Дорога вильнула, подпрыгнула на возвышенности, и я увидела серебристый изгиб речки. Поверхность воды заискрила тысячей солнечных бликов, но стоило приглядеться, как река скрылась за стеной деревьев. Украдкой вздохнув, я продолжила смотреть в окно машины. Впереди тихонько переговаривались родители. Мама вслух вспоминала все ли вещи положила в сумку, а папа говорил, что если что они всегда могут вернуться и довезти необходимое. Они вполголоса спорили, а я старалась не прислушиваться. Родители то и дело замолкали и оборачивались на меня, но я смотрела в окно и делала вид, что не замечаю этого. Мне было не страшно, но немного тревожно.

«Что, если дети там будут такими же как в школе?» — переживала я. А потом тихонько вздыхала и безотрывно смотрела на разноцветные домики, что тут и там мелькали между деревьями. «А если они будут ещё хуже?» — закрадывались тоскливые мысли.

— Не переживай, Катюш. Тебе понравится. — попыталась успокоить меня мама.

— Появятся новые друзья. — добавил папа.

Я лишь вздохнула, погружаясь в тревогу всё глубже и глубже.

Машина свернула с основной дороги и колёса зашуршали по грунтовке. Мы остановились перед большими железными воротами. Папа заглушил машину. Я вышла и осталась стоять, прячась от гомонящих детей и взволнованных взрослых, столпившихся перед воротами лагеря.

Папа вытащил из багажника сумку, мама приобняла меня за плечи и вместе мы подошли к воротам, возле которых дети уже выстраивались в длинную очередь. Рядом хныкала девочка. Она то и дело поворачивалась к стоящей чуть в стороне бабушке и тянула:

— Бабуля Люся, а я расчёску забыыыла.

Её бабушка говорила по телефону:

— Сашка, сынок, дочь твоя с ума меня сведёт! Говорит, что расчёску забыла. В сумке в боковом кармане?

Мама поправила мою косу и прошептала:

— Всё будет хорошо.

Я неуверенно улыбнулась и подошла к растрёпанной женщине, которая, сверяясь со списком пропускала детей в лагерь. Сначала она сверила данные, потом взяла кипу справок и, проверив их кивнула. Родители обняли меня на прощание, папа отдал чемодан, и я вошла в ворота лагеря.

Между раскрашенными в яркие цвета домиками петляли заасфальтированные дорожки. Внутри всех распределили по группам и, сверившись с очередными списками, повели к жилым домикам. Мы миновали сцену, напротив которой стояли ряды деревянных скамеек, прошли мимо танцплощадки с небольшим навесом для техники, обогнули длинный административный корпус и пошли к ярким домикам.

За деревьями я увидела железный забор, а за ним торчали дачные домики. Я остановилась. Что-то в них показалось мне смутно знакомым, как будто когда-то я уже видела их. Мой отряд уже отошёл вперёд, и я поспешила догнать их, но не удалось. Коса зацепилась за густой куст, растущий вдоль тропинки.

Я отпустила чемодан и повернулась, чтобы отцепить, но коса только натянулась.

— Вот растяпа! — послышался из-за спины мальчишеский голос.

Мальчишка подбежал и начал осторожно отцеплять косу.

— И ничего я не растяпа. — обиженно ответила я.

— Ещё какая растяпа. Угораздило же так зацепиться. — он освободил мою косу и отошёл на шаг, чтобы рассмотреть.

— Спасибо. — я шмыгнула носом.

— Пожалуйста. — мальчик пожал плечами. — Ты в шестом отряде?

— Ага.

— Не повезло.

— Почему это? — насупилась я.

— Будешь нам своей неуклюжестью статистику портить.

— Ну и дурак. — ответила я.

— Сама дура. — он безразлично пожал плечами.

По дорожке к нам приблизился ещё один мальчишка и девочка с россыпью светлых кудряшек.

— Меня Настя зовут. — представилась девочка. — Это Миша — она показала на спасителя моей косы — и Вова. А тебя как зовут?

— Катя. — ответила я, и сжала губы.

— Да не обращай на него внимания. — вдруг хихикнула Настя. — Он всем сначала гадости говорит.

Я искоса посмотрела на Мишу и кивнула.

— Ой да подумаешь. — закатил глаза Миша. — Зацепилась косой за кусты и стоит, даже помощи не просит. Растяпа и есть.

— Была бы у тебя коса, я бы посмотрела на тебя. — надулась я.

— Я бы тоже посмотрел. — неожиданно рассмеялся Вова, а вслед за ним и остальные.

— А ты откуда такая взялась-то? — с хитринкой спросил Вова.

— Какая — такая?

Мальчик помолчал с минуту, после чего протянул с нескрываемым ехидством:

— Неуклюжааая.

— Сам ты неуклюжий! — я развернулась и уже шагнула к домику, возле которого вожатая распределяла детей по комнатам, когда Настя поймала меня за ладошку.

— Да не обращай на них внимание. — она укоризненно посмотрела на братьев, которые сдавленно хихикали за моей спиной.

— А вы когда успели познакомиться? — спросила я.

— Мы в одном дворе живем. С самого детства дружим. Вот родители и решили нас вместе в лагерь отправить. — Настя поправила волосы. — Давай попросим, чтобы нас в одну комнату поселили? — предложила она.

Мы подхватили свои чемоданы и поспешили к другим детям из нашего отряда. Дорожка обогнула небольшой, но длинный овраг, красиво обложенный камнями, заросший мхом и какими-то декоративными растениями.

— Я слышал, что когда-то давно в этом лагере пропал охранник. Ушёл под землю вот в этом самом месте. — Вовка показал на овраг.

— Да брехня это всё. — буркнул Мишка. — Страшилки для детей.

— Я тоже про эту историю слышала. — сказала Настя.

— Даже если это правда, то было уже очень давно. — парировал Мишка.

Подойдя к вожатой вместе с увлечённо спорящими друзьями, я улыбнулась. «А здесь не так уж и плохо.» — подумала я. Возможно родители были правы и у меня появятся настоящие друзья. Настя взяла меня за руку и улыбнулась.

— А можно нас с Катей вместе последить? — спросила она.

Вожатая кивнула и сделала пометку в списке.

— Девчооонки. — протянул за спиной Мишка.

Настя обернулась и показала ему язык, а я улыбнулась.