал наушник. – Это одна из причин, из-за которых у тебя репутация сноба.

Он ухмыльнулся:

– Да уж, наслышан.

Я вспомнила наш первый разговор на вечеринке, то, как он наизусть знал порядок цветов в подсветке бассейна.

– Ты все время в своих мыслях.

Тео пожал плечами.

– Есть о чем поразмышлять.

– О чем размышляешь сейчас? – спросила я.

– Вот думаю, какие у тебя планы на вечер?

– На вечер?

– Да, это такое время, которое идет после дня.

– Ха-ха. Никаких планов. А что?

Неужели он хочет позвать меня на свидание?

– Придешь в семь к начальной школе?

– На тренировку? – Я почувствовала разочарование, а зря. Тренировки мне были необходимы.

– Да.

– В четверг вечером?

– Да.

Я кивнула, и его улыбка стала еще шире.

– Отлично. Тогда увидимся.

Не сводя с меня взгляда, Тео демонстративно сунул в ухо наушник. Я рассмеялась.

Он забрался в машину, а я развернулась и побрела к своей. И вдруг осознала, что хочу начать доверять Тео. Он к этому очень располагал.

* * *

Я медленно пробиралась к полю за начальной школой – путь загромождала толпа детей. За плечом болтались бутсы для соккера, которые я несла за шнурки. Я в очередной раз проверила телефон.

«Жду на поле для соккера», – гласило сообщение Тео.

Неужто он не знал, что там планируется игра? На парковке стояла его машина, но самого Тео нигде не было видно.

Школа стояла на вершине холма: отсюда открывался вид на океан и громадную скалу Морро. Поднялся ветер, отбросив мне на лицо прядки волос. Я собрала их в хвостик и закрепила резинкой. На кортах в парке у школы играла в пиклбол[13] пожилая пара. Звуки удара мяча о ракетку смешивались в воздухе с голосами галдящих детей.

Когда я приблизилась к полю, то заметила, что у всех детей на талии затянуты белые пояса, с которых свисают разноцветные полоски ткани. Тут и там мелькали футбольные мячи. Я просканировала взглядом трибуны: оттуда наблюдали за полем родители.

– Финли! – Тео помахал мне из самого центра поля.

Я проделала остаток пути к нему.

– Привет! Что ты здесь делаешь?

– По четвергам я подменяю тренера на флаг-футболе[14], – сказал он.

– Ясно.

– Тренер Ти, у меня шнурок развязался. – Один из мальчишек подошел к Тео и поднял ногу.

– Действительно. – Тео присел на колено и завязал ему кроссовок; мальчик побежал обратно к друзьям.

Поднимаясь с земли, он еле заметно поморщился. Я невольно поморщилась вслед за ним. Но быстро расслабила лицо, пока Тео не заметил.

– Так, все сюда! – крикнул он, доставая из кармана какую-то штуку. Только когда он обернул ее вокруг моей талии, я поняла, что это такой же белый пояс, как у детей. – Финли будет играть в флаг-футбол в первый раз!

«Что? Как? Кошмар!» – различила я среди детского гула.

– Как думаете, мы сможем ее научить? – спросил Тео.

– Да! – хором провопили дети.

Он натянул пояс с двух сторон, так что мне пришлось податься ближе к нему. Затем продел один конец в металлическую пряжку на противоположном. Все это Тео проделывал в наклоне, касаясь волосами моей щеки.

– Знаю, о чем ты думаешь, – шепнул он. – Люди что-нибудь заподозрят. Но если это куда-нибудь просочится, просто скажи, что волонтерская работа выгодно смотрится в резюме. Мол, ты здесь волонтерила, вот и все.

Не то чтобы я вообще была способна о чем-то думать, пока его руки скользили по моей талии, а волосы щекотали лицо, но Тео, очевидно, все тщательно взвесил.

– А ты сам будешь играть? – спросила я, заметив, что пояса на нем нет.

– Да, тренер, давайте! – поддакнула одна из девчонок.

– Буду, – ответил он, вынимая пояс из кармана.

– Ура! – завизжали дети.

Тео закрепил пояс.

– Кстати, глянь, что я наконец откопала. – Я стянула с плеча бутсы.

– Класс. – Он забрал их и бросил за пределы площадки. – Потом пригодятся.

