На входе в город нас встретил ещё один солдат. Внушительные седоватые усы, короткая стрижка, множество мелких шрамов, скупые, точные движения — выглядел он куда опытнее своего молодого товарища. Но, как ни странно — и куда более расслабленным. Прислонив копьё к створке ворот, он сидел на кривом табурете и набивал трубку табаком. Смерив нас взглядом, он посмотрел на своего сослуживца, продолжающего качаться в седле в жесточайшем отрубе. Возможно, я слегка переборщил с ударом…

— А я говорил, что Сотт рано или поздно нарвётся, — философски произнёс солдат в пустоту и, закончив с трубкой, неторопливо достал огниво.

— Помочь? — поинтересовался я. Не обращая внимания на удивлённый взгляд стражника, шагнул вперёд и осторожно поджёг Искрой табак в трубке. Солдат, едва сдержавшийся, чтобы не отшатнуться, с явным удовольствием затянулся и убрал огниво. Осмотрев меня с куда большим интересом, сказал:

— Спасибо, милорд маг. Вы с какой целью прибыли?

— Изначальная наша цель, судя по всему, бессмысленна, — вздохнул я. — Мы разведчики, из Цагатта. Хотели разузнать, как долго ещё армия будет до нас добираться, но…

Воин грустно улыбнулся и, встав с табурета, повернулся в сторону печального пейзажа за воротами. Покачал головой:

— Армия… сейчас это слишком громкое слово. Сами видите…

— Насколько велики потери? — тихо спросила Энигма.

— Потери… — солдат затянулся и меланхолично выпустил колечко дыма, что-то прикидывая. — Никто пока не подсчитывал, но так, если навскидку — из десятитысячной армии осталась хорошо если половина. Это включая раненых.

По мере осторожных расспросов, картина начала проясняться. Многого стражник и сам не знал, что-то он говорить отказался наотрез — мол, он в этом не разбирается и вообще, это дело командования… но общее понимание у меня выстроилось. Гномы появились здесь довольно внезапно — судя по всему, коротышки воспользовались своими мастерами магии Пространства, переместив под Белую Речку довольно внушительные войска. Пусть и весьма немногочисленные, по сравнению с людскими.

— Сколько-сколько? — с недоверием переспросил я.

— Не больше тысячи, — безучастно повторил солдат. — Полусотня… ну, может, сотня магов, остальные — тяжёлая пехота.

— Неужели настолько элитные части?

— Часть магов — определённо. Пехота — не особо. Просто… — на этой фразе собеседник внезапно замялся и стрельнул глазами по сторонам. — … неважно.

Кое-как мы сумели вытянуть из внезапно замкнувшегося солдата хоть какие-то подробности боя — и с каждым словом я мрачнел всё больше. Гномы всего лишь немного поработали головой — и этого оказалось более чем достаточно, чтобы нанести людям такой ущерб, что его сложно назвать чем-то иным, кроме как разгромом.

Появились враги не так уж внезапно — не ровно под стенами, а почти в полудне пути от города. У людей было время и обнаружить их приближение, и подготовиться к встрече… но людское командование, узнав о численности вражеского войска, радостно вышло из-за стен, чтобы встретить гномов в чистом поле и спокойно их раздавить, пользуясь наличием кавалерии и численным преимуществом. Какие-то зачатки тактики в этом имелись, конечно, но серьёзно к угрозе не отнёсся никто.

Зря.

Гномы идиотами не были, и в самоубийственную атаку идти почему-то не захотели: собравшись в черепаху (бронированная с головы до пят пехота снаружи, более легко одетые маги — внутри), они спокойно подошли к выстроившейся армии метров на сто, после чего сидевшие внутри коробочки маги разразились шквалом мощнейших заклинаний. При этом сами гномы плевать хотели и на смертоносный дождь из стрел (доспехи и толстые щиты над головами защищали и пехоту, и магов), и на ответную магию (защитные барьеры у гномов оказались неожиданно мощными).

