2-й год. Глава 8

За год многое изменилось. Я успела забыть о любовном приключении как о далеком сне. Я была уверена, что такие истории в жизни не повторяются. И не ждала, что командировка в Дубай опять достанется мне. Хотя начальник говорил, что филиал остался крайне доволен моей работой и высоко оценил аудит, но привилегия за счет фирмы поехать в мини-отпуск досталось другому сотруднику. Я не расстроилась, хотя когда слышала название города, сердце начинало биться чаще.

Все-таки поездка дала огромную встряску нашим с Вадимом отношениям. Мне захотелось того же всплеска эмоций, что я испытала с корейцем, и маленькими шажками мы обогащали нашу семейную — и особенно интимную — жизнь. Заметно было, как муж возвращался уставший и нагруженный с работы, а потом все чаще стал шутить и делать приятные мелочи.

У нас и так было все хорошо, но с обновленными отношениями у нас появилась искра. Началась вторая молодость, и мы поняли, что слишком рано поставили на себе крест. Мы стали активнее проводить свободное время, также позволяя и дочке решать, куда поехать на выходных. И подросток Ева, не смотря на возраст, вдруг откликнулась. Ее хотели понять, и ей это понравилось.

Мою жизнь можно было назвать счастливой, как по классике, мне хотелось идти на работу, потому что я начала общаться с коллегами и интересоваться их жизнью, а потом торопилась домой, чтобы обнять любимых.

Так бы все и закончилось, но в Дубае с новым сотрудником произошел скандал. Он чересчур близко воспринял гостеприимство хозяев и попал в передрягу. Кроме того, что он напился, он еще приставал к сотрудницам, склоняя их к совместному проведении ночи. Но даже это осталось бы слухами и косыми взглядами, так как все участники согласились на первый раз простить молодого повесу. Но вот вождение в нетрезвом виде и непотребное поведение в общественном месте подвели его к тюрьме.

Пока юристы бегали с официальными запросами, начальник извинился перед арабским филиалом и предложил срочно заменить горе-сотрудника. Коллин Фостер проводил переговоры. Он воспользовался ситуацией и потребовал прислать меня. Мой начальник не мог долго сопротивляться, и запустил бюрократическую машину по оформлению командировки. Он обещал, и действительно все прошло оперативно. Меня предупредили, что возможна задержка командировочных. Для вида я попросила ускориться, потому что Дубай — дорогой город. Но нам на днях перевели новогодний бонус, и я была спокойна. Уже к вечеру мне купили билет на самолет с вылетом на следующий день и забронировали гостиницу на пять дней.

Времени было совсем мало, так что я отпросилась с работы и побежала закупать подарки. Как назло, ничего в голову оригинального не приходило, да и пришлось довольствоваться ассортиментом большого магазина по дороге домой. В итоге я купила четыре кухонных набора, в которые входили прихватки, рукавички и фартук. Выбрала расцветку гжель и хохлома. Отдельно добавила по набору льняных полотенец, и пошла в сладкий отдел. Там накупила вкусного русского шоколада, включая мой любимый грильяж, и яблочной пастилы. Заглянула в отдел чаев и нашла полочку с травяными сборами, набрала разных в стеклянных банках. Долго простояла перед вареньями и медом, и ко всему добавила варенье из шишек и орехи в меде. Пока выкладывала на ленту кассы, все думала, не слишком ли дурацкий подарок. Не разочарую ли я их с таким набором? Но выбора у меня не было.

В этот раз я взяла меньше вещей и больше чемодан, чтобы купить что-то в огромных торговых центрах, а также получила заказ от мужа, дочки и даже обеих мам, которые в прошлый раз были в восторге от шалей и специй и как одна заказали себе абайи. Для меня было удивительно, когда они начали соревноваться между собой в готовке с новыми специями, подбирали наряды к вышитым шалям и обменивались фотографиями, где успели в них засветиться. Их многолетнее непринятие друг друга неожиданно переросло в необычную дружбу. Они хоть и сравнивали собственные достижения, но как-то по-доброму. Даже Вадим удивлялся, насколько теплее стали проходить совместные праздники. Эти подарки стоили серьезных вложений, и муж воспринял траты скептически, но впоследствии мы не жалели ни об одном потраченном дирхаме.

