Дальше, за комнатами сталкеров, складские помещения, используемые и заполненные под завязку.

Единственный вход туда, расположен так же с торца, напротив самого дальнего из помещений базы, которое стало не просто важным элементом, без которого не обходится ни одна уважающая себя группировка, но и, своего рода, дипломатической миссией.

Велес снова заглянул в комнату. Голые по пояс, широко раскинув огромные мускулистые руки, спят там два гиганта. Семён номер один и Семён номер два…, надо бы им уже придумать какие-то свои имена или клички. Однако они ж как две капли воды. Голоса одинаковые, фигуры одинаковые, лица тоже…, может одного кормить салом, а другого хлебом? Один растолстеет, другой похудеет, будет проще различать, кто из них кто. Идея любопытная, правда, учитывая габариты Семёнов, трудно выполнимая. Если он отлучится хоть на час, кто будет приглядывать, что б один Семён питался только салом, а второй только хлебом? Их ведь убеждать очень трудно, а применить силу к ним могут далеко не все. В прошлом вот году, Тёмные чем-то оскорбились на одного из Семёнов, а так как различать их тоже не умели, то решили вопрос просто и легко – ночью пришли к их комнате и накинулись сразу на обоих. А чтоб не оскорбить слух демонов возмутительным шумом, огнестрельное оружие использовать они не стали. Подкрались с ножами, дубинка и топорами. Проникли в комнату, окружили спящих гигантов толпой и, казалось, всё, обоих Семёнов превратят в мелко рубленный фарш. Но что-то пошло не так.

А конкретно – один из Семёнов проснулся.

В ту ночь Велес подскочил с кровати от истошного рёва, воплей и визгов, бегом ринулся к комнате Семёнов и замер у порога. А мимо него прочь ползли Тёмные, некоторые ласточкой вылетали из дверей и потом тоже ползли, некоторые падали и не двигались совсем, другие были явно мудрее и бежали прочь самостоятельно. А потом из дверей вырвался полуголый монстр в крови и порезах по всему телу, истошно заревел и схватил Велеса за плечи двумя окровавленными лапищами.

В глазах Велеса, заподозрившего, что его могли и не узнать, сверкнули молнией.

-Босс? – Мигом очнулся Семён. На шаг назад отступил и, испуганно втянув голову в плечи, рукой махнул куда-то в сторону. – Я это, ну…, мы тут. А потом, ну…, они. И вот.

Велес расслышал плохо, так как из комнаты всё ещё нёсся истошный звериный рёв, испуганный визг Тёмных, грохот ломаемой мебели и влажный хруст, намекавший, что мебель ломалась не сама по себе, а, предположительно, сталкиваясь с телами некоторых несознательных граждан.

Сверкая в молниях, как ёлка в игрушках, Велес вошёл в комнату, выпустил по потолку несколько молний, разрядившихся с оглушительным грохотом, и всё закончилось. Второй Семён прижался к стене, невнятно оправдываясь и истекая кровью из многочисленных ран, на полу валялись Тёмные и обломки мебели, а немногие Тёмные сумевшие остаться на ногах, тут же кинулись прятаться за спиной Велеса и в один голос жаловаться на Семёна. Жаловались долго, убедительно, но из-за горячки боя не совсем внятно – в основном, они скулили, выли и тыкали пальцами в Семёнов.

Лишь один Тёмный не жаловался – его там вовсе не было. По какой-то причине, он и с десяток других Тёмных, отказались участвовать в тайном убиении Семёнов. Этот гигант, в прошлом, тоже носил имя Семён, был тем, кто однажды, выпил Око и стал немного другим. Но, видимо, всё же не до конца он изменился, по какой-то причине, Тёмный Семён отказался от нападения на Семенов.

А вот Наир Дана, в прошлом Нарк и Хозяйка Стаи, там были. Лежали рядышком, у стены – Нарку прилетело шкафом в лоб, по поводу чего он надолго вышел в Астрал и ещё дня три после хромал на обе ноги, да промахивался мимо дверей. Биат повезло немногим больше – Семён поймал её за ноги и стукнул её всем телом о ближайшую стену. Девушка выжила, но из-за травмы, у неё сломались все иглы, нарощенные на передней части тела, с мясом вырвало оба рога, что она вживила себе в лоб, а ко всему прочему, у неё повылетало несколько зубов и сломался нос. Казалось, если и выживет, всё, без пары литров валерьянки на неё смотреть нельзя будет, не рискуя выхватить инфаркт. Но уже через неделю, девушка выглядела почти здоровой. Лицо стало прежним, разве что в ссадинах, синяках, да распухшее, а вот с рогами и иглами пришлось расстаться – торчавшие из кожи обломки недавних украшений для Тёмных традиционны она удалила. На их место ничего ставить не стала. Возможно, оставив шрамы, как напоминание о той ночи. Велес не стал интересоваться, понимая, что вопросы о той страшной ночи, могли больно ранить, эту юную, скромную девушку.

