– Петер, – Мировая Женька толкала Петра Христиановича в плечо.

– Ну, чего, три месяца дома не был, дайте выспаться, – отлягнулся Брехт.

– Петер, там конец из Питера. – А чего, Женька вполне себе сносно по-русски шпрехать научилась.

– Конец? Гонец?! – Брехт проснулся.

Твою же! Фельдъегерь привёз приказ генерал-лейтенанту фон Витгенштейн-Дербентскому срочно отправляться в Санкт-Петербург. Царь-батюшка видеть желает. А как же развитие промышленности и сельского хозяйства на Кавказе?! А как же кавказская война?! Она вот-вот начаться должна.

– Что хоть там случилось? – Пётр Христианович посмотрел на жадно пьющего воду подпрапорщика. Жара на улице, за тридцать точно.

– Англия весной этого года расторгла мирный договор и объявила Франции войну, тем самым нарушив заключённый в прошлом году Амьенский мирный договор. В мае 1803 года первый консул Наполеон Буонапарт двинул французскую армию к Везеру, чтобы захватить принадлежавший английскому королю Ганновер. Что происходит сейчас, не знаю, – развёл руками фельдъегерь. – Почти два месяца до вас добирался.

– А я при чем тут?

– Английский посол пожаловался императору на враждебные действия против его соотечественников на Кавказе, – почти шёпотом произнёс подпрапорщик.

– А ты, родной, откуда это знаешь?

– Я по-французски понимаю, ваше превосходительство, при мне граф Кочубей с государем об этом и о вас говорили, – совсем на шёпот перешёл фельдъегерь.

Граф Кочубей? Ну, кто бы сомневался.