Да, Дубай повлиял на всех нас.

И вот я возвращалась. Нетерпение читалось во всех моих жестах и словах. Я не знала, что принесет Дубай в этот раз. Конечно, дочка мне сообщила о концертах ее любимой корейской музыки, но среди них не было той группы, название которой я ждала. Я одновременно расстроилась и обрадовалась. С одной стороны, я не увижусь со старым другом, красивым и талантливым парнем. С другой — я могла быть спокойна за душевное состояние. Меня ждала только работа. И бесконечно яркое арабское солнце.

Закат в самолете смотрелся сказочно. Он вновь манил в жаркое приключение. Подготовиться я не успела, поэтому мысленно разрешала спонтанности вести меня в новом отпуске. Даже не заметила, как пролетело шесть часов и самолет пошел на посадку. «Пристегните ремни — отпуск начинается!» — мысленно проговорила я и улыбнулась.

Деловое настроение, спокойное и уравновешенное, покинуло меня за этот год почти полностью. Я научилась внедрять человеческие качества без помех для работы. И хотя я и раньше получала удовольствие от своей деятельности, сейчас я перешла на новый уровень. Я будто действительно переживала новый виток молодости и вновь хотела знать все и обо всем. Я открылась новым видам спорта, отдыха и увлечений. За год я перепробовала с дочкой кучу новых занятий. Главная задача была помочь ей определиться с будущим направлением, поэтому я не только была партнером, но иногда и подопытной. А вместе с тем и сама делала что-то новое. Мозг больше не скукоживался, покрываясь плесенью старости и ограниченности, а работал в несколько смен, чтобы успевать делать и основные задачи и второстепенные. Наверное, так и развивают мозг — никаких дополнительных упражнений не нужно.

А самое приятное, как на нас с Евой смотрел Вадим. Сколько нежности он скрывал во взгляде. Иногда ему нравилось просто сидеть рядом, и если нас не отвлекал телевизор, то он включал новости. На день рождения мы с дочкой придумали подарить ему приставку, ведь каждый мальчик мечтал о таком подарке, даже если ему было немного за сорок. И ведь угадали. Теперь нас ждали громкие выплески эмоций и ругательства в сторону экрана, где разгорались недетские страсти: гонки, стрелялки и квесты.

Дочка, которая раньше часто просилась гулять с друзьями, стала чаще выбирать нашу компанию. И зная, что скоро она это перерастет, мы украдкой переглядывались и тихо радовались, что из всего разнообразия ее мира, она выбирала нас. Наверное, мы что-то сделали правильно в этой жизни. И теперь она показывала нам новые горизонты, чтобы мы продолжали развиваться, учились наслаждаться каждым моментом и с высоко поднятой головой смотрели в будущее. Спасибо, жизнь, я старалась.

В числе первых я покинула борт боинга, ближе всех встала у ленты, чтобы схватить чемодан, и первая вышла в зал ожидания, где со знакомой табличкой меня уже ждал водитель. В этот раз он приехал заранее. Он встретил меня в прошлый раз, он встречал и в этот — мой первый символ, что отпуск удастся. Пока я выходила с аэропорта, уже стемнело, и ночные улицы расплескали белые и желтые капли фонарей. Полной грудью я вдохнула жженый горячий воздух города и, позволив таксисту забрать мой чемодан, юркнула в кабину и примостилась вплотную к окну, чтобы обласкать привычные виды. Дубай, я скучала!

