2-й год. Глава 10. Часть 1

В этот раз я проснулась от будильника, но не сразу смогла его отключить, обвитая руками любовника. Риан нехотя отпустил меня, и я пошла в душ. Мы одевались вместе, я смотрела на накаченное молодое тело — почему-то разница в пять лет мне казалась огромной пропастью между нами, и рядом с ним я чувствовала себя старлеткой — и задумалась, насколько это серьезно. Я точно не собиралась бросать мужа, рушить семью и щеголять с молодым бойфрендом — такое поведение казалось мне эпатажным, и я не собиралась его реализовать.

Меня успокаивал тот факт, что это был всего лишь секс. Скорей всего. Дикий молодой секс, каким мы баловались с мужем еще до свадьбы. Когда оставались у знакомых на ночь и на нетрезвую голову пробовали разные позы. Ну конечно, это был всего лишь секс в командировке. Возможно, у меня был кризис возраста или отношений. Может, я слишком рано вступила в серьезные отношения и не успела нагуляться? Да вроде нет, я осознанно вышла замуж и родила дочь. Может, я слишком долго в равном браке — мы не ругаемся о роли мужчины и женщины в этом мире, и если не хочешь делать чего-то, просишь это сделать другого — и мне нужен был эмоциональный всплеск? Но нет, я за это и ценила мужа. Пусть уж лучше без серенад под окном и букета из сто одной розы, зато без ревности и истерик на пустом месте. Просто захотелось парня, выглядящего моложе? Надо сказать, что я и сама не тянула на свой возраст. Еще на прошлый Новый год у меня спрашивали паспорт, когда я покупала вино в магазине — и это за месяц до возраста, в два раза превышающего ограничение!

Что же меня тянуло к этому корейцу, что я нарушала свои же жизненные устои? Я смотрела на его красивое лицо и надеялась, что это всего лишь физическая тяга к запретному плоду. Одна мысль о нем заставляла все тело трепетать в предвкушении. Он проводил пальцами по коже, и ноги подгибались от удовольствия, глаза закрывались и губы ждали нежности. Да, я соскучилась по поцелуям. Не по этим легким прикосновениям, а по настоящим поцелуям — с танцем языков, с внедрением в личное пространство, со столкновением миров.

Должно быть, в этом все дело — в теле, в красивом молодом теле. Муж спустя годы после свадьбы немного обрюзг. Вроде меня это не беспокоило, потому что я всегда смотрела внутрь человека и всегда восхищалась им. С каждым новым годом совместной жизни, с каждым испытанием он не падал в моих глазах, а наоборот становился лучше, отношения крепли.

Только тогда что же привело к измене? Или я действительно влюбилась? Опять? То есть это не просто секс, а меня задело за живое что-то из того, что было в видео контенте группы, чего не хватало мне в семейной жизни? Или тут сыграл контраст моей серой пыльной жизни и его яркой неординарной работой — и он сдул с меня пыль и выбрал из всей толпы?

Я слишком надолго задумалась, что Риану пришлось меня теребить.

— Пойдем завтракать.

— Да-да.

И все вопросы «А что если?» зависли в воздухе где-то между его поцелуем и закрытой дверью.

Группа уже была в столовой, и Ли присоединился к ним. А меня продолжили обуревать вопросы «зачем» да «почему». Поэтому елось мне с трудом, но я запихивала в себя и рыбу, и яйца, и зелень, чтобы дожить до обеда. Времени на чай совсем не осталось, поэтому булочку с корицей, которую только что принесли и которая волшебно пахла, я щипала и доедала уже в лифте по дороге на выход.

Вопросы не оставляли меня и в машине, и всю первую половину рабочего дня, пока папки мелькали перед глазами со скоростью света. Я даже не заметила, когда стол опустел и все дела перекочевали обратно в коробку. Это заметили и мои девчонки. Ясмина очень быстро организовала чай и печеньки. За ней с кружками подтянулись и остальные.

— Ну, рассказывай, — серьезно потребовала Ясмина, и девушки активно закивали.

— Что?! — недоумевала я.

— У тебя на лице написано, что ты встретила своего корейца, — произнесла очевидное для всех Жанна.

