Глава 23. Шарлотка на слюне

Первый тур кулинарного отбора напоминал финал чемпионата по метанию половников. Все были напряжены, ставки росли, а Уголёк уже успел принять предварительные заказы на то, кто первым вылетит.

На сцене выстроились участники. Судьи в чёрных мантиях, с ложечками наготове, замерли за столом. Зрители на трибунах жевали попкорн, а крысы на балконе делали ставки.

В первом ряду сидели две персоны: Альтаир — холодный, как ледник в январе, и Кайан — с улыбкой, предвещающей беду. Между ними пустовало кресло, потому что никто не хотел сидеть в зоне, где воздух искрил от напряжения.

Каждый имел выражение лица, словно съел килограмм лимонов.

У Кайана в руке был скромный пучок розмарина — зеленый, пахучий, перевязанный бечёвкой. Он положил его на колени и небрежно поглаживал веточки.

Альтаир смотрел на розмарин, как на налоговую декларацию с ошибкой.

— Что это? — спросил он.

— Зелень, — ответил Кайан. — Для поднятия аппетита. Айза оценит.

— Она оценит. Но я сделаю лучше.

Декан выхватил листок, быстро нацарапал записку и махнул курьеру, стоявшему у прохода.

— Бегом на драконьи поля. Пусть соберут самый большой букет полевых цветов. И доставят сюда до окончания тура. Трачу из резервного фонда.

— Какого резервного? — уточнил курьер.

— Моего личного.

Курьер умчался, оставляя за собой облако пыли.

— Вы всегда так реагируете на конкуренцию? — спросил Кайан, не глядя на декана.

— Я реагирую на попытки выделиться за чужой счёт.

— Это розмарин, а не заявление о намерениях.

— Для вас это одно и то же.

Пустое кресло чуть заметно поёжилось.

На сцене ведущий, дракон с видом, который хотел оказаться в другом месте, объявил:

— Уважаемые участники! Ваше задание — приготовить десерт из трёх ингредиентов. Время — сорок пять минут.

Каждый открыл свою корзину.

Грацио де Люкс, наследник трюфельной империи, извлёк персики — настолько идеальные, что они, казалось, подсвечивались изнутри. Рядом — баночка мёда с золотой этикеткой «Королевский запас» и флакон сливок, которые тихо вздыхали от восторга. Золотой венчик, ножи ручной работы. Грацио боялся их брать. Его руки дрожали.

Баронесса Фламберже достала малину — она светилась мягким голубым, словно маленькие фонарики. Её крем взбивался сам, подчиняясь магии, и пускал искры. Она улыбалась победной улыбкой, не замечая, как солонка на столе сыплет соль без спроса.

Инквизитор Уксус выложил три груши — идеальной формы, без единого пятнышка. Рядом стояли сухофрукты, орехи, мёд, всё — в строгом порядке, отмеренное линейкой. На шее висел секундомер.

Тайный участник в капюшоне извлёк из-под тряпки засохшую корку, напоминавшую древний хлеб. Вторым ингредиентом оказался пучок травы, которую кто-то принял за петрушку, а третьим — маленький пузырёк «Не открывать в закрытых помещениях». Крысы перешептывались: «Это что, прошлогодний гриб?» — «Нет, это драконий зуб». — «А пахнет ветчиной». — «Не нюхай, отойди».

И я, Айза, объедок с фиалковой формой, котом за пазухой и корзиной, которую собирали в самом гнилом углу академии.

— У меня одной такой набор? — спросила я.

— У вас одной, — ласково сказал ведущий. — Это особые условия.

— Это саботаж, — шепнул Уголёк. — Но ты справишься.

— Время пошло!

Грацио де Люкс эффектно взмахнул ножом, целясь в персик. Он промахнулся. Фрукт откатился к ногам Альтаира. Декан поймал его и демонстративно положил рядом с розмарином. Грацио попробовал снова, порезал палец, увидел каплю крови и заорал на весь зал:

— Красное! Свёкла!

— Это ваша кровь, — устало сказал судья.

— Для меня это рубиновая угроза!

