Когда-то вздумалось Мышам себя прославить

    И, несмотря на кошек и котов,

    Свести с ума всех ключниц, поваров,

И славу о своих делах трубить заставить

    От погребов до чердаков;

А для того Совет назначено составить,

В котором заседать лишь тем, у коих хвост

        Длиной во весь их рост:

Примета у Мышей, что тот, чей хвост длиннее,

            Всегда умнее

        И расторопнее везде.

Умно ли то, теперь мы спрашивать не будем;

Притом же об уме мы сами часто судим

    По платью иль по бороде.

Лишь нужно знать, что с общего сужденья

Всё длиннохвостых брать назначено в Совет;

    У коих же хвоста, к несчастью, нет,

Хотя б лишились их они среди сраженья,

Но так как это знак иль неуменья,

                Иль нераденья,

    Таких в Совет не принимать,

Чтоб из-за них своих хвостов не растерять.

Всё дело слажено; повещено собранье,

    Как ночь настанет на дворе;

    И, наконец, в мушном ларе

        Открыто заседанье.

    Но лишь позаняли места,

Ан, глядь, сидит тут крыса без хвоста.

Приметя то, седую Мышь толкает

        Мышонок молодой

    И говорит: «Какой судьбой

    Бесхвостая здесь с нами заседает?

    И где же делся наш закон?

Дай голос, чтоб её скорее выслать вон.

Ты знаешь, как народ бесхвостых наш не любит;

И можно ль, чтоб она полезна нам была,

Когда и своего хвоста не сберегла?

Она не только нас, подполицу всю губит».

А Мышь в ответ: «Молчи! всё знаю я сама;

    Да эта крыса мне кума».