С тех пор, Семёны обзавелись некоторым уважением в среде Тёмных, их перестали называть «мерзостью» и «извращением». Даже регулярно предлагали причаститься к Оку, стать частью Тёмных, на что Семёны всегда отвечали отказом – им не нравилось то, во что превратился самый первый, возможно, настоящий, изначальный Семён.

Велес двинулся дальше, задумчиво ведя рукой по стене.

Ему вдруг подумалось, что настоящего Семёна, может и не быть вовсе. Вполне вероятно, что самый первый Семён, тот, что отправился с ним к ЧАЭС, умер той ночью. Был расщеплён на атомы, изучен, исследован и пошёл в работу, как материал для удивительного эксперимента, породившего тех трёх Семёнов, что он знал и что живут теперь здесь, на этой базе.

И очень может быть, что Семёнов было куда больше чем трое. Может быть, в разы больше и этого вполне мог никто не заметить – Зона, здесь даже такие люди, долго не живут.

Закрытая дверь. Он прошёл мимо, шумно вдохнув – из крошечных щелей между дверью и косяком, доносился запах разнообразной еды. За той дверью кухня. Под неё теперь целая большая комната приспособлена. Со всеми радостями современного кулинарного искусства.

Узнал бы, какой сталкер, что такое чудо где-то есть и сколько за это артефактов пришлось отдать, покрутил бы пальцем у виска. Ни одна группировка не сделает себе ничего подобного, ибо крайне дорого и в любой момент Зона может выкинуть скверную шутку, после которой всё это чудо, превратится в пыль. Не то это место, что б на комфорт деньги тратить. Сталкер артефакты ищет не для того, что б жить хорошо здесь и сейчас, а для того, что б жить по-королевски потом и не здесь.

Почти дошёл до противоположной стены комплекса. От одной до другой, метров наверное, все сто. Или меньше. Больше вряд ли. Комплекс, здесь не кончается, за стеной есть ещё помещения, но их уже не использовали, от них отгородились стеной. Может быть, когда-нибудь, те комнаты тоже станут частью базы, а может, нет. Как получится, там по обстоятельствам.

Велес обернулся, глянув на стену, оставшуюся за спиной. Серая, гладкая, с несколькими дверьми, за каждой из которых, либо пустое помещение на всякий случай, либо заполненное теоретически полезным барахлом. Всё, самое лучшее и ценное, хранится слева, во второй половине подземного здания, занятого сталкерами. Там и оружие, и артефакты и еда и всё прочее. Однако понемногу и оружия и еды и прочего, есть и в этой части базы. Мера разумной предосторожности. Если что-то случится и до основных складов добраться будет нельзя, всегда есть эти, с правой стороны, где имеется приличный запас всего необходимо, так, на всякий случай.

Он прошёл до торца единственного большого подземного здания в этом комплексе. Остановился у запертой двери. Это здание, выполняет множество функций. Оно не просто так в центре стоит. Оно сдерживает многотонный свод, оно стало пристанищем сталкеров, складом и передовым форпостом, на случай если кто-то атакует с главного входа. Выход со стороны сталкеров и выход из его комнаты позволяет держать под перекрёстным огнём вход в комплекс. А выход из помещений Тёмных создаёт этакий треугольник огневых точек. Кто бы ни рискнул атаковать со стороны входа, его храбрая попытка довольно быстро превратится в его же собственные похороны.

С тихим скрипом открылась дверь. Не та, что вела на склад, а та, что располагалась правее, в полу десятке метров. Там есть второе и последнее здание комплекса.

Здание маленькое, так же поддерживающее свод, но в остальном выполнявшее иные функции.

Из двери здания вышел человек в коричневом мятом плаще, выцветших джинсах и растянувшейся, местами рваной, толстовке.

Он остановился на пороге и повернулся лицом к Велесу. Однако понять, куда он смотрит, всё равно было сложно. Зрачков у него нет.

-Я тебя услышал демон. – Произнёс он и моргнул. Всё равно непонятно куда смотрит. Вместо нормальных глаз, два чернильно-чёрных озерца.

-Доброе вам утро, Апостол Олег. – Коротко кивнув, с улыбкой дружеской молвит Велес.

-Это утро не несёт ничего, кроме проклятий и новых грехов, что свершат заблудшие во тьме души.

-Знаете, Апостол, а вы крайне оптимистичный, даже жизнерадостный человек. Вам никто об этом ещё не говорил?

-Говорил. – Ответил Апостол, тем же мрачным, холодным голосом. – Ты демон и говорил.

-Да? – Искренне удивился демон, в миру легендарный сталкер Велес. – Вы, конечно, простите, запамятовал. Сами понимаете – ужасная экология, слабое здоровье, выхлопные газы, чудовищные налоги и вечное хамство трудящихся на благо Организации, всё это не могло не сказаться негативно на моих когнитивных способностях.

-Что? – После секундной паузы спросил Апостол, не последний человек в группировке Грех, которому, казалось бы, именно здесь, вообще не место.

