Сгустились тучи.

1.

Множество разноцветных лампочек размеренно мигают, придавая стенам своеобразный, даже весёлый вид, что совсем никак не соответствует моменту. Несколько мониторов источают свет зелёных и белых тонов, под потолком горят лампы дневного света, а от сверкающих медных элементов громадной машины, установленной в центре комнаты, исходит бледный, призрачный, чуть синеватый свет. Синеват он неспроста – торчащие, откуда попало, медные элементы различных форм и размеров, тихонько треща, регулярно расцветают коронами из тонких синих веточек молний.

Всё это создавало здесь, в этой просторной комнате, весьма специфическое освещение.

-Босс, мне блять не по себе. – Пробормотал негромко один из мужчин, сейчас находившихся у дальней стены комнаты, залитой разноцветным и жутким, в своей причудливой мешанине, светом. Тот, к кому он обращался, поморщился, скривил губы, косо глянул в ответ. Потом оттянул ворот своей яркой разноцветной рубахи и замер, скосив взгляд на этот самый ворот. Яркий цвет рубахи и вышитые на ней чёрные Микки-Маусы нежащиеся под ярко-зелёными пальмами, теперь виделись уродливыми, искажёнными. Жёлтая рубаха стала серой, мышь американского производства серой, да с противным зелёным отливом, отчего её улыбающееся лицо превратилось в какое-то подобие кровожадного оскала, а пальмы и вовсе обрели тошнотворный сиреневый цвет.

Подчинённому, одетому в бронированный, хорошо прорезиненный костюм чёрного цвета, «босс» ничего не сказал – ему тоже не по себе. Будь его воля, он бы сюда и носа не показал. Но работа есть работа. Приказано доставить, он доставил. Приказано проследить за результатом, он и следит..., но следить хотелось ещё меньше, чем сюда идти.

Объект наблюдения, ведь не этот чудовищный аппарат на три четверти комнаты – а он ещё и через земляной потолок уходит аж до самой поверхности. Это дело строили почти два года и большую часть ресурсов для строительства, перевозил сюда именно он, даже не со своими людьми, набранными здесь, в Зоне, специально для работы подобного характера. Что-то в Зоне найти или с места на место перенести, сталкер подходит идеально, опытный, естественно, сталкер.

Однако для столь важного задания, по доставке крайне дорогостоящей аппаратуры, начальство отправило своих собственных людей. Ныне, сталкерам, там, за Стеной, серьёзные и весьма уважаемые люди, такие вещи уже не доверяют. Давно остались в прошлом времена, когда на сталкеров они делали хоть какие-то ставки в серьёзных делах.

Сталкер ныне, исключая случаи типа «принеси-подай вон ту бесполезную хрень, а теперь иди, собственно, не мешай», всего лишь живой прибор для поиска полезных ресурсов – артефактов, частей тел понравившихся мутантов, поиска интересных аномалий, желательно с записью того, как именно в ней погибнет другой сталкер или, хотя бы, какой-нибудь мутант.

В качестве испытательного снаряда сталкеры совсем не плохи, ребята крепкие, в меру сумасшедшие, живут в агрессивной неустойчивой среде, их много и денег у них вечно нет – идеальная морская свинка. Или крыса, тут уж кто и что предпочитает для лабораторно-полевых исследований. Для целей же сколько-нибудь важных, сталкер нынче противопоказан, равно так же, как и любая лабораторная мышка. Для серьёзных дел теперь есть сразу две группы объектов, два ценных ресурса.

И наиболее ценный из них, наиболее качественный, ему не доверили. Что несколько оскорбляло и напрягало как-то изнутри. Всё-таки, он предпочёл бы, что бы с ним отправились люди его уровня, а не эти полоумные, вечно искавшие что-то, что они сами путём и описать-то не могут. Ищу то, не знаю что, там, где не знаю сам, ищу и искать буду, потому что ума на три копейки мать их…

Искатели - наименее ценный человеческий ресурс из двух доступных, таким как он. Но всё же, Искатели не худший выбор из возможных. В меру двинутые, в какой-то степени адекватные, однако, все они опытные сталкеры, постоянно болтающиеся по самым гиблым местам Зоны. Они эффективны, лучше, чем его собственные люди набранные здесь.

Но куда как хуже людей специально подготовленных, людей, которые…

Не хорошие предчувствия одолевают его с тех самых пор, как он получил это задание. И чем дальше, тем сильнее чувство приближающейся опасности, какой беды, которая…, хрен её знает, что сулит эта беда. Может и вовсе, всё это от нервов. Мало ли…

Тот высокий мужик в белоснежном халате, что возится у пультов и экранов, сильно сгорбив спину. Сейчас он даже на человека похож. Разве что шибко уж высокий, да спина подрагивает как-то неестественно…, мужчина выпрямился, повернулся к нему. На бледном лице красным светом горят две подвижные телескопические камеры – это дело у него вместо глаз.