В следующие пять минут он объяснял мне правила: они в основном повторяли футбольные, разве что без силовых приемов. К тому моменту, как мяч поместили на линию розыгрыша, я считала, что все усвоила, пусть даже два десятка детей синхронно кричали мне разные указания. Тео велел мне играть за «желтых», а сам пошел к «красным», так что теперь мы глядели друг на друга с противоположных сторон воображаемой линии. Меня он назначил квотербеком – что, на мой взгляд, было неприлично, – но я планировала после каждого снэпа как можно быстрее передавать мяч.

Проще сказать, чем сделать. Дети играли резво. Трижды с меня срывали желтые флажки сразу после снэпа. На четвертом дауне Тео шепнул детям, как я могла предположить, нечто вроде: «Дайте ей бросить».

– Не делайте мне поблажки! – крикнула я.

Он рассмеялся:

– Окей, команда, без поблажек.

На этот раз после снэпа я сильнее отбежала назад, а линия защиты справилась со своей задачей, дав мне время оглядеть поле и найти, кому передать мяч. Мы переглянулись с темноволосой девочкой, которая стояла справа и была открыта для паса. Я бросила ей мяч – крайне слабо, но она все же умудрилась поймать. Едва я избавилась от мяча, как сбоку подкрался Тео и сорвал с меня флажок. Липучка, похоже, держалась намертво, потому что от рывка я потеряла равновесие и полетела ему на грудь. Он подхватил меня, вероятно пытаясь удержать от падения.

– Поздно, – лежа у него на груди, улыбнулась я.

– Повезло с пасом, – сказал Тео.

– Не-а, это талант, – парировала я.

– Может, зря ты хочешь попробоваться именно в кикеры.

– Точно, лучше сразу попытать счастья на всех ролях.

Крики в другой части поля отвлекли нас друг от друга, и он меня отпустил. Моя маленькая сокомандница уже добралась до зачетной зоны. Я заулюлюкала и дала пять парнишке, стоявшему рядом.

– Тренер Тео, – сказала я, поднимая к губам воображаемый микрофон, – вы только что видели, как футболистка, которой вы буквально пару минут назад объяснили правила, сделала пас, который привел к тачдауну. Что вы чувствуете по этому поводу?

Он взял меня за запястье и поднес кулак к своему рту.

– Я чувствую, что надо показать тебе, как это делают профи. – С этими словами он направился за мячом.

Детишки посеменили за ним, копируя каждое его движение, словно тени. Тео взял мяч, развернулся и сказал своим маленьким теням что-то, что заставило их дружно расхохотаться. У меня екнуло сердце.

Игра началась снова – на этот раз он выступал квотербеком, а моей единственной миссией, казалось, было сорвать с него флажок. Я носилась по полю, лавируя между игроками, сбивая их, лишь бы дотянуться до красной ленты.

На третьей успешной передаче, после моей безрезультатной попытки сорвать флажок, Тео взглянул на меня с прищуром и игриво отвел мою руку от своего пояса.

– Вообще-то твоя главная цель – это не я.

– Еще как ты, – сказала я. – Именно ты.

Он залился смехом. Таким, от которого его лицо просияло.

– Иди-ка на свою сторону.

Когда я заняла положенное место, мальчик рядом поднял на меня взгляд.

– Встань вон там, – он показал мне за спину, – и не давай Мике поймать мяч.

– Или можем все вместе напасть на тренера, – шепнула я окружавшим меня ребятам. – Хотите?

Дети синхронно кивнули, и на этот раз после снэпа мы все вместе накинулись на Тео. Я подобралась к нему со спины и, захватив за плечи, стала удерживать его руки сбоку, пока свора детей сдирала с пояса флажки.

– Вы жульничаете! – закричал он. – Все до единого!

Когда я отпустила Тео, дети заливались хохотом, а он повернулся ко мне.

– Особенно ты, – сказал он. – Самый бессовестный жулик.

Тео схватил меня, приподнял в воздух и крутанул. Я напряглась – беспокоилась за его колено, – но он спокойно поставил меня на землю и прокричал:

– Пенальти с десяти ярдов!

– Оно того стоило! – ответила я.

– Ты плохо влияешь на детей, – сказал он.

– Спасибо, – бросила я из-за плеча, направляясь к команде.

Оставшийся час прошел более традиционно: все играли по правилам и обе команды заработали еще по паре тачдаунов. На этом тренировка закончилась. Родители подходили забирать детей, те прощались, а на поле с щелчком загорались прожекторы. Наконец в центре него остались только мы с Тео, окруженные горкой белых поясов и футбольных мячей.

– Классно поиграли, – сказала я.

