— Тридцать минут, — Корнев опустил руку от гарнитуры и посмотрел на К’Варра. — Полчаса, и здесь будет десант.

Огромный кошак только хмыкнул, вытирая лезвие своего двуручника о плащ убитого ушастого. В текущих реалиях полчаса казались вечностью. Корнев шагнул к краю платформы и вскинул бинокль. Дым внизу немного рассеялся, и картина, открывшаяся капитану, заставила его выругаться.

Малораны перестали играть в прятки. Осознав, что скрытые маневры и точечные удары диверсантов упираются в пулеметный огонь и клинки местных мастеров, ушастые перешли к прямолинейной тактике. Они стягивали силы. В оптике Корнев видел, как на широких переплетениях ветвей, метрах в пятидесяти ниже их позиции, собираются стрелки. Десятки лучников деловито выстраивались в три шеренги. У каждого третьего в руках был тот самый светящийся лук, который пробивал легкую броню как бумагу.

Перед стрелками плотной стеной вставала тяжелая пехота с мощными щитами, а за их спинами суетилась целая толпа магов. Они больше не пытались залезть на платформу к Вратам.

— Не расслабляемся, — бросил Корнев, не отрываясь от бинокля. — Они меняют план. Наверх не полезут.

— Чего мы ждем? — тихо спросила Ил’да, подходя к капитану. Старушка опиралась на посох, ее дыхание было тяжелым.

— Чуда, — мрачно ответил К’Варр, который тоже оценил диспозицию врага. — Они возьмут нас в охват полумесяцем. И просто расстреляют опоры платформы. Мы рухнем вниз вместе с аркой.

Корнев опустил бинокль. Мечник был абсолютно прав. Опорных ветвей, державших площадку Врат, было всего пять. Если ушастые сосредоточат на них огонь своих магов и светящихся стрел, дерево не выдержит.

Капитан посмотрел на часы. Секундная стрелка двигалась с издевательской ленью.

— Мои люди на пределе, — Корнев повернулся к старейшине. В его голосе не было паники, только сухая констатация факта. — Мне нужен отвлекающий маневр. Что угодно. Вызовите кислотный дождь, обрушьте на них стаю бешеных белок, мне плевать. Нам нужно выиграть эти полчаса.

Ил’да посмотрела на Корнева, затем перевела взгляд на мерцающую бирюзовым светом арку Врат. Лицо старушки окаменело. Она резко развернулась и решительно зашагала к трем пенсионерам, которые сидели у каменной опоры, восстанавливая дыхание после своего безумного забега по ветвям.

— Поднимай задницу, плесень, — рявкнула Ил’да, с размаху ткнув подтоком посоха в бок Арсию.

— Даже не думай, старая, — огрызнулся дед, потирая ушибленный бок, но глаз не поднял. — Мы тоже на пределе. Резервов нет, мы пустые.

— Я сказала, встали! — голос старейшины сорвался. Она выдала подсрачник своей деревянной палкой второму деду, Ассару. — Сама встану в круг.

Возмущающиеся старики резко замолчали. Они переглянулись, с недоверием и затаенным страхом глядя на свою товарку.

— Быстрее, я сказала! — рыкнула Ил’да.

— Какой круг? — осторожно уточнил Ассар, тяжело поднимаясь с настила и опираясь на свое полукопье. — Третий?

— Нет, — Ил’да выпрямилась. — Пятый.

— Ты совсем двинулась, Ил’да, — тихо, без прежней издевки произнес Торвин, третий из компании. — Это сожрет тебя.

— Исполняй и не ссы, — криво усмехнулась Ил’да.

Она вышла на самый центр свободной части платформы. Резким, совершенно не старческим движением старушка загнала свой посох глубоко в дощатый настил, так, что он встал вертикально, освободив ей руки.

