Когда из Греции вон выгнали богов

И по мирянам их делить поместья стали,

Кому-то и Парнас тогда отмежевали;

Хозяин новый стал пасти на нём Ослов.

            Ослы, не знаю как-то, знали,

            Что прежде Музы тут живали,

            И говорят: «Недаром нас

                Пригнали на Парнас:

            Знать, Музы свету надоели,

            И хочет он, чтоб мы здесь пели». —

«Смотрите же, – кричит один. —

                                                          Не унывай!

            Я затяну, а вы не отставай!

                Друзья, робеть не надо!

                Прославим наше стадо

                И громче девяти сестёр

Подымем музыку и свой составим хор!

А чтобы нашего не сбили с толку братства,

То заведём такой порядок мы у нас:

Коль нет в чьём голосе ослиного приятства,

            Не принимать тех на Парнас».

            Одобрили Ослы ослово

            Красно-хитро-сплетенно слово:

И новый хор певцов такую дичь занёс,

                Как будто тронулся обоз,

В котором тысяча немазаных колёс.

Но чем окончилось разно-красиво пенье?

            Хозяин, потеряв терпенье,

            Их всех загнал с Парнаса в хлев.

Мне хочется, невеждам не во гнев,

Весьма старинное напомнить мненье:

                            Что если голова пуста,

То голове ума не придадут места.