Вторник 2 Октября 1894 года.

Славный город Буй. Костромской губернии.

Иван Георгиевич Борисов рвал и метал, не зная на ком выместить своё раздражение от сложившейся ситуации. Пропавший вчера несносный мальчишка Белов в очередной раз принёс ему кучу неприятностей. Взял и просто пропал из школы. Хорошо хоть, что не было подозрений на его похищение, иначе совсем было бы всё плохо. Директор благодаря охранным плетениям, наложенным на стену вокруг школы, был уверен, что ушёл мальчишка сам.

А вот дальше что с ним произошло и куда он делся выяснить никому не удалось. Как и причину его побега. Что-то там говорил Николай Семенович про визит родственника, дяди как он понял из его слов. Но ничего путного он так и не объяснил. И если сначала Антонов посчитал что это просто юношеская шалость, ну мало ли решил выйти по какому-то своему интересу в город с территории школы. Такое редко но бывало среди учеников. Потом их конечно показательно наказывают за самовольство, не взирая на сословие.

Но в общем случалось такое и раньше, так что паниковать повода ни у кого не было. А вот ближе к глубокой ночи беспокойство директора перешло уже в тревогу, ученики то раньше всегда возвращались — пусть иной раз и за полночь. А Белов как в воду канул. И когда уже часам к пяти утра вторника стало понятно, что дело с его исчезновением судя по всему не простое, и началась хоть и не паника, но что-то близкое к этому.

Первым же делом вызвав жандармов и начав поиски ученика, директор сразу же после этого подумал о ком? Правильно — о тех, у кого на Белова был зуб длиной с бивень мамонта. Так что уже в шесть утра к усадьбе Борисовых Николай Семенович приехал в сопровождении жандармского офицера. И с раннего утра настроения хорошего у главы рода Борисовых больше не было.

Поднятый спозаранку такой новостью Иван Георгиевич живо представил себе те последствия что за собой несет пропажа мальчишки. Если не найдут его, или пусть найдут прибитого где-нибудь, но неизвестно кем, то коснется их рода это сильно. Пришлось по тревоге поднимать всех, кого мог и принимать меры. С раннего утра по городу и ближайшим окрестностям рыскали в его поисках люди из дружин Рода и вассальных семей по приказу Ивана Георгиевича пытаясь узнать куда он делся и самое главное, чтобы вернуть дурака в школу.

Ведь если что-то случиться с Беловым, то пострадают не только вассальные семьи со своими отпрысками, неприятности будут и у главной семьи Рода. Контрибуция в трех кратном размере и несомненно потеря репутации в очередной раз. Ясно что никто не сомневается, что с мальчишкой в будущем Борисовы посчитаются обязательно, но ведь всему своё время.

А если не выдержали и отомстили сразу, несмотря на потери и огласку, то что подумают остальные рода? Что нет у них выдержки, и они готовы совершать глупости. А кому нужен такой партнер? Да и банально денег что с них потребуют по условиям решения суда было жалко. Если бы ещё сами прибили, Бог с ним — за удовольствие надо платить. Но вот так, ни за что, ни про что — увольте. И тут никакое моральное удовлетворение не поможет. Белова надо будет по всем канонам наказать самим, с удовольствием и осознано.

Александр Сергеевич погруженный в чтение отчетов что приготовил ему секретарь, проворонил момент что чай поданный ему с утра уже давно остыл. Оторвавшись от бумаг, он устало откинулся в кресле и потянулся за чашкой, оставленной в сторону, чтобы ненароком не пролить ни капли на бумаги.

Вот только когда пальцы уже достигли желаемого и взялись за ручку раздался стук в дверь кабинета вызывая легкое раздражение. Его секретарь Михаил работал на него уже лет семь и прекрасно знал, что Данилов не любит, когда его отрывают от утреннего ритуала по чтению сводок. А раз постучал, значит случилось что-то неожиданное, если он решил пойти на риск навлечь недовольство своего начальника. И вот как показывает практика, неожиданности с утра хорошими не бывают. Уж на работе то точно.

— Да.

— Александр Сергеевич, прошу извинить за беспокойство, тут к Вам посыльный из Буя просится. Говорит что-то важное.