К’Варр, наблюдавший за этой сценой, побледнел под слоем копоти. Он молча сделал знак своим кошакам, и те спешно разошлись в разные стороны, прижимаясь к самым краям платформы. Разведчики Корнева, нутром почуяв приближение чего-то крайне стремного, тоже вжались в укрытия.

Пенсионеры, тяжело вздыхая, разошлись и встали вокруг Ил’ды на равном расстоянии, образуя правильный треугольник. Старики закрыли глаза и начали быстро что-то бормотать себе под нос. Поначалу Корнев подумал, что деды по привычке поносят местную ведьму и начальство, но реальность оказалась хуже.

Прямо под ногами стариков начали разгораться тусклые, серовато-зеленые линии. Они ползли по дереву, сплетаясь в сложный, геометрически выверенный рисунок. Линии сходились в центре, точно под босыми ногами Ил’ды.

Капитан снова приник к биноклю. Малораны внизу заметили магическую активность. Командиры ушастых начали орать приказы, тыча в сторону верхней платформы. Маги малоранов синхронно вскинули руки. В сторону площадки Корнева рванул комбинированный залп: десятки светящихся стрел вперемешку с ревущими огненными шарами и ледяными колььями.

Смертоносная волна не долетела до цели. В воздухе, метрах в десяти от края платформы, с гудящим звуком вспыхнул изумрудный барьер. Снаряды ушастых разбились о него, расплескавшись морем искр.

А затем у Корнева волосы на загривке встали дыбом.

Над платформой пронесся шепот. Это был не звук голоса, это было ощущение, проникающее прямо в мозг, хватающее за горло ледяными пальцами. Шепот миллионов сухих осенних листьев. Шепот могильной земли.

Началось форменное безумие. Огромные, толщиной с паровоз ветки, росшие вокруг платформы, начали стремительно чернеть. Кора на них ссыхалась, трескалась и осыпалась. Живая древесина превращалась в серую, безжизненную пыль буквально за секунды.

Ил’да стояла с закрытыми глазами, раскинув руки. Пыль, в которую превращались ветви, не оседала вниз. Она поднималась в воздух, закручиваясь в воронку. В руках старушки медленно вращался спрессованный шар из этого серого праха.

Снизу ударил еще один залп ушастых, но барьер держал удар, даже не прогнувшись.

Ил’да резко открыла глаза. Ее зрачки полностью исчезли, залив белки мутным бельмом. Она сделала толкающее движение руками вниз.

Шар пыли сорвался с ее рук и рухнул вниз, прямо на ту самую широкую платформу, где толпилось около полутора сотен малоранов.

То, что произошло дальше, Корнев запомнил надолго. Серая пыль не взорвалась. Она просто накрыла платформу непроницаемым облаком. И дерево под ногами ушастых начало исчезать. Толстые опорные балки, доски настила, перила — все это мгновенно обращалось в труху.

Пыль вгрызалась и в самих малоранов. Доспехи ржавели и осыпались хлопьями, плоть ссыхалась. Раздались дикие вопли. Огромная платформа просто перестала существовать, превратившись в серое облако.

Корнев сглотнул, чувствуя, как по спине течет холодный пот. Он опустил бинокль. Малораны конкретно обделались от страха. Ряды ушастых дрогнули, началась паника. Но командиры сделали правильные, хоть и самоубийственные выводы. Бегство от такой магии не спасет. Бегство лишь отсрочит смерть на пару минут.

Ушастые усилили обстрел. Маги малоранов били непрерывно, пытаясь просадить изумрудный барьер. А пехота ближнего боя, превратившись в аморфную массу, ломанулась вперед, по уцелевшим ветвям, пытаясь подобраться ближе, чтобы старушке было сложнее выбирать групповые цели.

Но это не помогало. Ил’да методично, как машина смерти, продолжала собирать пыль с окружающих ветвей. Снова толчок руками. Еще одна платформа, которую ушастые маги пытались удержать в пузыре защитного барьера, просто растворилась в воздухе вместе со всеми, кто на ней стоял. Защита малоранов против магии распада оказалась бесполезной.