— Правда? — испугалась я и ощупала лицо, будто это помогло бы мне увидеть тоже самое.

— Ты вся светишься уже какой день, но на твоем лице слишком сильное напряжение. А значит, у тебя дилемма, — уточнила Юлия. — Элементарно, Ватсон.

Я рассказала обо всем, оставляя себе только интимные подробности.

— Я не знаю, что делать. Дубай вновь свел нас вместе, и мне очень хорошо с ним, но в другие моменты мне стыдно, и я сама себе противна. Сколько я вечно обвиняла мужчин в легкомысленности, а сейчас оказалась на их месте. Рассудите меня. Я знаю, что неправа, но не могу отказаться от такой возможности.

— А что мы можем сказать? Ты знаешь, что неправа, ты чувствуешь вину за происходящее. Но если мы тебя осудим, ты окончишь эти отношения?

Я помотала головой.

— Ни за что. Как только мы встретились в лифте, я сразу поняла, что меня уже ничто не остановит. И сейчас после двух ночей с ним, я не жалею.

Ясмина откровенно отводила глаза.

— Ну, вот видишь, ты меня осуждаешь!

— Не в этом дело, — поспешила объясниться арабка. — На моей памяти Дубай никогда не делал таких подарков, чтобы это разрывало человека. Всех, кого я знаю, город наградил за старания и дал каждому свое. Дал то, что им было нужно. Насколько тебе нужен этот парень?

Я ответила не задумываясь.

— Кто ж знает. С одной стороны, совсем не нужен, ведь у меня есть семья, и новую я не хочу. С другой — он сделал для меня больше, чем всякие умные книжки и мой психолог. Жизнь рядом с ним — это то, ради чего хочется просыпаться по утрам, понимаете? Но как только я думаю о России, то он исчезает на картине. Он не вписывается никак.

— Уверена, вы меня сейчас закидаете шапками, — начала Жанна, — но я рада, что ты повстречала своего корейца. Мы, — она обвела рукой всех присутствующих, — знаем тебя такой, какая ты сейчас, открытой, яркой и живой. — Я с вопросом посмотрела на подругу. — По работе я много общаюсь с иностранными филиалами, — Ясмина подтверждая закивала. — У нас есть отдельный чат для общения, чтобы перемывать кости сотрудникам. Шучу! Но иногда мы обсуждаем гостей компании и командировочников. Знаешь, какое у тебя прозвище?

Я помотала головой.

— Робот.

Жанна сделала паузу, чтобы все осознали всю глубину этого понятия. Я вздохнула.

— Я сначала не поняла, о ком они говорили. Но Аврора на все филиалы одна, и я расспросила. Ты ни разу не зашла за пределы своей ответственности. Отказывалась от выходных, праздников, не ходила на обед с коллегами, выпить после работы, никогда не смотрела город, не ходила на экскурсии, редко покупала сама сувениры, потому что не успевала настолько узнать местность, чтобы выбрать что-то.

Я слушала, опустив глаза.

— Робот! Девочки, вы бы назвали Аврору роботом?

Я подняла глаза, чтобы посмотреть, что ответят подруги. Они все мотали головами.

— Представьте мое удивление, — тихим голосом закончила Жанна. — Смотри, что сделал с тобой Дубай. Смотри, что сделала с тобой любовь этого парня.

Слезы покатились по щекам.

— Я понимаю, что как не замужняя и не в отношениях не могу давать советы, но если несколько дней ты позволишь другому мужчине подтолкнуть тебя к изменениям во всей оставшейся жизни, то по-моему надо ему это позволить.

— Но ведь я предаю мужа.

— Ты предаешь себя в первую очередь. Если ты думаешь, что спрятавшись за правилами и максимально распланировав жизнь, ты избежишь больших потрясений, то смотри, к чему это тебя привело. Ты ведь не чувствуешь ни стыда, ни укола совести, когда ты с Ли?

Я подумала и помотала головой.

— С ним я будто в пространственно-временном пузыре, где кроме нас ничего не существует. Будто так и должно быть. Я начинаю понимать всю дикость ситуации, только когда нахожусь далеко от него.