– Ты здорово ладишь с детьми.

– Это ты с ними здорово ладишь. – Я села возле сложенных в кучу поясов и принялась заправлять выбившиеся тесемки. – Давно ты этим занимаешься?

– С девятого класса, – Тео пожал плечами, будто в этом нет ничего особенного, и опустился рядом со мной, – помогаю тренеру в межсезонье.

– Ты и впрямь милый парень.

Он усмехнулся:

– А ты все еще сомневаешься?

– Нет! – воскликнула я. – Это правда.

– Не знаю, что и ответить.

– Спасибо? – предложила я.

– Ну, спасибо? – повторил Тео с той же вопросительной интонацией.

– Прости, что так долго в это не верила. Дело не в тебе, а в моих заморочках.

– О, я в курсе.

На этот раз рассмеялась я. Затем подняла с земли пару поясов:

– Что нам со всем этим сделать?

– Возле трибун есть сетчатая сумка.

Тео встал, и я снова заметила, что он поморщился. Не удержавшись, я спросила:

– Колено стало сильнее болеть?

– Да просто немного заклинило. Ерунда. – Он собрал оставшиеся пояса.

– Мне жаль, – сказала я.

– Не переживай.

– Дело в наших тренировках, в лишней нагрузке?

– Для меня это полезно. – Тео бросил пояса в сумку, затем наклонился за мячом. – Сможешь задержаться еще ненадолго? Поупражняться с ударами?

Я взглянула на его колено:

– Ты уверен?

– Бить по мячу будешь ты, а не я. – Он протянул мне бутсы, которые неожиданно обнаружились на поле рядом с нами.

– Спасибо.

Я опустилась на корточки и стала переобуваться. Эти бутсы я не надевала целый год, так что на ноге они сидели тесно… но и надежно. Я окинула взглядом поле; над газоном летали белые мошки.

– Скучаешь по соккеру? – спросил он.

– Скучаю по чувству единения с командой и возможности проводить время с Дежей, – честно ответила я. – Но по самой игре, если честно, нет. Вот по подкастингу я буду скучать.

Я заглянула Тео в глаза. Карие, с золотыми отблесками – казалось, они хотели мне что-то сказать.

– Ты опять меня анализируешь.

Он улыбнулся:

– Просто не понял. С чего бы тебе скучать по подкастингу?

– Ну, во-первых, бабушкина история рано или поздно подойдет к концу, либо она просто неспособна будет рассказывать ее дальше.

Тео сочувственно кивнул.

– А во-вторых, нужно переходить от личного подкаста на другой уровень. Купить технику получше, набраться опыта. В колледже, куда я собираюсь, попасть в программу подкастинга можно лишь одним путем, а им воспользуются Дженсен и Ава.

А уехать в колледж вдали от дома я не могу. По крайней мере, в обозримом будущем. Не только из-за денег, но и потому, что хочу быть рядом с бабушкой столько, сколько возможно.

– Ты имеешь в виду стажировку? – спросил он.

– Ага.

– Возможно, стоит прорубить другой путь. Отправь в колледж свой подкаст. Пусть поймут, что одного пути недостаточно.

– Возможно, – неуверенно ответила я.

– Ты что, боишься?

– Скорее сомневаюсь, что это сработает. Ну, значит, наверное, правда боюсь. До недавнего времени я даже не осознавала, до чего я трусиха.

– Ты не трусиха. – Тео крутанул мяч на ладони. – В том, что ты сейчас здесь делаешь, очень много отваги.

Я рассмеялась:

– В моем плане мести?

По его лицу поползла полуулыбка:

– И в этом тоже.

Я вырвала у него мяч:

– Спасибо за мотивирующую речь, тренер, но пора сделать из меня лучшего кикера в стране.

– В стране? – скептически спросил Тео.

– Ладно, я согласна войти в топ-десять.

– Хватит себя оценивать, – улыбнулся он. – Твоя цель – стать лучше одного вполне конкретного кикера.

Я коротко кивнула:

– На это я способна.

– Согласен.

В кармане провибрировал телефон. Достав его, я обнаружила сообщение от Элис.

– Что такое? – спросил Тео.

Наверное, я заметно оторопела.

Я повернула к нему экран, и мы вместе прочли сообщение.

«У мамы за домом есть сарай. Если хотите, можете покопаться там в выходные, поискать доску. Я буду рада».

– Пиши, что согласна! – радостно выпалил он. – Поедем искать.