Чуть больше любви, чуть меньше сражений – и мир будет в порядке.

В Нухе подобрали ещё и фон Плеве с артиллерией. Теперь вся армия собралась и с учётом всех примкнувших ханов превысила десять тысяч человек. Во всем Илисуйском султанате население чуть больше. Там точно так же, как и у лезгин, сообщества вольные, республика, если по большому счёту. И это натолкнуло Брехта на интересные мысли. В смысле про лезгин.

Он выбрал из своих офицеров лезгинских десяток повыше и поздоровше, даже по ордену каждому повесил, с других дербентцев на время снял. Папахи новые красивые лохматые насобирал одинакового чёрного цвета. Красавцы получились.

– Идите, дорогие братья по крови, все викинги родственники, а немцы тоже Нибелунги, и несите им доброе, вечное.

– Чего, Петер-хан? – майор Гаджибеков, командир батальона лезгин, идиом не понял.

– Исмаил, нужно пройти по их селениям и просто рассказать о том, как вы и остальные лезгины живут теперь под протекторатом России и в моём ханстве. Честно всё расскажи. Мне от них никакой дани не надо пять лет. Потом нужен шёлк и шафран. Третья часть. Эти деньги, как и у вас, пойдут на дороги, школы, больницы. Расскажи про ваш батальон. Если будут желающие, то создадим и илисуйский батальон или эскадрон.

Входить на территорию султаната, в котором нет султана, не стали. Расположились в живописной долине и отдыхали. Брехт даже рыбку в какой-то горной речушке половин. Не интересно. Мелкая форелька, сантиметров по двадцать. И она не красная от слова совсем, она белая и, как вся речная рыба, невкусная и вонючая. Понятно, что просто вы не умеете её готовить. А что, мысль замечательная. Ольха тут растёт, наверное, и в Дербенте полно рыбаков. Почему не организовать холодное и горячее копчение крупной рыбы осенью и отправке её зимой в Россию. На рынке он такой рыбы не видел. Не знают про копчение? Лень? Нет предприимчивых людей? Ну, вот он и начнёт.

Лезгины вернулись через неделю. Приехали вместе с десятком старейшин, которые пожелали все условия и расклады услышать лично от Брехта. Услышали и спросили про генерала Цицианова, который им карррами земными и небесными грррозил.

– Я вам бумагу написал, вернее двадцать четыре бумаги, не знал, сколько у вас этих вольных обществ, где написал, что вы теперь входите в Дербентское ханство. Хан у вас отныне генерал-лейтенант князь Пётр Христианович фон Витгенштейн-Дербентский, и что все остальные вам не указ, будет кто права качать, так князь его на место поставит.

– Хорошая бумага, но лучше бы ружья, – посоветовались старейшины. На самом деле старейшины. Все с седыми бородами и белёсыми глазами.

– С севера Грузия, она в составе России, с юга Шекинское ханство, с востока лезгины, они тоже мои подданные, как и шекинцы. С кем вам этим оружием воевать. Не надо вам воевать. Вам нужно пасти овец, выращивать марену красильную и крокусы, разводить тутовый шелкопряд. Мы пришлём из Дербента строителей, которые построят больницы, школы и мечети. Живите, богатейте, плодитесь, как господь велел. Да, дороги приведите в нормальное состояние. Через вас пройдёт дорога из Грузии в Шекинское ханство и вообще Южный Кавказ. Стройте постоялые дворы, харчевни всякие, наймите армян, если вам религия не позволяет, пусть посадят виноградники и производят вино, которое будем продавать в Россию. Смотрите, сколько дел. А те, кто хочет повоевать, пусть записывается в Илисуйский батальон в Дербенте, будем их учить и будем ходить на войну. Оттуда ваши джигиты принесут богатую добычу.

Уговаривал три дня. И уговорил. Подписали старейшины просьбу о протекторате России и вхождении в Дербентское ханство. Пришлось, правда, пожертвовать тремя шайрами последними, один Слон остался у Брехта, а остальным старейшинам выделил Пётр Христианович по карабахскому жеребцу и по кубачинскому кинжалу ещё всем досталось. Насколько это дешевле, чем десятилетняя война, которую бы Цицианов развязал.