— Ты не знаешь, что будет завтра, что будет в следующем году, — вступила в разговор Оливия. — Я не приемлю измены, но почему-то в твоем случае я сомневаюсь. Мне тоже хочется, чтобы ты не корила себя за корейца. Через несколько дней пузырь лопнет.

Я с благодарностью посмотрела на Оливию. Юлия и Ясмина, которые жаждали подробностей в прошлом году, хмурили брови.

— Я бы не хотела, чтобы со мной так поступили, — тихо проговорила Юля.

— Я бы тоже, — поддержала подругу Ясмина. — Но с Дубаем нет смысла спорить. Лучше принять его подарок, чем расхлебывать его гнев. Оставляй как есть. Ты когда уезжаешь?

— Двадцать седьмого.

— В аэропорту сотри номер корейца, и твоя совесть будет чиста, — безапелляционно потребовала Ясмина. И я не посмела ее ослушаться.

— Да, я тоже об этом подумала.

Ясмина поставила чашку и попрощавшись вышла. За ней вышла Юля и Оливия. Я отвлеклась на сообщение на телефоне. Жанна наклонилась через стол.

— Это от него? — полюбопытствовала она.

Я кивнула.

«Сегодня есть места на сафари с ночью в пустыне. Сможешь?» — спрашивал Риан.

«Да. Во сколько?» — ответила я.

«16.00 автобус отходит от отеля».

Я посмотрела на улыбающееся лицо подруги и спросила:

— А нас во сколько сегодня отпустят?

— Да как обычно, после обеда. А что? На свидание зовет?

— Угу, в пустыню.

— У-у-у, как романтично.

«Я успею!»

«До встречи!»

«До встречи!»

Я глупо улыбалась, совершенно забыв, о чем думала последние часы. В кабинете позвонил телефон. Трубку схватила Жанна. От эйфории она уже себя не контролировала. Нас позвали на фуршет, и мы удивились, как быстро пролетело время. Я успела доделать все дела, и теперь могла немного расслабиться. Директор филиала сказал торжественную речь и пригласил к рождественской елке, чтобы вновь выдать всем небольшие подарки от фирмы. В этот раз мне досталось жемчужное ожерелье. Я воспользовалась суматохой и быстро спрятала подарок от других, заметив, что тем подарки были скромнее. Заиграла медленная музыка, и я позволила себе пригласить директора, который не успел сбежать от подчиненных.

— Ты, наверное, хочешь узнать, почему твой подарок немного отличается? — догадался он.

— Да, было бы неплохо.

— Если ты думаешь, что я пытаюсь тебя соблазнить, то ты права. Точнее я пытаюсь переманить тебя из России. Я заходил в кабинет и видел, что ты уже закончила свою работу.

— Если честно, я сама не заметила, как это получилось. Но да, ревизия окончена.

— У нас в ближайших планах есть расширение офиса, и мне катастрофически понадобиться заместитель. Штат набирается за счет ресурсов всех филиалов, так что я могу подготовить бумаги на твой перевод. Я уже говорил, что ты пригодишься мне как специалист. Да и пора бы тебе расти по карьерной лестнице. Ты уже переросла пыль и книжных червей.

— Хорошо, я подумаю.

— Буду надеяться на твой положительный ответ.

— Спасибо за доверие.

Он закружил меня и отпустил, а затем воспользовался моментом и, попрощавшись с сотрудниками, откланялся. Жанна еще какое-то время мучила меня, почему мы танцевали, и я наврала, что отчиталась о проделанной работе. А потом уточнила, что могу полтора дня гулять, и также сбежала, нахватавшись закусок до отвала, понимая, что следующий перекус будет только вечером на сафари.

К четырем часам я стояла с рюкзаком вещей в длинном брючном комбинезоне, что купила на предыдущий день в торговом центре. Я выбрала коралловый цвет, чтобы выделяться на фоне песка. И еще потому, что у меня с собой была помада нужного оттенка. В рюкзаке лежали несколько бутылок воды, теплую одежду, потому что предупредили, что ночью будет холодно, и питательные батончики, если вдруг захочется есть. Макияж я оставила минимальный, чтобы не смывать его на ночь и проснуться уже накрашенной.