-Когнитивные. Это такие способности. Но вы не переживайте. Зачем вам нагружать ум разными умными словами? В конце концов, вам ум нужен совсем для других вещей.

Апостол несколько секунд молчал, потом хмыкнул, достал из-за пазухи книгу и, шагнув к Велесу, протянул ему эту книгу. На лицевой стороне видно крест и буквы.

-Забери эту нечестивую книгу демон. Ты зря принёс её мне.

-Это, вообще-то, Библия. – Принимая книгу, сообщил Велес. – Вы же в Бога веруете? Нет?

-Эта книга не имеет ничего общего с Богом. Она пропитана ложью и грехом.

-Многие интересные люди, с вами не согласятся.

-Они ошибаются. Истина ведома лишь Пророку Михаилу.

-Их миллионы.

-Грех легко проникает в души людские, Истину же познать трудно. Нет ничего удивительного в том, что бесовская книга…

-Библия. – Уточнил Велес.

-Лживая Библия, написанная демоном Адским. – Поправил его Апостол. – В ней Истина Господня, смешана с ложью Ада. В ней истории пропитанные грехом – эта книга лишь совращает души и ввергает их на путь вечных адских мук. Тебе ли не знать демон.

-Ну, видите ли, - несколько смущённо молвит демон, - я не так давно на должность заступил, начальство не всё рассказывает. А требует! Ужас. График двадцать четыре часа в день, семь дней в неделю, платят копейки, выходных не дают. Отпуск, вы не поверите – неделю к шефу письма отправлял, а он даже не отвечает! Возмутительно. Вот, собираюсь в профсоюз жаловаться. Поможете жалобу составить? В двух экземплярах надо. Я к своему шефу и к вашему отправлю.

Апостол моргнул пару раз, голову набок наклонил, снова моргнул.

-Что ты хочешь сказать демон? Я не понимаю.

-А вам и не надо. Забудьте уважаемый. Лучше вспомните свои десять заповедей…

-Заповедей пять.

-Однако их всё-таки десять.

-Пять.

-И почему вы так решили?

-Так сказал Господь. Устами Пророка Павлика, а затем, устами Пророка Михаила.

-Что ж, ваши аргументы весьма убедительны. Позвольте поинтересоваться, как ваши дела? Как вы спите, не мучают ли вас кошмары и подростковые поллюции?

-Время молитвы. – Холодно рёк Апостол и поспешно скрылся за дверью – в последние полгода, вступать в долгие дебаты с Велесом, он остерегался. А первое время как было замечательно! Так много они общались, вместе обсуждали разные вещи, чудесное было время. Конечно, Апостол общался не просто так – по условиям достигнутых соглашений, он имел право проповедовать всем и каждому в пределах базы, включая демонов. По какой-то неведомой причине, Апостол решил, что даже демон может обратиться обратно к Богу и начать возносить ему молитвы. За дело он взялся с энтузиазмом и даже когда Тёмные попытались его разделать на части, сварить и съесть, не утратил ни капли своего энтузиазма. Впрочем, безуспешного. Ныне Апостол редко пытался вести проповеди, полностью отказался от таковых в отношении демонов, изредка пытался наставить на пути господни Тёмных. Только вот к сталкерам приставал регулярно и упорно, да ещё к Роману. Семёнов вот, было дело, пытался к истинной вере обратить, но когда узнал, как они на свет появились, обозвал «богопротивной мерзостью» и перестал на них даже смотреть.

Миссионерская деятельность апостола грешников, провалилась с треском, но он продолжал, не желая признавать поражения. А вот всё остальное увенчалось полным успехом. Тёмные, видя Апостола почти каждый день на базе, всегда помнили, что грешников трогать запрещено и столкновений с ними в Зоне не случалось уже очень давно. Грех, имея своего представителя здесь, регулярно торговал с Организацией, не напрямую, а через Велеса и его товарищей. Они торговали с Организацией, Грех торговал с ними, все довольны. Ну, может быть, кроме грешников – они чувствовали себя виноватыми в том, что приходится, ради благого дела, выносить за пределы Зоны, порождённые ею артефакты. Но Пророк сказал, что это для дела благого, что сам Господь разрешил и значит, всё в порядке, греха в том нет. Конечно, только для них. Ибо другим людям, Господь торговать артефактами не разрешал – они бы точно знали, если б разрешил. Им бы Пророк сказал, так как он с Господом на прямой связи. А ничего такого Пророк не говорил.

Велес двинулся дальше. Впереди большая ровная площадка, справа от которой выступает из стены небольшой угол здания, которое частью стены и является – там одна дверь. Всегда закрытая. За ней, иногда, плохо пахнет. Потому что там, на метр ниже уровня земли, находится единственная аномалия, которая не исчезла из комплекса. А над ней, ряд круглых отверстий. Это у них общественный туалет.

Причём выгребной и автоматический. Ибо аномалия, что прячется внизу под полом, зовётся «портал». Она яму и выгребает, куда правда, неизвестно. Всё просто исчезает, ну и ладушки, куда конкретно исчезает всё это добро, мало кому интересно.