Он рухнул на пол с таким грохотом, что носилки подкатились сами. Уголёк довольно заурчал.

Баронесса Фламберже взбивала крем. Голубое облако сорвалось, заполнило сцену, и Альтаир с Кайаном одновременно пригнулись.

— Неплохая защита, — заметил Кайан.

— Импровизация, — ответил декан.

— Вы так и не ответили, зачем вам букет.

— Чтобы вы поняли, что я не сдаюсь.

— Вы мне не конкурент.

Кайан покраснел, но промолчал.

Баронесса подала мусс. Первый судья попробовал, посинел и исчез под столом. Второй успел сказать «Вкусно?» — и тоже рухнул. Третий, старый дракон, лизнул, закашлялся и выдавил:

— Мобилизуйте медиков. Мы умираем.

Баронессу увели под крики «Пересол!».

Инквизитор Уксус выкладывал грушевые кубики в идеальную пирамиду. Секундомер тикал, линейка лежала на месте. Тайный участник, крадучись, высыпал в мерный стакан щепотку серого порошка.

— Что это? — спросил Инквизитор, замирая.

— Магия, — прошептал Тайный.

— Нет! Эксперименты разрушают структуру!

Он застыл, уставившись на груши, и не двигался. Его увели на руках.

Тайного участника дисквалифицировали за попытку продать ту самую корку судьям как «эксклюзивный деликатес».

На сцене осталась я.

На трибунах появился курьер с огромным букетом полевых цветов — васильки, ромашки, колокольчики, лютики, перевязанные широкой лентой. Альтаир взял букет, положил на свободное кресло и демонстративно посмотрел на Кайана.

— Шестьдесят три цветка, — сказал он. — Считайте.

— Я не считаю. Я ценю качество.

— В драконьих полях качество выше всяких розмаринов.

Пустое кресло между ними съёжилось.

Я выкладывала шарлотку. Она дымилась, щипала глаза, но выглядела почти пирогом.

— Что это? — спросил ведущий, отступая.

— Шарлотка. Драконья слюна, гнилое яблоко, плесневелый мёд.

— Вы нас убьёте?

— Профессиональный риск.

Судьи, приведённые в чувство, подошли.

Главный откусил, зажмурился, упал.

Второй откусил, пробормотал «Ох» — и тоже под стол.

Третий, самый старый, откусил, пожевал, подумал — и уронил голову на руки.

— Грибы! — простонал он. — Грибы!

— Нет грибов, — сказала я.

— Но я их чувствую!

— Галлюцинации. От счастья.

Главный судья приподнялся, багровый, с расширенными зрачками:

— Я не понял, это гениально или ужасно. Но я хочу ещё.

— Добавка — пять копеек, — объявил Уголёк, нацепляя бабочку.

Судьи выложили мелочь. Тайный участник, уже без капюшона, протянул дрожащую руку с тремя монетами.

— Вы дисквалифицированы, — напомнил судья.

— А добавка — это после конкурса.

Ему налили.

На трибунах Альтаир поднял свой огромный букет. Кайан сжал розмарин. Они смотрели на сцену, где я принимала поздравления.

— Ваша ставка? — спросил Кайан.

— Все цветы, которые есть в академии, — ответил декан. — А ваша?

— Розмарин. Он пригодится для супа.

Пустое кресло выдохнуло — драки не случилось.

— Победитель первого тура — Айза! — объявил ведущий.

Зал взорвался. Крысы сбрасывали квитанции. Уголёк записывал прибыль.

Я вышла с остатками шарлотки.

— Уголёк, — спросила я, — а что они там делят?

— Букеты, — ответил кот. — Вы, кстати, тоже в списке претендентов.

— На что?

— На самый дорогой подарок. Декан уже потратил резервный фонд.

— Ты ужасен.

— Такая жизнь. А теперь готовься ко второму туру.

Я погладила кота.

Первый тур позади. Грацио унесли, Баронессу увели, Инквизитор застыл, Тайный канул в неизвестность. Кайан с розмарином, Альтаир с букетом в шестьдесят три цветка. И шарлотка, которую судьи не забудут до следующего отбора.