Данилов нахмурился, в Буе никаких важных дел у него сейчас не было. Да и в ближайшие пять-шесть месяцев не должно быть. По крайней мере по их с Савельевым плану и расчётам. Вспомнился Алексей Белов, что так вовремя попался им на глаза и так хорошо впишется в их задумку при должной организации. Но и по нему никаких действий сейчас не предвидится, всё интересное должно начаться аккурат к его выпускному.

— Ну зови своего посыльного — с некоторым любопытством в голосе дал отмашку Данилов, и Михаил споро скрылся за дверью умчавшись за этим неожиданным визитером.

Вошедшего молодого парня Александр Сергеевич узнал сразу. Владимир — один из приказчиков Поликарпа Семеновича, что часто привозил ему заказанные у того костюмы. Вот, казалось бы, такой талантище у портного, а пропадает в своём уездном городке. Переехал бы в Кострому. Как ему Данилов предлагал не один раз и помогли бы ему открыть ателье в десять раз лучше и успешнее, так нет же. Прикипел говорит всей душой к своей родине, где родился там мол и пригодился. Старый упрямец, но талантливый и уже лет так с десяток обшивается он только у него и ни разу еще не пожалел о сделанном выборе.

— Ваше Благородие, доброго дня. — отвлек от мыслей канцеляриста вошедший парень что сейчас застыл в трех шагах от входной двери.

— Здравствуй Володя, с чем пожаловал?

— Поликарп Семенович наказал весточку Вам передать.

Не увидев в руках приказчика портного бумаг или конверта Данилов немного удивился.

— Передавай.

— Поликарп Семенович сказал передать дословно что Алексею в жизть как необходима консультация своего попечителя.

Чего, чего, а такого Данилов услышать не ожидал. Неожиданность сообщения его и впрямь удивила.

— И это всё сообщение?

— Да Ваше Благородие. Слово в слово — Поликарп Семенович заставил заучить и проверил что послание точное.

— Ну ка Володя, подскажи мне. А откуда он про этого Алексея знает? — информации о том, что Данилов стал в некотором роде попечителем того самого Белова, о котором он только что вспоминал у портного быть точно не могло.

— Так приходил он к нам вчера в ателье к Поликарпу Семеновичу. Сам и просил передать — объяснил посыльный.

— Хорошо, спасибо за то, что передал. Поликарпу Семеновичу от меня приветствия передай. Ты кстати, когда назад поедешь?

— Так сегодня и поеду Ваше Благородие. Дела закончу быстро и до темна уже вернусь.

Отпущенный Даниловым посыльный ускакал по своим портняжим делам, а Александр Сергеевич задумался о смысле полученного послания. То, что случилось что-то важное и требуется его совет или даже помощь было понятно и так. Вот только что? Если бы что-то срочное или серьезное Белов так бы и передал что срочно или важно. Но в той короткой фразе что он передал с этаким почтовым голубем ничего подобного не было. Значит ситуация не на грани жизни и смерти.

И в то же время не стал бы Алексей по какому-нибудь пустяку покидать школу и искать способ чтобы передать весточку. Это же надо было додуматься — найти Поликарпа. Если ему пришлось идти на такие ухищрения значит самый простой и понятный способ для того чтобы передать ему сообщение через директора ему не подходил. Может быть тогда по учебе какие вопросы? И поэтому через Николая Семеновича не стал сообщать? Одни загадки.

В любом случае вопрос хоть и требующий внимания, но явно несрочный и жизненно не важный, так что подождёт до четверга. Сегодня у него уйма работы с документами, да и еще две встречи. А завтра надо с инспекцией съездить в Варнавин, а это другой совсем край губернии от Буя. Так что в четверг, ну в край пятницу съездит проведает своего подопечного. Да и ему будет полезно потомится, а то посчитает что может легко и непринужденно действительного Магистра и чиновника Имперской канцелярии вот так вот за здрасти, по первому желанию вызывать.

Андрей стоял у самой кромки воды и тупо смотрел как набегающая мелкая речная волна накатывает на его сапоги, а затем уходит, оставляя мокрые следы. Он всё никак не мог прийти в себя, не понимая, как могло произойти то что всё же произошло. Как они смогли упустить уже второй раз этого юркого Белова.

Ну ладно вчера — и дурость Никиты и вообще неожиданное открытие что только месяц как назад инициированный одаренный может ставить щит. Открытие крайне неприятное и повлекшее за собой проблемы. Будь он не ладен этот щит, ну не мог он даже подумать о том, что Белов уже умеет его плести, да еще и в такой обстановке. Должен был испугаться и трястись от страха всю дорогу. А он оказывается готовил щит, еще и атаку продумал. Это умудриться надо их же оружием ранил Андрея. А улепетывал вчера как красиво. Чисто заяц-русак.

