Глава 15. Пронесло!

Я как раз помешивала суп для вечерних клиентов — тот самый, с секретным ингредиентом, которым Уголёк клялся, что это просто перец, но я-то знала, что туда падает ещё щепотка отчаяния и надежды на лучшее. Бульон журчал, кот мурлыкал на печи, Нисса пересчитывала мелочь в крынке — в общем, царила идиллия, как на картинке «Уютный подвальный общепит».

В этот момент дверь распахнулась без стука.

Даже не так. Она вылетела с такой силой, что Уголёк подпрыгнул на полметра и зашипел как разъярённый чайник. В дверях стояли двое в чёрных мантиях с золотыми драконами на воротниках. Те самые. Из драконьей палаты. Инспектор Коготь собственной персоной — низкий, плотный, с лицом, которое, казалось, переваривало лимон и налоговый кодекс одновременно. А рядом его помощник — длинноносый тип с папкой, в которой, без сомнения, лежали не просто бумаги, а все наши грехи, включая тот раз, когда я взяла лишнюю луковицу без чека.

— ИП «Объедок и партнёры»? — спросил Коготь, даже не поздоровавшись. Даже не кивнув. Голос у него был такой, будто он переехал мелкий гравий и теперь мучительно его переваривает.

— Он самый, — ответила я, инстинктивно заслоняя котёл телом. — А вы по какому праву врываетесь без стука? У нас тут, между прочим, зона повышенной огнеопасности. И кот нервный.

— Младший партнёр Нисса — здесь, — послушно доложила Нисса, поднимая руки вверх, как будто её уже арестовывали. — Финансовый директор Уголёк — здесь, — кот вылез из-за пазухи и, к моему ужасу, встал на задние лапы, сложив передние на груди. — Айза — генеральный директор и главный повар. А вы, простите, по какому вопросу врываетесь в рабочее помещение без санитарной книжки?

— Проверка, — Коготь щёлкнул пальцами, и помощник мгновенно раскрыл папку, из которой посыпались какие-то жёлтые листы, квитанции и, кажется, прошлогодний лавровый лист. — Поступил сигнал о незадекларированной магии в продуктах питания. На основании указа № 1489/Д «О налогообложении магической составляющей в блюдах, приготовленных юридическими лицами, а также физическими, имеющими хвост или крылья», вы обязаны уплатить штраф за использование фиолетовой магии без лицензии.

Я моргнула.

— Какой ещё фиолетовой магии? У нас суп! Обычный суп! Лук, морковь, вода, соль по вкусу. Никакой магии, даже синей.

— А это что? — помощник длинным пальцем ткнул в кастрюлю, где бульон пузырился странным перламутровым светом.

Я присмотрелась. Действительно, пузырились они как-то подозрительно красиво. И пахло не просто супом, а чем-то… волшебным.

— Это… ну… — я запнулась. — У нас эксклюзивный рецепт. Секрет фирмы. Торговая тайна, между прочим.

— Магическая составляющая, — отрезал Коготь. — Фиолетовая, уровень три. Без лицензии — штраф.

— У нас есть печать! — возразила Нисса, вытаскивая из-за пазухи нашу драгоценную круглую печать на верёвочке.

— Печать — это для регистрации ИП, — снисходительно объяснил помощник, поправляя очки. — А лицензия на магическую деятельность приобретается отдельно. В соседнем отделе. Через три коридора, потом спуск в подвал, потом поворот направо, потом запертая дверь, потом ключ у завхоза, которого никто не видел десять лет. Стоимость лицензии — пять монет. Плюс штраф за незаконное использование магии — десять монет. Плюс пеня за то, что не подали заявку заранее — ещё две. Итого семнадцать.

— Было пятнадцать! — возмутился Уголёк.

— Пока мы разговаривали, добавилась пеня за просрочку реакции, — улыбнулся помощник. Улыбка у него была как у акулы, которая решила стать налоговым консультантом.

— У нас нет семнадцати монет! — выпалила я. — У нас есть немного копеек и рыбья голова, но она завтра испортится.