В отеле в номере, который один в один был похож на прошлогодний, я почувствовала себя как дома и сразу развесила привезенные наряды в шкаф. Неделя в прошлом декабре вспоминалась отдельной жизнью — того же я ждала и от нынешних пяти дней. А потому захотелось домашнего уюта, где вещи разложены по полочкам, и пустой чемодан убран с глаз долой.

Воодушевление сняло усталость. Я тут же достала купальник, шлепки, схватила халат из ванной и побежала в панорамный бассейн. Что-что, а этот вид вспоминался мне чаще других. Высоко над величественным городом, поднявшегося из сухого и безжизненного песка, я чувствовала себя перелетной птицей, что на зиму устремилась в жаркие края.

Вода была теплой, а навес уже украшали к очередному Рождеству. Авторских коктейлей, оказавшихся такими вкусными, пока не делали, но мне не забыть клубнику на губах с мятным послевкусием. Я попросила вишневый сок и вскоре наслаждалась холодным напитком на лежаке, всматриваясь в даль, чтобы уловить намек на Персидский залив. И тихо улыбалась своим мыслям в предвкушении приключений. А потом в состоянии эйфории вернулась в номер и долго не могла уснуть.

Ужин я решила пропустить, потому что хотелось скорее лечь спать, чтобы выйти на работу. Долго ворочалась, вслушиваясь в топот новых постояльцев за дверью, подсознательно ожидая услышать знакомый говор. Но звучали только европейские языки. Я все-таки встала и налила себе стакан воды. За окном было шумно, и я вышла на балкон. Мне открылся вид на гигантский купол. Сегодня он светился фиолетовым и звал к себе любителей потусить. Я шепнула вслух «Не сегодня!» и вернулась под тонкое одеяло. Затем представила увиденный ранее закат, бронзой воспламенивший небо над городом, и только он смог убаюкать расшатанные нервы.

Утром я заставляла себя не торопиться, нетерпение встряхивало сонные мышцы, подгоняя мои движения. Завтрак я старательно жевала, несмотря на то, что взяла воздушный омлет и любимые морепродукты. А посмотрев на время, заставила себя еще взять небольшую тарелку сладостей и чай, чтобы растянуть прием пищи. И все-таки вниз я спустилась раньше корпоративной машины, поэтому сделала кружок вокруг отеля. Сейчас под палящим солнцем архитектура вновь напоминала замки из песка и соответствовала пастельной цветовой гамме.

В офис я вошла с улыбкой и радостно поприветствовала всех, кого смогла запомнить с прошлого раза. Девчонки, которые заходили во время прошлой командировки, тут же перехватили меня, сообщили, что директор будет после обеда. А значит, можно было засесть в комнате отдыха, попить чая и обсудить последние слухи. Я поставила ему пакетик с гостинцами, которые передали от фирмы, и пошла за подругами в столовую.

Пока грелся чайник я разложила привезенные подарки на стол, чтобы девушки сами выбрали, что им больше всего нравится.

— Какое богатство! — воскликнула Оливия. — Как вообще можно что-то выбрать?

— Легко! — сказала Юля и быстро разложила все на четыре кучки. — Вопрос только в том, что тебе больше нравится: гжель или хохлома?

— О! Что за наборы! — обрадовалась Жанна и схватила гжель. Когда она достала фартук из плотной ткани, она чуть ли не со слезами посмотрела на меня.

— Что такое? — испугалась я.

— Я же начала рисовать. А этот фартук такой красивый — как раз то, что нужно. И конфеты мои любимые! Как ты угадала?

— Даже не знаю. У меня было всего пару часов, чтобы хоть что-то придумать. Мне не хотелось оставлять вас без подарков.

— Хохлома потрясающе смотрится! — сказала Ясмина и забрала себе черно-красный набор.

Оливия выбрала гжель и, довольная оставшейся расцветкой, Юля забрала себе кухонный текстиль с хохломой. Теперь мы могли обменяться новостями.