— … а потом на них выскочил кавалерийский полк из засады, — с горечью сплюнул солдат. — Только вот коротышки то ли знали заранее, то ли подготовились — бахнули под ноги лошадям какой-то дрянью магической, и те завязли намертво, несмотря на защиту от рунников. Половина ещё и попадала с разгона, и ноги поломала — мы второй день уже свежей кониной питаемся.

— А потом?

— А потом мы всё-таки продавили их щиты — и они тут же начали отступать. Вот тут мы их и потрепали хоть немного. Гнали их аж до той рощицы, — воин указал трубкой на горизонт, где едва-едва виднелись тёмные стволы деревьев. — Но чутка совсем не успели. Ноги у них хоть и короткие, да только при нужде бегают так, что хрен угонишься. Вот и сумели от нас немного оторваться. А в роще их уже ждали оставленные там маги с порталами наготове. Мы только и успели увидеть, как порталы гаснут.

Договорив, солдат махнул рукой и начал выбивать дотлевший табак из трубки. А мы с Энигмой молча стояли и думали, что делать дальше. То, что армия в ближайшее время точно не подойдёт на подмогу — это точно. Да и даже если подойдёт, оставив всех раненых в Белой Речке… что толку от оставшейся пары-тройки тысяч? Даже изначальная десятка — это не так чтобы много, хватило бы лишь на шаткий паритет с орками.

Гномы исполнили весьма изящный манёвр, ценой не особо-то больших потерь умудрившись лишить нас даже этого шанса и остановить движение целой армии. Возможно, они и сами не ожидали такого успеха, конечно, но факт остаётся фактом. Без помощи Лепесток вскоре падёт. И пусть сам по себе он теперь, с раздолбанным в пыль Цагаттом, не так уж ценен — сейчас оркам проще уже было бы заблокировать нас там небольшой группировкой и пойти дальше, чтобы не терять время и силы понапрасну, — но для орочьих командующих эта осада уже стала вопросом принципа и чести. Слишком много крови, слишком много времени потеряно, чтобы плюнуть и просто пойти дальше. Для Левариса и людей в целом — это хорошо. Для Лепестка — не очень.

Ладно, чёрт с ней, с армией. Может, получится выбить в подмогу хотя бы десяток-другой магов? Даже особой мощи и мастерства не нужно, лишь бы могли медитировать и подзаряжать барьер. Да, пожалуй, стоит разузнать хотя бы насчёт этого.

— Вот что, служивый… эээ… как зовут-то тебя?

— Сержант Кай, — солдат с явной насмешкой отдал честь и я невольно улыбнулся в ответ.

— Вот что, сержант. С командующим вашим поговорить надо. Не подскажешь, где он?

— С командующим… гм… это сложно, — запнулся Кай. — Во-первых, кого попало к нему не пустят. Во-вторых… эээ… не думаю, что он сейчас в состоянии кого-то принимать.

Я недоумевающе уставился на замявшегося сержанта. Тот отвёл глаза, нервно пыхнув трубкой. Пожав плечами, я всё же устало повторил:

— Просто скажи, куда идти. А там я уже сам попытаюсь его убедить.

— Вверх по улице, — вздохнул Кай, для наглядности показав рукой. — На втором перекрёстке постоялый двор Босоногого Тилли, там сейчас заседает офицерский штаб. Если его можно так назвать…

Последнюю фразу солдат прошептал едва слышно, но её услышал и я, и Энигма. Заострять на этом внимание я не стал: к демонам эти расспросы, проще сходить и увидеть самому, что там не так.

— Хорошо. Спасибо за помощь, сержант.

— Да не за что. Кстати, а… — Кай с намёком взглянул на продолжающего валяться в отрубе солдата и я чуть не хлопнул себя по лбу.

— Да, точно. Энигма, передай сержанту меч его… коллеги.

Сержант, приняв меч, задумчиво глянул на рядового, как-то хитро улыбнулся — и, сделав шаг, спрятал клинок за створкой ворот. Я недоумевающе приподнял бровь, но ничего говорить не стал. Обернувшись, притронулся к свисающей руке молодого недоумка… как там его… Сотта, кажется. Каст Восстановления — и солдат со стоном дёрнулся, приподнявшись в седле. Кое-как сфокусировав на нас взгляд, он тут же зашарил руками в поисках оружия… и не нашёл его. В его глазах начала разгораться паника… и в этот момент сбоку к нему подкрался сержант.