— Тогда будем изымать имущество, — Коготь оглядел нашу камеру-кухню взглядом оценщика, который привык, что ему всё должны. — Кастрюля новая. Серебристая. Пойдёт в счёт долга. Половник — тоже. Вон тот нож, который с зазубринкой — в счёт пени. А кота — на мясо.

Я похолодела. Нисса вцепилась мне в рукав. Уголёк выпустил когти.

— Меня не возьмёте! — взвизгнул кот, спрыгивая на пол и вставая в боевую стойку — задранный хвост, выгнутая спина, глаза как два изумрудных фонаря. — Я член ИП, я облагаюсь налогами как физическое лицо! У меня есть медальон, подпись в уставе и право на неприкосновенность! К тому же я единственный здесь, кто знает, куда мы прячем запасные специи!

— Физическое лицо — оно и есть физическое, хоть с усами, хоть без, — равнодушно заметил помощник, доставая из папки сачок для бабочек, который, видимо, служил орудием поимки. — Не дёргайтесь. Кота взвесим отдельно, мясо — по рыночной цене.

— Кто меня взвесит?! — кот отскочил за кастрюлю. — Я — стратегический партнёр! Если я исчезну, кто будет дегустировать суп на наличие мышей? Вы? У вас нос не тот!

Я стояла, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Новая кастрюля была нашим богатством — мы купили её в складчину, Нисса отдала свои серёжки, Уголёк — три ворованные сардины. Половник был единственным, кроме скребка и моих рук. А кот — святое. Без него мы бы уже давно съели друг друга от голода и тоски.

Помощник уже протягивал руку к кастрюле, Коготь доставал квитанцию об изъятии, и вдруг…

В этот момент дверь — та самая, которую инспекторы не закрыли — скрипнула.

И на пороге появился Кайан.

Белый колпак как свежевыпавший снег, зелёные глаза как весенние листья, улыбка, от которой таял даже замороженный бульон. Пахло от него корицей, выпечкой и, кажется, спасением.

— Что здесь происходит? — спросил он, окинув взглядом сцену: инспектор с сачком, помощник с папкой, я с половником наперевес, кот за кастрюлей, Нисса под столом.

— Проверка, — буркнул Коготь, но уже менее уверенно. — А вы кто такой вообще? Посторонним вход воспрещён.

— Посторонним? — Кайан поднял бровь. — Я — старший повар драконьей академии, ученик Кассандры и личный повар. И куратор магической кулинарии на верхней кухне. Моя подпись стоит в документах этого ИП в графе «кулинарный надзор». А вы, насколько я понимаю, угрожаете предприятию, которое находится под личной протекцией декана и моим гастрономическим интересом.

— Декана? — Коготь побледнел до цвета несвежей сметаны. Помощник попятился, зацепился за порог и чудом удержал папку.

— Альтаир собственноручно утвердил регистрацию этого ИП, — Кайан говорил спокойно, даже лениво, но в голосе проступала сталь. — Более того, он является их спонсором и еженедельным клиентом. Я готов подтвердить это документально. Более того — я готов сейчас подняться в его кабинет и устроить очную ставку. Вы же знаете, как декан относится к тем, кто мешает ему получать горячий суп вовремя.

Помощник с папкой побледнел ещё сильнее — теперь он напоминал меловую стену.

— Там ещё и декан? — прошептал он, обращаясь к Когтю.

— Декан, — подтвердил Кайан, делая шаг вперёд. — И он очень не любит, когда его проекты трогают без согласования. Особенно перед обедом. У него в такие моменты чешуя дыбом встаёт. Я как повар знаю.

Инспектор Коготь поспешно захлопнул папку так, что из неё вылетел прошлогодний лавровый лист и упал прямо в суп.

— Мы… мы уточним. Перепроверим. Возможно, ошибка. Сведения могли быть неполными, — затараторил он, пятясь к выходу. — Виновата наша новая бухгалтерша. Или наш стажёр. Мы разберёмся.

— Кастрюлю оставьте, — мягко, но твёрдо сказал Кайан.

— Оставляем! Всё оставляем! Даже кота!

— Я вообще-то стратегический партнёр, — фыркнул Уголёк, вылезая из-за кастрюли с видом победителя.