Но цена была высока.

Вместе с обрушением второй платформы, изумрудный щит над позицией Корнева мигнул и погас. Ил’да издала сдавленный хрип и рухнула на настил, как подкошенная.

Арсий, который до этого стоял с закрытыми глазами, поддерживая круг, успел сделать рывок и подхватить почти бездыханное тело старейшины у самого настила. Дед опустился на колени, беспомощно глядя на остальных пенсионеров. Ассар и Торвин осели на доски, жадно хватая ртом воздух.

— Ланцет! — рявкнул Корнев.

Медик роты тут же рванул к старухе, на ходу скидывая свой объемный ранец.

— Ты же помнишь, что было в прошлый раз, командир? — процедил Ланцет, доставая ампулы. Земная медицина на аборигенах работала через раз, а иногда и вовсе давала обратный эффект.

— Хуже не будет, она и так при смерти, — мрачно ответил капитан, возвращаясь к краю платформы.

— А толку-то, — печально отозвался Арсий, гладя старушку по седой голове. — Она все равно умрет…

Корнев глянул вниз. Ил’да проредила ряды ушастых капитально. Сотни три, не меньше, отправились в полет без парашютов, не считая тех, кто превратился в прах. Но малоранов было слишком много. Поняв, что страшная магия прекратилась, они с удвоенной яростью поперли наверх. Малораны текли по целым дорожкам и ветвям, как черная кровь из пробитой артерии, неумолимо приближаясь к арке Врат.

Трассерная очередь, толщиной с руку взрослого мужчины, с хищным ревом прошила группу ушастых, бегущих по подвесному мосту. Снаряды рвали плоть и доспехи на куски, разбрасывая кровавые ошметки по ветвям. Очередь ушла дальше, вгрызаясь в толстый ствол дерева и собирая свою страшную жатву. Буквально через секунду такая же линия огня прочертила воздух чуть в стороне, сметая еще один отряд малоранов.

В гарнитуре Корнева раздался чистый, лишенный помех голос.

— Барон, я Вереск-один! Нахожусь над вами. Обозначьте себя! Чем угодно! У вас тут знатная мешанина!

Корнев поднял голову. Над ними, хищно задрав носы, проходила пара Ми-35М, прозванных в войсках «Крокодилами». Их силуэты едва угадывались на фоне дымного неба.

— Кэп, все файеры в машинах остались! — виновато крикнул Леший, перекрывая гул вертолетных турбин.

Капитан резко обернулся к сидящим на полу старикам.

— Вы двое! — рявкнул Корнев на Ассара и Торвина, которые пытались отдышаться. — Зажгите кольцо вокруг нашей площадки! Просто свет, никакого урона, но чтобы сверху было четко видно контур! Быстро!

Ассар, тяжело кряхтя, кивнул. Он с трудом поднялся, взмахнул своим копьем, начертив в воздухе горизонтальную дугу. Вокруг деревянной платформы мгновенно вспыхнул призрачный круг, мерцающий тревожным алым светом.

— Вереск, я Барон. Дал иллюминацию, красное кольцо, всё, что за пределами круга — ваше.

— Вижу ориентир, Барон, — подтвердил пилот ведущей машины. В его голосе послышалась усмешка. — А вы там не мелочитесь! Где же всех хоронить будем?.. Работаем карусель. Сначала отрабатываем НУРами, потом добиваем из пушек.

Над гигантскими ветвями закружили четыре «Крокодила». Они выстроились в круг, поочередно заходя на цель. Ночь озарилась вспышками пусков. Неуправляемые авиационные ракеты с шипением срывались с пилонов и летели в гущу малоранов.