Андрей вздохнул и при одном воспоминании о вчерашнем в плече отозвалось ноющей болью. Из-за того, что возвращаться вчера в город без поимки Белова было нельзя, а оставлять за старшего на облаве Никиту он просто побоялся, к целителю Андрей не попал. И обошёлся лишь мазями и снадобьями что были у лесничих. Ну и повязку с утра еще потуже сделали после обработки раны. Благо у стилета раны хоть и глубокие, но не рваные. И получается все его страдания пропали задаром.

Еще с рассветом взяв всю загонную свору они добрались до места вчерашнего побега и спустили псов. Благо дождя ни вечером, ни ночью не было, и натасканные псы быстро почуяли беглеца. И вот ведь что интересно, если бы не собаки, то след бы они сами потеряли раз десять минимум. И петли этот байстрюк делал и по ручьям ходил. Да судя по следам и через поваленные деревья прыгал.

Была бы не свора, а собаки две-три, то и тогда могли потерять след если не насовсем, то на час другой точно. Парень оказалось не только прыгать, изворачиваясь от стрелков умеет, но и по лесу ходить мастерски. За время облавы Андрей уже не раз слышал, как меняется тон его лесничих, когда они говорили о беглеце. Сначала посмеивались, гоготали над тем как поднимут молоденького секача. А вот уже на исходе первого часа начали переглядываться друг с другом с недоумением и смех пропал.

Конечно пропадёт, когда взрослые и матёрые охотники как бычки на веревочке по лесу ходят за собаками, то кругами, то зигзагами. И если в первый раз, когда собаки пусть и не на долго сбились со следа в овраге никто в серьез это, не воспринял, то уже раз на третий смех и улыбки пропали совсем. Антип старший у лесничих, даже уточнял, точно ли школьника ловят. А спросил он это хмуро поглядывая на лёжку в виде гнезда что на ночь свил себе этот школьник. Ну а дальше после часов четырех мытарств по лесу Андрей уже подумал, что им наконец-то удача улыбнулась, когда сначала одна, потом вторая, а за ними и все остальные собаки своры лаять начали по-другому — почуяли что добыча близко.

Приободрились и хмурые до этого возбужденного лая лесничие, собаки вели по следу в сторону Костромы и выходило что парень сам себя загнал в ловушку. Сейчас свора его зажмет у реки и останется взять его тепленьким и усталым. И Андрей даже решил, что наверно сразу убивать его не будет, сначала поинтересуется где он так ловко научился по лесам ходить, ну и нож в плечо вгонит для плезиру — сначала как у него в правое, а потом и в левое для ровного счёта. Негоже в долгу оставаться не отдав вдвое.

А уж потом в реке его и притопят, как раз и всплывет если то уже чуть ли не ближе к городу. По реке тут до Буя километров под пятнадцать, если под корягу не затащит, то куда-нибудь да выплывет. А не выплывет, так тоже ничего страшного для них не будет. И следов нет, и никто ничего не узнает. Да и докажи потом что сам не утоп.

Но вдруг, уже когда оставалось несколько минут до их долгожданной встречи и такой ожидаемой расплаты с обидчиком теперь уже не только Кирилла, а и всех троих братьев, лай собак снова изменился. Вместо уверенного, прерывистого лая, означающего уже финал этой затянувшейся охоты, лай стал более резким, как будто вопросительным или даже переходящим в скулеж. Это свидетельство о беспокойстве и попытке вернуть утраченную цель всполошило не только его, но и лесничих. Пришпорив лошадей, благо подлесок стал намного реже чем раньше Андрей выскочил на пустой берег раньше отставших от него лесничих.

Всё что удалось им понять из незатоптаных собаками следов — это то что Белов метался по берегу туда-сюда, а потом если вымоина у берега не врала, поплыл через реку взявшись за какой-то пень. Одного лесничего он отправил вверх по течению, мало ли это какой-то хитрый ход и парень проплыв метров двадцать-тридцать засел где ни будь в камышах и ждёт пока они уйдут чтобы вылезти и идти дальше спокойно. А двоих оставшихся вместе со сворой направил вниз по течению. Переплыть реку при всем желании он бы не успел до того момента как они выскочили на берег, так что вариантов было немного. Либо утоп, либо сплавился ниже по течению метров на триста-четыреста. Зачерпнув пригоршню воды из реки, Андрей поежился от её холода и передернул плечами, представив на миг что он окажется сейчас в воде.

