Объем и задачи книги не позволяют рассказать подробно обо всех значимых для промышленности учебных заведениях эпохи. Упомяну лишь некоторые.

В 1809 г. императором Александром I был основан Институт Корпуса инженеров путей сообщения, в наше время – Университет путей сообщения. Его выпускники сыграли огромную роль в развитии сети российских коммуникаций. «За 25 лет царствования [императора Николая Павловича] поступило в службу 1242 чел.» [Материалы и черты, 577].

При Главном управлении путей сообщения и публичных зданий действовало также Училище гражданских инженеров. В главе II мы видели участие императора Николая Павловича в развитии этого училища.

Большую роль в развитии горной промышленности играл Горный кадетский корпус, созданный императором Александром I на базе Горного училища в 1804 г.

В наше время это Горный университет, где заместитель мэра Санкт-Петербурга В. В. Путин защищал свою кандидатскую диссертацию «Стратегическое планирование воспроизводства минерально-сырьевой базы региона в условиях формирования рыночных отношений».

Воспитанников «было определено выпускать на заводы практикантами и через два года производить в офицеры; при этом на долгое время забытое отправление молодых горных чиновников заграницу для усовершенствования – поставлено в непременное правило».

Количество воспитанников к концу царствования Александра I составляло около 400 человек [ГЖ 1878–1–14].

Практическое промышленное образование развивалось и в регионах. Например, по инициативе начальника Нерчинских горных заводов Т. С. Бурнашева в 1823 г. были созданы Нерчинское горное училище и сеть подготовительных к нему школ при горных заводах. Курс в училище был шестилетним и содержал большое количество практических горнозаводских предметов. Дети горнозаводских рабочих учились за счет казны.

В 1825 г. император Николай Павлович и граф Канкрин приложили существенные усилия к развитию Лесного института, основанного императором Александром Павловичем в 1803 г., первоначально как Лесное училище.

Не совсем промышленность, но одна из важнейших для России отраслей народного хозяйства.

В 1826 г. было основано Московское ремесленное учебное заведение, в наше время Московский государственный технический университет «имени Баумана». Императрица Мария Федоровна «высочайше повелеть соизволила учредить большие мастерские разных ремёсел на 300 человек» для мальчиков-сирот Воспитательного дома.

Справедливо было бы заменить в названии университета имя не имевшего никакого отношения к этому учебному заведению революционера Баумана на имя императрицы Марии Федоровны.

13 июля 1830 г. император Николай Павлович преобразовал эту институцию, утвердив «Положение о Ремесленном учебном заведении». Структура обучения была похожа на ту, что мы уже видели в Технологическом институте – два курса по три года, учебные программы сочетали теоретические предметы и практику работы в мастерских.

Выпускники получали привилегии и возможности, аналогичные выпускникам Технологического института. Места были частью платными, частью – бесплатными.

В 1829 г. в Санкт-Петербурге было учреждено Училище торгового мореплавания. Интересно, что состояло оно в ведении Департамента мануфактур, а не Департамента внешней торговли.

Наконец, нужно упомянуть «рисовальные» училища, в которых учили не только рисованию и тому, что мы сейчас называем «промышленным дизайном», но и черчению. Чертежи как неотъемлемый элемент проектирования – это признак фабричного производства.

Ремесленник на мануфактуре может изготавливать изделие на глазок, по навыку, соразмеряясь с фактурой заготовки. Массовое машинное производство и высокий уровень разделения труда предполагают наличие чертежей, позволяющих производить стандартные детали.

В [ЖМ 1825–11, с. 87 и далее] находим подробную статью об учреждении в Москве Школы Рисования в отношении к искусствам и ремеслам.

По описаниям эта школа совершенно похожа на то, что говорится в современных источниках по истории Строгановки. В том числе в части преподавания «Черчения Архитектурного и практической Геометрии с зависящими от нее частями, рисования машин и проч.», что важно для наших промышленных изысканий.