Перво-наперво они, конечно, рассказали все подробности произошедшего с моим предшественником. Парень симпатичный, поэтому возымел влюбленные взгляды со стороны молодых незамужних девушек. И они украдкой старались всецело завоевать его внимание. А стоило ему выпить — и тут никто не мог сказать, где он успел так набраться — он пошел по всем красавицам офиса, чтобы снискать их ласки.

Охрана выгнала его, но он на этом не остановился и пошел по кафе и торговым центрам. В итоге полиция взяла его на пляже, где он приставал к туристкам и куда приехал на арендованной машине в нетрезвом виде. Такое поведение каралось тюремным сроком или большим денежным штрафом. А штраф был неподъемным. В Дубае вообще нет маленьких штрафов.

Мы обсудили, смогут ли юристы компании как-то оправдать дебошира и отделаться депортацией и внутренним наказанием или все же придется взять расходы на фирму и штрафовать работника, пока полностью не будет выплачен долг.

— Хорошо бы обошлись штрафом, а то у нас с алкоголем строго, — сказала Ясмина.

— Его отец в бешенстве, — намекнула я.

— О боже! Я так и знала, что он из потомственных, — с укором проговорила Юля. — Была в нем эта беспардонная уверенность, что ему все сойдет с рук.

— Я переехала сюда из Рио и мне сразу сообщили, что поблажек не будет, — подхватила Оливия. — Вот — работаю как все. А этот идиот устроил дебош уже на третий день! Боюсь представить, как бы он повел себя у нас. Возможно, и до полиции не дошло бы. Бразильцы — люди горячие, могли бы просто по башке надавать ему, и дело с концом.

— О чем они вообще думали, посылая его сюда? — возмутилась Жанна. — Я лично слышала, что директор настойчиво запрашивал прикомандировать тебя. Какое счастье, что все разрешилось, и ты вновь с нами.

Мы подняли кружки и выпили.

— И опять на праздники, — потерла я руки. — Хотя возможно руководство заставит меня отрабатывать и выходные дни. Все-таки столько времени упущено.

— Вряд ли. У нас с официальными праздниками четко. Если отдыхать, то отдыхать всем. Так что планируй поездки, — и Жанна подмигнула.

— Разобрались с распутником. Теперь рассказывайте, что у вас на личном фронте?

Жанна поделилась про новые курсы по эмоциональному рисованию и могла бы часами рассказывать про вечерние пленэры, но мы мягко попросили просто показать в следующий раз картины.

Юлия перестала исправлять окружающих на «Джулию» и, как давно мечтала, пошла на поварские курсы. К этому моменту она уже прошла базу основных блюд и приступала к десертам. Она рассказала, что чувствовала себя как гениальный композитор, которого наконец научили нотной грамоте и теперь она больше понимает свою интуицию и сочетает с полученными знаниями. И как-нибудь она обязательно угостит нас удачным экспериментом.

Оливия призналась, что заскучала по родной стране и пошла на танцы. Она танцевала с детства. И это даже не было каким-то занятием. Просто вокруг танцевали все. И это была ее стихия. Она попеременно сходила на бачату, сальсу, зумбу, но так и не смогла выбрать. Поэтому договорилась с танцевальной студией, что по чувству будет ходить в разные группы в течение месяца.

Ясмина покраснела, но выставила руку с украшением. На золотом кольце красовался огромный коньячный бриллиант. Не такой осколок, который мог бы продаваться в русской рознице, а размером с небольшую жемчужину.

— Под цвет глаз? — догадалась я.

И девушка смущенно кивнула.

— Рассказывай! — хором произнесли мы, и я поняла, что она еще не делилась своей историей любви с коллегами.

За год они с Хакимом, чье полное имя было Хаким ибн Фахад аль-Сувейди, слетали на выходные в Сидней, Париж, Милан, Мадрид, дважды ездили в отпуск, на Мальдивы и Бора-Бора. Только от этих названий у нас отвисла челюсть. Некоторые за всю жизнь не охватывают и половины этих городов и стран, а для влюбленной парочки все случилось в один год.