Бой шел на огромной высоте. Укрытий на ветвях практически не было, разве что прыгать в пустоту, чтобы разбиться насмерть. Маги ушастых, поняв, откуда исходит угроза, попытались организовать импровизированное магическое ПВО. В небо полетели огненные шары и молнии. Но быстро движущиеся, постоянно маневрирующие вертолеты оказались для толкинистов слишком сложной целью. Местные системы наведения работали по земле, а упреждение по летящей с большой скоростью железной птице маги брать не умели.

Пилоты действовали методично. Всех ушастых, кто демонстрировал возможность лупить прямым энергетическим лучом по быстролетящей цели, вертолетчики щедро одаривали залпами НУРов. Ракеты играючи пробивали наспех поставленные магические барьеры, превращая расчеты магов в кровавый фарш. Затем в дело вступали пушки, довершая разгром пехоты.

— Крупных целей не наблюдаю, — через десять минут доложил Вереск-один. — Разрозненные группы отходят. Готовим коридор для высадки.

Из-за пелены дыма вынырнула основная группа. Корнев и кошаки увидели то, что заставило местных жителей раскрыть рты.

— Хренасе! Наши тоже рептилий понагнали, — усмехнулся Леший, кивнув в сторону неба.

Пара ударных Ка-52 «Аллигатор» нарезала круги, обеспечивая прикрытие двум гигантским, похожим на летающие вагоны Ми-26, которые несли основную массу десанта. Чуть ниже и сбоку шли несколько юрких Ми-8.

Внезапно Древо, на котором располагались площадки, страшно тряхнуло. Удар был такой силы, что несколько разведчиков не удержались на ногах и упали на настил. Огромная ящерица внизу, о которой все на время забыли из-за вертолетной атаки, снова выплюнула сгусток плазмы. Небо озарила ослепительная вспышка.

Дракон промахнулся по вертолетам, но попал по самому дереву. Раздался адский треск рвущейся древесины. Один из трех огромных боковых стволов, на которые расходилось Древо, не выдержал удара. Кусок дерева размером с приличную высотку накренился и с грохотом рухнул вниз, увлекая за собой постройки и мосты.

Кошаки в ужасе смотрели, как падает часть их родного дома.

— Да это просто праздник какой-то! — раздался в наушнике Корнева голос командира вертолетного звена, в котором не было ни капли сочувствия, только расчет и желание выполнит поставленную задачу. — Наблюдаю крупную цель на поверхности! Барон, я Вереск! Мне нужно разрешение от местных! Готов отработать тяжелым, но они должны понимать: ущерб на земле будет серьезный.

Корнев принял решение мгновенно. Ил’да лежала без сознания, К’Варр понимал только язык меча. Капитан рывком развернулся к Ассару, схватив старика за грудки и встряхнув.

— Мы можем завалить вашего дракона! Прямо сейчас! — сказал Корнев, глядя в желтые глаза кошака. Старик ошарашенно смотрел на него. — Но нам нужно ваше разрешение! Мои птицы сбросят большой огонь. Всё внизу будет в огне! Вы потеряете все, что у корней!

Ассар тяжело сглотнул. Он посмотрел на Арсия, тот мрачно кивнул. Дед перевел взгляд на К’Варра. Мечник оскалился и ударил кулаком себя в грудь, требуя мести за павших.

— Жги, чужак, — хрипло выдохнул Ассар. — Жги эту тварь.

— Вереск, я Барон! — Корнев отпустил старика. — Есть отмашка от местного руководства.

— Принял, Барон, — буднично, словно речь шла о разгрузке картошки, ответил пилот. — Начинаю работать. Всем бортам, расчистить небо над целью.

От основной массы вертолетов, круживших на безопасном удалении, отделились два транспортно-боевых Ми-8. Оставив строй, они клюнули носами и понеслись по крутой глиссаде прямо в сторону образовавшегося пролома между гигантских крон.

— Ох, мать… — протянул Казанова, прижав бинокль к глазам.