Однако Строганов в статье не упоминается. Директором Школы назван отставной полковник Рерберг, «живущий в Москве на Мясницкой в доме его Сиятельства Князя Сергия Николаевича Салтыкова».

Этот дом современные источники называют первым зданием Строгановки – почему бы Строганову основывать училище в доме Салтыкова?

Биография Федора Ивановича Рерберга совершенно «путейская». Окончил Институт Корпуса инженеров путей сообщения. Преподавал в нем математику. Устраивал порты на Черном море. Проектировал мосты строящегося Московско-Петербургского шоссе.

В 1825 г. вышел в отставку по болезни, а в 1827 г. вернулся в Корпус инженеров путей сообщения. Дальше карьерно рос в Корпусе, занимаясь телеграфом, мостами, водными и железнодорожными путями сообщения. Дорос до генеральских чинов.

Итак, Рерберг – просто наемный директор Строгановки в те краткие два года, что был в отставке по болезни? Или училище Рерберга не равно Строгановке, а современные источники их смешивают?

В [ЖМ 1843–5–166] говорится о принятии в ведомство Министерства финансов «состоящего при Московском Дворцовом Архитектурном Училище Мещанского отделения рисования» под именем Первой рисовальной школы и Строгановской рисовальной школы под именем Второй рисовальной школы.

Обе школы подчинили председателю Московского отделения мануфактурного совета. Им тогда был хорошо знакомый нам барон Мейендорф.

Наши модельные купцы Савины в 1848 г. открыли школу при своей кожевенной фабрике в Осташкове [ГАТО 20, оп. 1–2, д. 2024]. Федор Кондратьевич Савин просит руководство учебного округа принять школу под государственное покровительство. Руководство в долгой переписке от этого всячески отнекивается, предлагая оставить школу «совершенно частной».

Из дела непонятно, зачем это государственное покровительство Савину и в чем состоит неудобство для учебного округа. Но Савин оказался настойчивее, школу приняли под государственное покровительство решением аж самого министра народного просвещения (сверхцентрализация управления!).

Учеников в школе было около сорока, все – дети фабричных рабочих. Учеба в отдельном здании при фабрике; по утрам учатся девочки, после обеда – мальчики.

Программа начально-общеобразовательная, «соответствует программе приходских училищ» – закон Божий, чтение-письмо, четыре действия арифметики.

Учатся весь год за вычетом четырехнедельной «летней вакации»; занятия продолжаются четыре часа в день. Очень трогательный параграф 16 школьного устава:

В воскресные и праздничные дни учитель обязан наблюдать, чтобы все ученики собирались в назначенную церковь для слушания Божественной Литургии. Пред началом службы им объясняется содержание Евангелия и Апостольских деяний или посланий того дня.

[Т. е. ученикам перед службой разъясняют евангельские и апостольские чтения, которые будут прочитаны на Литургии на церковнославянском языке. Скорее всего не прочитаны, а возоплены любимым купцами дьяконским рычащим басом, так чтобы стекла звенели, исключающим всякую возможность восприятия содержания текста.

Исключительно ценная идея с «объяснением содержания», пригодилась бы в храмах и в наши дни.]

Упомяну к слову и дела 1848 г. о построении церкви при фабрике Савиных [ГАТО 466, оп. 1–78, д. 24313; ГАТО 97–1–1891]. Опять сверхцентрализация управления: дело о постройке храма в уездном городе проходит ни много ни мало через одобрение Святейшего Синода.

Губернская строительная комиссия отклонила первоначальный проект по инженерно-техническим основаниям. Митрополит лично ездит смотреть место для церкви – кроме дела о построении, этот визит отражен в записках приказчика Нечкина. На протяжении всего дела донимает губернатора запросами, когда же одобрение проекта сдвинется с места.

Дело заканчивается ничем, такого храма в Осташкове нет. Зато у нас на цветной вкладке есть прекрасный фасад и разрез храма из дела, заодно с планировкой квартала кожевенного завода Савиных.