Под халатом виднеется металлический скелет, новенькие хромированные панели и искусственные или не совсем искусственные органы, на закрытие коих, панелей не хватило – из-за спешки требуемой начальством, этому человеку пришлось снять некоторые детали с себя самого и приспособить для строительства наиболее важных узлов машины.

Высокое начальство, Большие боссы из-за Стены, решительно, ни под каким предлогом, не желали тянуть с важным экспериментом аж до следующей поставки материалов и оборудования из-за Стены. Им хотелось всё сделать как можно поскорее. Сделать всё прямо сейчас, не откладывая ни на минуту…, какой же этот хмырь жуткий. До глубокого отвращения на всех уровнях восприятия жуткий. Прям вот будто сошёл с экранов фильмов ужасов. Причём старых, с плохой графикой, авторы которых, слабо понимали что такое киборг и как это должно выглядеть. Кажется, этот человек тоже плохо понимал, как это всё должно было бы выглядеть. Жуткий он - по-настоящему, жуткий.

Сейчас, этот человек, хотя человек ли он ещё? Он повёл плечом, повернул правую ногу, переступил с места на место, тут же раздался тихий противный скрежет металлических суставов. Вторая рука слева, снабжённая десятком разномастных манипуляторов, перестала двигаться над панелями и переключателями, киборг потянул её к себе, неудачно – руку заклинило, она застыла без движения, не хочется ей компактно складываться обратно к металлическим рёбрам, становясь частью торса. Скрип металла повторился, что-то щёлкнуло, киборг заворчал недовольно, распрямил руку и ударил по ней второй металлической рукой. Раздался противный визг металла, заклинившая рука начала двигаться, медленно прижалась к телу, снова став его частью, со стороны, смотревшейся этаким деформированным дополнительным ребром. Он не впервые видел подобные моменты из жизни этого жуткого существа. Каждый раз становилось не по себе. Так и не смог привыкнуть.

Люди они понятны и просты, их можно убить, с ними можно договориться, их желания очевидны, интуитивно понятны. Кто-то жаждет власти, кто-то денег и женщин, кому-то хочется безбедной жизни и наркотиков, чьи-то желания посложнее, но все они связаны с тем, чем является человек. Все люди живые, у всех у них есть масса потребностей…, какие потребности у такого существа? Что творится в его голове? Он практически весь - кусок металла, пластика, проводов, резины, углеродных вставок и прочего, что характерно для любой сложной машины. Что от него ждать, какие мысли в его голове, его вообще можно называть человеком? Это всё ещё «он» или уже давным-давно «оно»?

-Ялта, всё. Кажется, готово. – Произнёс мужчина, в коем, на сегодняшний день, от собственно мужчины, остались только мозг, часть позвоночного столба, да так, по мелочи, кусочек тут, кусочек там…

А ведь это всё он сам с собой сотворил. Сам, добровольно. Никто не заставлял его превращаться в монстра из металла, пластика и немногочисленных ошмётков органических тканей.

Правда, когда он это с собой сотворил, особого выбора у него не было – либо так, либо смерть.

Это понятно, тут почти любой выберет деформацию себя в металлического монстра. Но потом, когда уже не было нужды и дальше себя уродовать, когда опасность смерти для него миновала, что сделал этот мужчина? А он продолжил превращаться в чёртову жестянку!

Ялта этого не понимал. А ещё, немного боялся этого человека…, хотя, скорее существо.

Он давно не человек. Машина, когда-то человеком бывшая, монстр, коему не место среди людей.

-Мы можем начинать? – Произнёс он, ничем не выдав волны отвращения, поднявшейся в душе.

-Да. Я думаю, да. – Кивнул киборг, именно киборгом он и являлся, но, наверное, только технически. У киборга, кажется, побольше должно своего остаться. А этот, считай весь из металла и схем – робот он, самый настоящий робот, с некогда человеческим сознанием. Теперь это сложно назвать человеком, даже и живым-то, наверное, называть теперь не совсем правильно.

-Тогда начинай Хитан. – Вновь ничем не выдав своего отвращения, произнёс Ялта.

-Хитаносёри. – Поправил его киборг, зачем-то мигнув левым телескопическим глазом. С трудом Ялта сумел подавить брезгливую дрожь. Нет, никогда он не поймёт подобных вещей. Человек просто изуродовал себя, отказался от всего человеческого, превратился в какой-то прибор на ножках.

Киборг вновь повернулся к приборам и, на миг, замерев, словно бы в сомнении, что-то произнёс на странном, чуть хрипловатом языке – кажется, это родной язык этой машины. Японский. Хотя и не факт, в языках Ялта не слишком разбирался. Такой задачи ему никто не ставил.

-Ищущий найдёт, ищущий ищет, в Поиске нашем есть Истина и Великий Смысл…

Ялта повернул голову – второй из сопровождавших его людей, невысокая крепкая женщина в тёмно-синей броне, сложила руки на груди в молитвенном жесте и бубнит бессмысленные слова.