— Оружие ищешь, рядовой? — ласково спросил Кай.

— Д-да…

— А почему ты его ищешь, рядовой? — ещё более ласково уточнил сержант. — Ты что, не знаешь, где оно сейчас?

— Я-я…

Я хмыкнул и, махнув рукой Энигме, направился вверх по улице. Ясно всё, сержант решил воспользоваться моментом и преподать Сотту внеплановый урок дисциплины. Последний, кажется, окончательно забыл про наше существование и сейчас, соскочив с коня, стоял навытяжку и с лютой тоской в глазах выслушивал нарастающие вопли сержанта:

— И-ди-от! Ты допустил потерю дорогостоящего обмундирования! Его стоимость будет вычтена из твоего жалования, и ты будешь служить, пока тебе не исполнится восемьдесят пять лет, потому что…

— А я думала, что меня Беорн муштровал, — весело хмыкнула Энигма, покосившись назад. — Но нет, он, оказывается, тот ещё лапочка.

Я в это время крутил головой, разглядывая город и с облегчением подмечая, что Белая Речка совершенно не пострадала. Магические отголоски битвы за стену не проникли. Но могли. Судя по рассказу Кая и по некоторым следам, что я видел по дороге — магичили тут с размахом. Отсутствие разрушений немного отпустило сжавшуюся было внутри пружину: пусть родители и Кира должны были давно отправиться дальше, вглубь Левариса, но… мало ли? Вдруг задержались здесь?

Но людей в городе определённо куда меньше, чем должно было быть. Какая-то часть, конечно, могла тоже уехать вглубь империи, как и родители… но не думаю, что их так уж много. Лепесток осадили относительно недавно, а люди не любят срываться с места резко — большинство собирается медленно, неохотно, пытается распродать или забрать с собой всё своё барахло… в общем, процесс таких сборов и переездов, если нет опасности, нависающей прямо над головой, довольно долог.

Тогда где же все? На мой мысленный вопрос неожиданно ответила Энигма:

— Мужчин маловато, — негромко отметила девушка. — Даже с учётом тех, что сейчас на поле битвы работают.

— И правда, — пробормотал я. — Неужели в ополчение забрали? Да нет, это же крайняя мера. От ополченцев толка в бою, как с козла молока…

Спустя минут пять мы дошли до второго перекрёстка, про который говорил Кай. Постоялому двору Босоногого Тилли не требовалась даже вывеска: и без того было понятно, что здесь находится штаб… или ставка… в общем, высокие чины обретались именно здесь. Количество охраны, курсирующей вокруг двора, просто зашкаливало, все соседние дома щерились выбитыми окнами и пустыми дверными проёмами, на крышах сидели лучники… а изнутри двухэтажного здания (порядком потасканного на вид, с облупившейся краской и налётом гари на черепице… но лучшего места в этом городе, видимо, не имелось) доносились звуки разнузданной пьянки. Я даже на всякий случай поковырялся пальцем в ухе, не доверяя своему слуху. Но нет. Не показалось. Уж эти звуки сложно перепутать с чем-то иным.

Двойка солдат из патруля, заметив наше приближение (и то, что мы держали курс ровно на вход в охраняемое здание), тут же резко сменила маршрут и направилась к нам:

— Вход в ставку запрещён. Покиньте охраняемую территорию, — сухо уведомил нас смазливый солдат, положив руку на меч. Я смерил этого щеголя взглядом и нахмурился. Ни следа усталости, ни единой царапины, ни единой вмятинки на доспехах — наоборот, те были отчищены и отполированы до идеального состояния — аж солнечные зайчики вокруг скакали. И это всё после недавнего боя?

Убеждать этих тыловых крыс в том, что меня надо пропустить — явно дохлый номер. По сути, варианта два: либо отступить и прокрасться внутрь в тенях… либо попытаться взять их наглостью. И, как я ни подавлял нарастающий внутри гнев, но второй вариант всё равно продолжал казаться мне куда более привлекательным. Так что раздумывал я считанное мгновение, тут же выпустив на лицо всю гамму чувств и рявкнув отшатнувшемуся патрульному:

— Ты смеешь указывать капитану Щита и Кинжала при исполнении, солдат⁈ Да я сгною и тебя, и твоё начальство на рудниках!