— Конечно, мне нравится такая жизнь, что в любой момент можно поехать, куда душе угодно. Возникает только вопрос, что с собой взять или надо ли вообще брать. Но в какой-то момент меня напугали эти возможности, потому что роскошь приестся, а что останется? Будем ли мы продолжать общаться друг с другом с таким же интересом?

— И что же изменилось? — Жанна сгорала от нетерпения.

— Он как-то сказал, чтобы я придумала нам отдых на выходные, сама все оплатила и сделала ему сюрприз. Естественно, средства у меня сильно ограничены, и я выкручивалась, как могла. Предложила съездить в Оман на машине. И все было бы замечательно, но черт нас дернул поехать во время Рамадана. В итоге, Хаким постился и мы могли есть только после заката. В другое время мне приходилось запасаться финиками и орехами, чтобы не умереть с голода.

Ясмина выпила чаю и захватила еще одну печеньку, чтобы заесть пережитый стресс, и только потом продолжила.

— Первым по плану был город Ибри — там старенький форт шестисотлетней давности и другие живописные развалины. Но мы подъехали уже ближе к пяти часам, и в праздник он был закрыт. Погуляли по городу с узкими улочками и типичной арабской архитектурой. Ладно. Переночевали в старинном городке Низва — старая столица Омана в предгорье, а сейчас небольшой город с хорошо сохранившимся фортом, переоборудованным в музей.

— Потом собрались в горы. Пока доехали, чуть не заблудились: то навигатор путался, то съезд искали. Но это стоило того. Большой каньон Омана — это чудо света! Глубина в некоторых местах достигает километра и смотреть вниз очень страшно. Но также страшно красиво. Попробовали доехать до озера Аль Сафа. Дорога шла по пустыне, красивая, но не очень комфортная и безлюдная. До конца не доехали, поскольку к своему удивлению, но точно к удаче, встретили машину и водитель подсказал, что сейчас озера пока нет, оно зимне-сезонное. Так что мы повернули назад.

— Потом нас остановила полиция, потому что у нас что-то протекало. И мы всей толпой искали что. Благо, нашли, что это была омывайка, и нас отпустили с миром. К вечеру у нас что-то сломалось в машине, мы долго искали автосервис. Попались добрые ребята, и доделали машину, задержав закрытие на час.

Она посмотрела на кольцо.

— И после всего, что с нами было, он ни разу не закатил глаза, ни разу не посмотрел с высока, ни разу не пожалел, что доверился мне, и не вспоминал про деньги.

— Какой мужчина! — восхищалась я.

— Он сказал, что единственное, почему не сделал предложение сразу, так это потому, что искал подходящее кольцо.

— Боже! Это так романтично! — вскричала Жанна со слезливыми нотками в голосе.

В этот момент в столовую вошел Коллин Фостер, и все с ужасом поняли, что досидели до обеда. Я запаниковала, почему они до сих пор не отвели меня в кабинет.

— Расслабься, — подмигнула Оливия. — Офис опечатан, и его можно вскрывать только в присутствии главного.

Девушки разбежались по рабочим местам. Директор филиала раскрыл объятья и встретил меня как друга. Он предложил кофе, я согласилась, и мы проболтали еще час как старые знакомые. Лишь потом он провел меня к стеклянным дверям, сорвал все печати и проводил внутрь:

— Мне кажется, этому кабинету очень не хватало тебя.

На английском, на котором мы общались, ты и вы звучит одинаково, но мне почему-то показалось, что в человеческом плане мы перешли на ты. Я приблизилась к столу, провела пальцем по запылившейся поверхности и улыбнулась теплым воспоминаниям. Потом подошла к панорамным окнам.

— Ох, Коллин, мне тоже его не хватало. И вас не хватало. И тем более невозможно забыть этот прекрасный вид из окна.

— Я все еще не теряю надежды, что мы однажды перестанем тебя ждать и оформим наши встречи на постоянной основе, — намекнул он.