Они вылетели быстрее, чем я успела чихнуть — мантии развевались, папка подпрыгивала, Коготь на пороге споткнулся о собственный сачок, и они растворились в коридоре, оставив после себя запах страха и дешёвого одеколона.

Тишина.

Суп булькнул и выдохнул облако пара.

— Ты… ты нас спас, — выдохнула Нисса, вылезая из-под стола. — Полностью. С кастрюлей, половником и котом. Ты — герой.

— Не герой, — Кайан улыбнулся — той самой своей репетированной, но почему-то тёплой и искренней улыбкой. — Просто должник. Вы же не думаете, что я просто так десять копеек за суп отдал? Я вкладываюсь в долгосрочные отношения.

— Спасибо, — я вытерла руки о робу, потому что они вдруг стали влажными — то ли от волнения, то ли от того, что я всё ещё не верила в происходящее. — Но зачем вы вмешались? У вас могли быть неприятности. Декан, если узнает, что вы пользуетесь его именем…

— Альтаир? — Кайан усмехнулся. — У меня с ним деловые отношения. Он, может, и ревнивый, но справедливый. И я действительно считаю, что твой суп заслуживает лицензии. Бесплатной. Я уже говорил с магическим департаментом. Они готовы выдать вам разрешение задним числом, если вы добавите в меню пункт «суп деканский» на полкопейки дороже.

— Так не бывает, — заметил Уголёк, запрыгивая обратно на печь и начиная вылизывать усы.

— Бывает, если ты умеешь договариваться, — Кайан посмотрел на кота, потом перевёл взгляд на меня. — Я договорюсь с налоговой. А ты, финансовый директор, не суетись. Кстати, вот…

Он порылся в кармане своего белоснежного халата и вытащил…

— Рыбья голова?! — ахнул Уголёк.

— Лосось. С верхней кухни, свежий. Декан всё равно не ест головы, а выбросить жалко. Думаю, это скрасит ваш ужин.

Он кинул голову на разделочный ящик. Уголёк аж подпрыгнул на месте, приземлился рядом и принялся обнюхивать с выражением священного трепета.

— Это… это взятка! — выдавил кот, но без какой-либо убеждённости.

— Это благодарность, — поправил Кайан. — Я прошу только о том, чтобы вы не закрывались. Миру нужно больше хорошего супа. И котов, которые его охраняют.

Он ушёл так же тихо, как и появился — только белый колпак мелькнул в темноте коридора, и дверь мягко закрылась.

Мы остались стоять: Нисса с открытым ртом, я с половником в руке, Уголёк с лососёвой головой.

— Я начинаю верить в его искренность, — сказала Нисса после долгой паузы.

— И я, — вздохнула я, опускаясь на табурет. — Это опасно. Очень опасно.

— А я — в рыбу, — добавил Уголёк, уже отдирая от головы кусок мяса. — Это дорогого стоит. Знаете, что я вам скажу? Этот Кайан — не дурак. Он не просто так нас спас.

— А зачем? — спросила Нисса.

— Затем, что хороший суп — это стратегический ресурс. А мы — его поставщики. И если декан ревнует… ну, это его проблемы. Наше дело — варить.

Я посмотрела на кастрюлю, которая чуть не ушла в счёт долга. На половник, который пережил налоговую проверку. На кота, который доедал лосося и облизывал усы.

— Ладно, — сказал кот. — Завтра варим двойную порцию. И добавляем в меню «суп деканский» на полкопейки дороже.

— Почему деканский? — удивилась Нисса.

— Потому что он всё равно будет его покупать. А так — официально, с лицензией. И без налоговых проверок.

— А как же Кайан?

— А Кайан будет платить полную стоимость. Без скидок. Это бизнес, девочки.

Уголёк довольно мурлыкнул и свернулся калачиком у печи.

— Вот это я понимаю — правильная стратегия. А теперь — спать. Завтра новый день. И, возможно, новая проверка. Но теперь у нас есть союзник.

— И рыба, — добавила я.

— И рыба, — согласился кот.

Мы погасили лампу. В темноте ещё долго пахло лососем, супом и, кажется, чем-то горячим — то ли от печи, то ли от того, что в нашей маленькой камере-кухне вдруг стало чуть теплее, чем обычно.

И никто не сказал, что это плохо.