У меня нет мании величия. Великие люди этим не страдают.

Пока Пётр Христианович ждал разведчиков, ещё один местный нарисовался, на этот раз католический священник. У него тоже какие-то съестные припасы фуражиры французские почикали, выдав взамен клочок бумаги. Брехт велел Ваньке записать всё, специально по нескольку раз переспрашивая, какой ущерб нанесли проклятые лягушатники храму и лично падре. Ванька мог даже хиленьким переводчиком выступать, в училище же изучал латынь. Наверное, граф Витгенштейн тоже знал, этому языку учили всех образованных людей в это время, и в университетах, и при домашнем обучении, но синих кристаллов дополнительно не выдали, и тот-то, который дали, профукал почти весь, так что из детства воспоминаний ноль, а с ними и латынь запряталась в глубины сознания.

Довольный, что его новая власть слушает, а не палками побивает, дедушка впал в многословие и рассказал зачем-то об истории Римской империи, о тёмных веках и Возрождении. Правда, всё это применительно к Специи. Всё же Ванька тот ещё полиглот. Этот бубнит, бубнит, а корнет потом пару слов скажет и опять на святого отца глядит во все гляделки и бормочет себе что-то под нос. Так сказать, сложности перевода. Уяснил из рассказа Брехт следующее. Основали поселение русские. Они же этруски. Потом его почти стёрли с лица земли матушки набеги остготов. За остготами набежали гунны. Потом всякие аталарихи. Или это сначала Аталарих. Да и бог с ними с готами! А Аттила он же не вестгот? Ай, дела давно минувших дней, преданья старины глубокой. Ага, вон, чего-то новое пошло. Чёрная смерть, ну, это и сам Пётр Христианович перевёл. Было три вспышки чумы, которые почти полностью вновь город уничтожили. А ещё постоянные войны и набеги из Генуи. Там вечно власть менялась, и как только сменится, так обязательно карательная экспедиция в Специю, где пытались укрыться бывшие власти. А теперь вон Господь совсем разгневался и послал исчадие ада – Наполеона.

– Так я его убил. Ванька, ты спроси… – Брехт репу почесал. Ну присоединил он Лукку к Баварии, но у Лукки нет выхода к морю. Там нет порта. А тут замечательный порт. И если этот город, который всё время генуэзцы разоряют, присоединить к герцогству Лукка, то и герцогство уже нормальное будет, и главное – у него будет замечательный порт на Средиземном море. Как без порта? А имея его возможности, учитывая Дербент и Баварию, Специя легко может потеснить Геную. И двадцати лет не пройдёт, как зачахнут Генуя и Марсель, и главным портом на севере Средиземного моря станет его Специя. Осталось только местных перетянуть на свою сторону. А это будет легко сделать, показательно вырезав французский гарнизон, и тут ещё нужно, чтобы ни один итальянец не пострадал. С пехотинцами не вопрос, с кавалерией ещё проще. Опять корабли. Нужен план.

– Ванька, ты его спроси, как отнесутся местные к приглашению войти в королевство Бавария вместе с Луккой.

– Вашество, он не понял, что ли, меня, опять про свои бочки с вином зарядил.

– Всё, бог с ним, пообещай, что отдадим в двойном размере или серебром, тоже по двойной цене. И выпроводи его. Чапай думать будет.

В палатке было жарко, несмотря на то что солнце почти за горы уже спряталось. За день земля нагрелась и теперь щедро отдавала тепло, даже не спрашивая, а нужно ли это вымотанным тяжёлым переходом войскам. Брехт хотел вылезти из палатки, но передумал. Там отвлекать от стратегии захвата огромных военных кораблей будут.

По потолку зелёному ползали осы. Успели в палатку залететь. Вредные насекомые. Они – гады прокусывают виноградину, когда та созреет, и выпивают немного сока. И домой, а виноградина скукоживается. В Дербенте прямо бедствие, чуть не пятая часть урожая погибает от них. Хоть пестициды какие выдумывай.

Блин, и тут отвлекают. У Ермолова сотня зажигательных ядер есть. Там внутри напалм, ну солярка с керосином и мылом. Если всей сотней бахнуть по этим двум кораблям, то незнакомые со свойствами напалма морячки французские с огнём не справятся. Будут водой гасить, а загорится сразу в десятках мест. Жара, сухое дерево, паруса, вспыхнет махом. То есть просто победить не вопрос. Вопрос в жабе. Хотелось эти два кораблика залучить в свой удел с минимальными повреждениями. Отправить ночью егерей на абордаж? Ага, на корабле несколько сотен человек экипаж. Пусть они не чета его егерям, и те будут в бронежилетах и с пистолями, но при бое на ограниченном пространстве всегда будут потери. Не пойдёт такой способ. Бабы ему тут в Италии точно новых егерей не нарожают.

Предложить сдаться? Смешно. Они могут поднять паруса и спокойно уйти в Марсель или Геную. Значит, всё же пушки. Пушки детям не игрушки. Стоять! Бояться! А ведь должно сработать.

– Ванька, Ермолова сюда бегом. Чапай план придумал.