— Но… вы же не показали свой зна… — попытался было вякнуть второй патрульный — приземистый, широкоплечий и куда менее симпатичный — с переломанным носом и уродливым ожогом, протянувшимся от виска до брови. И, видимо, более храбрый.

Я резко сделал шаг вперёд и, слегка нависнув над ним, прошипел ему прямо в лицо:

— Где вы были во вчерашнем бою, мрази⁈ — от этих слов оба солдата слегка взбледнули и я, почуяв слабину, тут же надавил ещё. — Сколько врагов убили лично вы, рядовые⁈

— Мы сержа… — начал первый.

— Мы охраняли ставку! — торопливо протараторил второй.

— Если я сказал, что вы рядовые — значит, вы рядовые! — рявкнул я, положив руку на меч. После чего ледяным тоном процедил. — Ещё хоть одно слово — и вы станете орущими кусками дерьма в темницах моей службы. Будете там рассказывать сказки про охрану ставки, трусливые ублюдки!

Так. А теперь надо бы дать им возможность свалить ответственность с себя на кого-то повыше, чтобы они окончательно и думать забыли, что я так и не показал им знак Щита и Кинжала. Я демонстративно глубоко вдохнул, успокаиваясь, и более спокойным тоном продолжил, неторопливо заваливая патрульных поводами для раздумий:

— Я не виню вас, если вы просто исполняли приказы. Но вы и сами должны понимать — у Императора возникают всё новые вопросы по поводу вчерашнего боя. Кто ответственен за потери во вчерашнем бою? Чья тактика привела к провалу? Кто ответит за провал стратегической операции по деблокированию Цагатта? А она уже провалена! Почему охранение города и убирающих трупы рабочих не поставлено как следует? А если прямо сейчас новая атака? Кто ответственный за это? А⁈ Отвечать!

Смазливый сориентировался быстрее своего напарника, тут же вытянувшись по струнке и сдав всех командиров:

— Генерал Арно Шувис отвечает за общее управление войсками! Его заместитель, полковник второго ранга Элтен Кериммис, управлял войсками во вчерашнем бою! За охранение отвечает полковник третьего ранга Левитий Церн!

— Молодец, солдат, — я ободряюще похлопал его по плечу и направился вперёд. Тот облегчённо отступил с моего пути, явно обрадованный исходом.

Второй солдат, тот, что со шрамом, явно куда менее впечатлился моим представлением. И, несмотря на некоторое замешательство, открыл было рот, чтобы… не знаю. Возразить? Попробовать меня остановить вновь? Потребовать всё-таки показать знак Щита и Кинжала? Скорее всего, последнее. Но возможности это сделать я ему не дал — хмуро посмотрев ему в глаза, я едва заметно шевельнул пальцами, активируя Слабость, когда-то полученную от Беорна. Заклинание так и не ушло дальше первого ранга — у меня всё никак не доходили руки нормально взяться за стихию Тьмы, так что пользы от него, считай, не было. Даже прокачку собственного сопротивления тьме было удобнее осуществлять Ложной Слепотой. Но вот конкретно сейчас я сильно обрадовался, что Слабость я так и не прокачал — думаю, уже к третьему рангу её действие сложно было бы списать на что-то иное, кроме прямой атаки.

А вот на первом ещё можно было. Попавший под воздействие проклятия солдат, смотревший мне прямо в глаза, как-то резко пожух — словно из него выдернули волевой стержень. Поджилки затряслись в самом прямом смысле этого слова, стало тяжелее дышать, воздух словно сгустился… неудивительно, что патрульный испытал какой-то иррациональный страх, решив, что это всё лишь реакция его собственного тела на мой прямой и весьма недовольный взгляд. Отведя глаза, воин резко закрыл рот, передумав что-либо говорить — и тоже посторонился, позволяя нам с Энигмой пройти к постоялому двору.