-Поиск завершится и начнётся, Поиск будет продолжен, ищущий ищет и найдёт… - Бубнит теперь второй, который в чёрном, и мужчина. Он такой же псих как и женщина. Полоумные ребята, но Зону знают и умеют в ней выживать. Они, в сущности, опытные сталкеры, снабжённые и информированные куда как лучше любых сталкеров Зоны. Снять с них броню, забрать оружие и прочее, что они получили от Организации или при её посредничестве и что останется? Просто матёрый сталкер, сбрендивший в свою особенную сторону. Фанатики и безумцы, цели которых кажутся боссам бессмысленным сумасшествием. Однако они опытные ребята – те, кто выживают достаточно долго, а другим из их коллектива, никаких заданий и не поручают. Они лучшее, что можно найти в Зоне и они, естественно не единственные. Опытных сталкеров в избытке – Организация заботится о том, что б в Зону поступало как можно больше людей. Многие гибнут, многие выгорают изнутри, некоторые возвращаются на Большую землю, а те немногие, что остаются, превращаются в матёрых бойцов, способных пройти Зону вдоль и поперёк, притом оставшись в живых.

Организация непрестанно заботится о том, что б людей в Зоне всегда было в избытке. Полезно для бизнеса. Чем больше сталкеров, тем больше артефактов они приносят. Тех, кто возвращается для торговли чаще и дольше прочих, Организация ставит на заметку. Таких сталкеров запоминают, на них ведётся учёт – одна из обязанностей таких как Ялта и таких как лидеры Искателей. Какие-то из учтённых сталкеров, однажды, получат предложение от торговца, станут частью его маленькой свиты и осядут в удобном логове с хорошей едой, в тепле, да с шансом получить самое лучшее из всего того, что можно достать в Зоне. Какие-то, однажды, станут Искателями. Другим предстоит получить особое предложение от торговца – только им, только для них, по большой дружбе и из великого уважения, за дёшево очень, будет продана вещь, какую в Зоне не встретишь – еда, оружие, броня, нечто новое, особенное. Довольный своей удачей сталкер отправится в Зону, вместе с предметом унося и пару датчиков. А может, и нет – иногда, отслеживать морскую свинку от начала до конца, смысла нет. Достаточно просто послать по её следу доверенных и опытных людей, с правильно поставленной задачей. Собрать, например, образцы тканей, что останутся на месте трагической гибели подопытного.

Наверное, их всех таких, по-настоящему везёт, только Искателям. Организация приглядывает, что б у них было лучшее из доступного всем сталкерам Зоны. Оружие, броня, различные приборы. Они упакованы достаточно хорошо, что б выживать в большинстве передряг и успешно выполнять возложенные на них задачи. Но недостаточно хорошо, что б это стало обходиться чрезмерно дорого. Минимальные вложения, при максимальной отдаче – окупаемость высшего порядка. Ну, а как иначе? Просто бизнес, ничего личного. Зона всего лишь источник прибыли, чем она является в действительности, для чего возникла, каковы её цели, её природа – если это никак не повлияет на количество получаемой прибыли, кому какая разница?

Никому и не было дела до всех этих вопросов многие годы.

А потом что-то произошло и боссы решили, что некие процессы внутри Зоны, нечто глубинное, связанное как раз с её природой, может повлиять на доход, извлекаемый из Зоны. И немедленно начали принимать меры - переправлять оборудование сюда, к этому существу.

А теперь наступила кульминация, так сказать, момент истины. Сейчас станет понятно, верным ли было решение боссов, оправданы ли затраты, не обманет ли их ожиданий металлический монстр…

Ялта тяжко вздохнул – жаль, что он не знает что к чему. Всё что ему известно, так это то, что он смог сам понять из происходящего, предположить и додумать опять же сам. Увы, но у него не то положение в иерархии Организации, что б знать больше, чем ему известно сейчас.

Может, когда-нибудь, всё изменится и будет на его месте, какой-нибудь Гека или там Вася Штырь, а он будет сидеть в каком-нибудь удобном кабинете далеко отсюда и раздавать указания…

-Приготовьтесь. Возможно, будут подземные толчки. – Сказал киборг.

-Что будет? – Нервно переспросил Ялта.

О таком его предупредить как-то позабыли. Тяжко сглотнув, он поднял взгляд вверх – над ними тонны земли и различного оборудования в неё зарытого, а кое-где, там есть и тяжёлые бетонные пробки. Если всё это вдруг рухнет им на головы…

Киборг нажал какие-то кнопки. Несколько шкал на приборных панелях и мониторах прыгнули вверх. Там, где были стрелки, их положило вдоль горизонта. Лампочки на приборах перестали мигать, многие потухли и зажглись новые. В комнате теперь преобладает рассеянный красноватый свет.