Ли Риан, неизменно в синих джинсах и белой футболке, договаривался обо всем с водителем и, только закончив, подошел ко мне. Он показал мне памятку, что мне выдали на ресепшене, когда я вбежала в отель после работы, и по которой я и собирала вещи, и уточнил, все ли я взяла. Я хотела пошутить, но просто кивнула, чтобы убрать с его лица напряжение.

— Расслабься, мы едем отдыхать, — поддержала его я.

— Все всегда организовывают менеджеры, — признался он. — Максимум, что я делаю обычно, это выбираю и заказываю подарки друзьям и родным. И сейчас, когда я сопровождаю тебя в пустыню, мне тревожно, чтобы все прошло нормально.

— Все будет хорошо, — заверила я. — Если бы можно было, — это я уже шептала, — я бы тебя сейчас поцеловала.

— О, мне сейчас так этого не хватает, — сказал он тихо.

Проводник сверился со списками и пригласил всех в микроавтобус. Нас было десять человек туристов, и все с нетерпением ждали начала поездки. Особенно я, которая не знала, что именно входило в программу, но предвкушала долгожданное приключение.

Часа полтора мы выезжали из города, пока не показалась пустыня. Затем нас пересадили по джипам, и свернув с дороги, мы направились вглубь к дюнам и барханам. Водитель сразу запретил открывать окна, чтобы песок не проник внутрь. Поэтому все фотографии и видео я снимала через затемненное стекло. Но водитель успокоил, что будут специальные места с красивыми видами, где у нас будет возможность сделать красивые снимки.

Полчаса, и мы оказались в оазисе среди песков. Нас облепили несколько человек и плохо различаемо кричали что-то на английском. Видимо, они предлагали товары, потому что в руках было много разной утвари. Натянув на лицо доброжелательную улыбку, я отказывалась от всего. Мы с Ли еле пробрались сквозь толпу. В далеке мы увидели сцену, видимо, для некого шоу. Недалеко стояли палатки, и мы сразу выбрали самую дальнюю, чтобы беспокоить меньше соседей, предвкушая горячую ночь.

Первым делом нас отвели к дюнам, где предложили покататься на доске: не у всех получилось элегантно скатиться, но удовольствие точно получили все. Затем все занялись снимками на фоне бронзового солнца. Мы поразвлекались, фотографируясь в разных позах. Я даже сделала кувырок и с удовольствием плюхнулась в песок. Из головных уборов мы выбрали платки, чтобы закрывать от солнца голову, а хвостиком закрывать нос и рот, спасая от порывов ветра, так что после валяния в песке я просто как следует встряхнула платок.

А затем мы как зомби шли на запах еды, потому что успели сильно проголодаться. После ужина нас пригласили на шоу, но как только мы расселись, услышали тревожные крики вместо развлечения. Проводник внимательно выслушал вестников и напугал, что идет песчаная буря.

Я специально смотрела, что зимой бурь не бывает, но видимо и в природе есть свои исключения. Нам быстро раздали сухпаек и воду и проводили к палаткам. Строго настрого запретили всем выходить и заставили всех сбегать в туалет, пока была возможность. А затем проследили, чтобы все плотно закрыли палатки.

Мы сначала немного обустроили палатку, разложив выданные пледы и собственные теплые вещи. Мы сразу почувствовали, когда нас настигла буря, потому что палатка еле устояла от натиска стихии. Песчинки забарабанили по ткани как дождь, а из-за сильного ветра казалось, что ночь еще холоднее.

Ли Риан прихватил с собой термос, и первым делом, чтобы согреться мы выпили чаю и немного поговорили, а затем занялись тем, что давно назревало. В какие-то моменты мне хотелось кричать от удовольствия, но я сдерживалась, и вырывался только стон. В первый раз Ли Риан закрыл мне рот пальцами, но потом понял, что в такой буре нас вряд ли кто услышит, и отпустил. Когда мы наконец успокоились и легли, стихия все еще устрашающе завывала, но по нашим лбам стекали капельки пота, а на лицах сияла усталая улыбка, и нам было совершенно все равно, что там было за пределами нашего маленького мирка.

Мы выпили еще по кружечке чая, закутались в пледы и уснули.