— Офигеть, — едва слышно шепнула девушка, стоило нам отойти от бойцов подальше. Всё это время она из последних сил удерживала на лице надменную маску, мол, так и надо. — Я уже начала опасаться, что придётся рвать когти, потому что нас потащат на виселицу за такую наглость. Ты везучий засранец, Грег, тебе говорили?

— Пару раз, — стараясь удержать невольно ползущие вверх уголки губ, ответил я. — Не бойся, отбрехались бы в случае чего.

— Сомневаюсь. И какие у тебя дальнейшие планы, м? Не думаю, что твоё наглое враньё прокатит с офицерами.

— Понятия не имею, — всё-таки не удержался и широко улыбнулся я. — Будем импровизировать.

Энигма с опаской покосилась на мою брызжущую нездоровым энтузиазмом физиономию. А я… меня уже понесло.

Пнув ногой дверь, я хотел красиво ворваться в таверну. Ну, знаете, как в историях всяких менестрелей. Герой (или злодей) с пинка вламывается внутрь какого-нибудь заведения, шумная гулянка внутри замолкает, все смотрят на его мощную фигуру в дверном проёме, а тот говорит какую-нибудь пафосную (или нарочито простую) фразу. «Долго же я вас искал, ублюдки — аж глотка пересохла. Хозяин, пива!». Или простое и банальное «Не ждали⁈». Дальше обычно следует разухабистая кабацкая драка, но я надеялся, что обойдётся как-нибудь без этого.

В конце концов, ничего провокационного говорить я не собирался.

Мои планы слегка… или не слегка… подпортила относительно надёжная на вид и отвратительно хлипкая на деле дверь. От моего мощного пинка она не просто распахнулась — она, блин, слетела с петель и рухнула внутрь.

И, судя по приглушённому воплю, кого-то придавила в процессе. Я тут же шагнул в полумрак таверны, чтобы поднять дверь и извиниться… возможно… ладно, навряд ли я бы стал это делать. Но, в любом случае, поднять дверь я не успел.

Прямо передо мной, будто из воздуха, вырос двухметровый бугай. Небольшие холодные глаза, мощные надбровные дуги, жёсткая щетина… словно лесной кабан встал на задние лапы. И первым делом напился в сопли. Ядрёный запах дешёвой сивухи пробирал до самых глубин души. Оглядев меня с головы до ног, бугай пришёл к какому-то быстрому выводу и протянул руку:

— Арно. Хорошие у тебя характеристики, даже я не всё пробиваю.

Арно… Шувис? Вот уж не думал, что генерал армии выглядит так. Хотя судить о человеке по внешнему виду не стоит — вон, как минимум, Оценка у него явно хорошо прокачанная.

— Мне нужно с вами…

— Парень, мне крайне, ультимативно насрать, что тебе здесь надо, — Арно доверительно положил мне на плечо свою ладонь и слегка надавил. Я аж присел от тяжести — физические характеристики у этого монстра просто зашкаливали. — Особенно, если что-то нужно именно от меня. Но, раз уж ты прорвался сквозь охрану и попытался так нагло вломиться — значит, яйца у тебя имеются. И это хорошо, потому что мне как раз стало скучно. Если покажешь себя хорошо — так и быть, поговорим.

Не успел я спросить, в чём конкретно я должен себя показать, как генерал резко присел, схватил меня второй рукой за ногу… и, выпрямившись, попросту швырнул мою тушу вглубь таверны. Легко и непринуждённо. Будто он каждый день занимается тем, что кидает взрослых мужчин в кольчуге, с оружием и снаряжением в пространственной сумке. Демоны, да я весить должен под полтора центнера, а он меня… как пушинку!

Возмущённый и слегка шокированный, я рухнул на чей-то стол, едва успев сгруппироваться. На пол полетели тарелки и кружки, раздался чей-то возмущённый вопль…

«Похоже, без драки всё же не обойдётся».

Это была моя последняя мысль, прежде чем-то мне в скулу влетел чей-то мощный кулак и я сверзился с грязного и мокрого стола на ещё более грязный и мокрый пол.