— Мне сложно тебе отказывать, но я вынуждена вновь это сделать. Меня ждут с отчетом в Москве.

Фостер грустно улыбнулся и тут же переключился на деловой тон:

— Тогда приступим. Ваш парень, — сказал он, не называя имени, будто оно стало под запретом, — сказал, что управился с этими коробками, но я бы попросил провести повторную ревизию. Тебе я доверяю.

— Принято. Все сделаю.

— Почему тебя сразу не прислали? Мы вроде неплохую характеристику прислали.

— Слишком слащавой получилась. Может, заподозрили что-то.

— Ха-ха! Я понял! Надо хвалить, но не перебарщивать. Исправимся.

— А пока — вот ключи. И говори, если что нужно. С офисными возможностями ты уже знакома, так что тратить твое время не буду. Приятного пребывания.

— Спасибо!

Фостер вышел, и в кабинете воцарилась тишина. К моему удивлению, разговоры меня немного утомили, и я рада была временному вакууму. Последующие несколько часов наполнились шуршанием бумаги и скрипом карандаша. Я также переносила данные в компьютер, чтобы в специальной программе регистрировать все данные.

Я так напилась чая, что от обеда в этот раз отказалась. Но к концу рабочего дня почувствовала, что сильно проголодалась и может даже не доеду до отеля. Однако опрос коллег показал, что фудкорт в здании закрывался вместе с офисами, потому что белые воротнички старались сбежать до жары, а ближайшие рестораны появлялись ближе к туристическому центру. Выбор был между торговым центром и отелем, которые были примерно равноудалены от бизнес-центра. И я выбрала последнее. Просидев за бумагами столько времени, мне казалось, что я и сама покрылась пылью, и хотелось скорее освежиться.

В такси я закрыла глаза, чтобы дорога прошла быстрее, и действительно на несколько минут удалось даже прикорнуть. В двери отеля пришлось прорываться — вход блокировало скопление туристов. Я предположила, что привезли автобус студентов, потому что было много молодых девчонок и ребят. Но обилие фотографов с сумками для камер через плечо и проверка карт жителей отеля на входе подсказали другую версию: точно приехала какая-то знаменитость, а то были ее фанаты.

В животе заурчало, и уже через несколько метров я перестала думать о других и вспомнила о сильном голоде. Поздоровавшись с девушками на ресепшене, я прошла к лифтам. Несколько человек с чемоданами стояли передо мной и молча ждали своей очереди. Мне было не видно лиц, но я и не пыталась рассмотреть, потому что держалась за ноющий живот. Звякнул колокольчик, двери распахнулись, и новоприбывшие гости отеля вошли в кабину и развернулись ко мне лицом. Узнав стоявших, я застыла, не в силах ни двинуться, ни издать ни звука. Четверо южнокорейских мужчин узнали меня и радостно поздоровались, но я все также стояла, словно вросла в пол. Тогда двое из них сделали шаг навстречу и втянули меня в лифт.

Так я оказалась перед Ли Рианом. Я опять оказалась перед Ли Рианом. Это не могло быть правдой, это не могло быть явью. Но из всех запахов мне удалось выделить запах его духов, который не смогла забыть, и не верила своим чувствам: ни глазам, ни ощущениям.

А потом я услышала его смех, такой искренний и заразительный.

— Я же говорил! Я! Же! Говорил! — веселился он. А потом наклонился и приобнял. — Ну здравствуй, судьба моя.

Все еще в шоке, я вдруг поняла, что не нажала кнопку этажа, и пыталась вырваться из объятий. Риан только крепче сжал.

— На какой тебе этаж?

— Пятый.

— Обожаю Дубай! Нас опять поселили вместе.

У меня иссякли причины думать о чем-то другом, я обняла его в ответ. Нет, в этом году я не останусь верной женой. Искушение было слишком сильным — никто бы не устоял, и я не собиралась. И не буду отказывать себе в удовольствии в этом году.