Почти час, отправленным вниз лесничим понадобилось на то чтобы перешерстить их берег с собаками и понять, что нигде на протяжении трёх километрах ниже, на берег Белов не выбирался. И сейчас после того как Андрей выслушал доклад вернувшегося с пустыми руками Антипа, он стоял и тупо смотрел на воду у своих ног. Надежда на то что бросившийся в холодную воду реки Белов утонул была конечно сильна, да и многое на это указывало. Вот только уверенности в этом не было. Слишком много неприятных сюрпризов он уже им преподнёс за эти два дня чтобы так легко увериться в его гибели.

Возвращаться в отчий дом с непонятным результатом Андрей не хотел. Что он скажет отцу? Что потерял похищенного ими из города Белова из кареты, будучи вместе с недоумком братцем и с револьвером в руках? Или то что вместе с тремя опытными лесничими и сворой натасканных собак гнали его по лесу весь день как пугливую лань и не нагнали? Сказать кроме надежды что беглец сам утоп при попытке переплыть Кострому ему совершенно нечего. А одними надеждами сыт не будешь. И это полный провал и позорище. Спросит отец то все равно с него как со старшего и самое главное, как с наследника. И не дай бог всплывёт где ни будь что это они умыкнули школьника с улицы в городе, а он потом оказался утопленником. Тут уже не о позоре надо будет думать, а о том, как каторги избежать. Да и для всей семьи — это будет почти приговор.

Прогон целительской энергии помогал. Первые пару часов этого сплава так точно. Но вот чем дольше он продолжался, тем сложнее становилось Алексею концентрироваться на том что он делает. Уже к концу первого часа его начала бить дрожь всё сильнее и сильнее, так организм пытался самостоятельно согреться, уже не особо обращая внимания на своего бестолкового хозяина что завёл их в такую клоаку.

Потихоньку он перестал чувствовать пальцы, сначала на ногах, а потом и на руках. Икры стало сводить и энергии из источника катастрофически перестало хватать на всё и сразу. Сначала Белов прекратил прогонять энергию в ступни ног, а потом вообще ограничился внизу только пахом. Потерять надежду на продолжение рода желания не было никакого и выбирая что спасать это направление было одним из приоритетных.

Ну дальше уже не понимая сколько времени он так плывёт по течению привязавшись к бревну Алексей осознал, что начинает потихоньку засыпать, проваливаясь в дрёму всё чаще и чаще. Испуг захлебнуться заставил его мозг немного очнуться и даже снова попробовать направить ствол дерева не просто по течению, а ближе к берегу, но, как и прежде он потерпел неудачу. После того как еще в самом начале своего сплава он безрезультатно пробовал, борясь со своим полным обессиливанием управлять бревном, потратив при этом те крупицы сил что у него остались после того форсированного заплыва с бревном от берега на середину фарватера реки.

Жалеть о том, что он отдал все силы на этот ускоренный заплыв было глупо. Только благодаря этому ему и удалось отдалиться от берега и остаться незамеченным преследователями. Но спасая себя от одного врага он обрёк себя на встречу с другим врагом. И этот враг потихоньку — шаг за шагом его побеждал. Мысли путались, мышцы болели уже непрерывно. А после того как ему не удалось подцепить из источника даже самую малюсенькую ниточку целительской энергии наступили столь оттягиваемые им последствия переохлаждения. Пульс замедлился, наверное, до самого минимума и даже чувство озноба до костей что мучало его еще не так давно стало отдаваться где-то на фоне. Глаза закрывались отяжелевшими веками, и если несколько первых раз он еще из последних сил умудрялся их открывать назад, чтобы затуманенным взором осмотреться вокруг то незаметно пришёл тот миг, когда веки сомкнулись и Белов забылся в непонятном состоянии — то ли сне, то ли в обмороке.

p. s. Подписаться на автора сего жизнеописания Алексея Белова. https://author.today/u/evgenynikitin/works

Начало дарованного судьбой второго жизненного пути Алексея Белова здесь:

«Последний из младшей ветви.» https://author.today/work/495976