На пилонах вертолетов, вместо привычных блоков с ракетами, висели тяжелые чушки ФАБов.

Вертушки прошли над самым проломом. Пилоты сбросили груз и тут же резко ушли с набором высоты, отворачивая в стороны, чтобы не попасть под собственную взрывную волну. Бомбы весело, с нарастающим свистом полетели вниз, в дымную бездну.

Взрывы вывели кошаков из ступора. Это была не магия распада и не огненные шары. Это была грубая, физическая контузия. Нижний ярус Древа вздыбился. Огромные куски дерева, камни и земля полетели во все стороны. Взрывная волна ударила по стволу так, что площадка Врат заходила ходуном.

В глазах местных защитников больше не было отчаяния. Там поселилась мрачная, жестокая удовлетворенность от свершающейся мести.

После того, как эхо взрывов начало стихать, снизу раздался яростный, полный боли вой.

— А вот и ящерку задело, — кровожадно усмехнулся Леший.

— Но она еще жива и ползет сюда! — с опаской крикнул Гвоздь, указывая вниз.

Все на платформе резко замолчали, вглядываясь в пролом. Из клубов огня и поднятой взрывом земляной пыли действительно вылез огромный дракон. Теперь он не выглядел несокрушимой машиной смерти. Одно его перепончатое крыло было серьезно разворочено, превратившись в окровавленные лохмотья. Костяная броня на боку была пробита, из раны хлестала густая, темная кровь.

Но зверь был жив. И он упорно, цепляясь уцелевшими когтями за обугленную кору, полз к их площадке. Дракон посмотрел на людей. В его глазах читалась абсолютно человеческая мысль: «Сейчас я чутка отдохну, и вам всем придет кабзда».

Вертолетчики же так не считали.

— Вереск, выхожу на цель, — сухо раздалось в эфире.

Мимо площадки, едва не задевая опоры Врат лопастями, пронеслись оба Ка-52. «Аллигаторы» заложили крутой вираж и начали кружить вокруг ползущего дракона, исполняя «воронку».

Они не стали использовать пушки. Пилоты били наверняка. Одна за другой с пилонов сорвались противотанковые управляемые ракеты «Вихрь». Ракеты, предназначенные для вскрытия композитной брони танков, с легкостью вгрызались в тело биологической машины.

Первая ракета ударила под основание крыла, оторвав его окончательно. Вторая попала точно в длинную, бронированную шею. Дракон дернулся, пасть раскрылась в беззвучном крике, и тварь начала захлебываться ревом, переходящим в бульканье. Кровь фонтаном ударила из разорванных артерий.

Дракон попытался отцепиться от дерева и уползти обратно в спасительный дым нижних ярусов, но его силы иссякли. Когти разжались. Огромная туша соскользнула со ствола и рухнула вниз, ломая ветки. В итоге из дыма и огня так и остался торчать только неподвижный, покрытый шипами хвост бездыханной тушки.

— Ну вот и всё, — Корнев хлопнул по бронированному плечу К’Варра. — Хорошо подрались.

Огромный кошак только виновато улыбнулся, отирая кровь с лица.

— Не спеши хоронить себя и нас, друг мой, — ответил капитан, глядя на подходящие транспортники. — Пошли парней собирать. Заодно попробуем вашу ведьму откачать.

— Вы… вы можете спасти Ил’ду? — встрепенулся Арсий, поддерживая голову старейшины. Ланцет в этот момент с опаской колол ей что-то из своего скудного запаса.

— Ничего не обещаю, но в бригаде врачи с оборудованием. Можем попробовать, — ответил Корнев. — Нам надо попасть туда.

Капитан указал на соседнюю, широкую платформу. Над ней уже зависли тяжелые Ми-26, из которых посыпались толстые тросы десанта. Подвесные мосты между площадкой Врат и зоной высадки сгорели дотла во время атаки магов.

— Времени мало, машины долго не протянут в воздухе, топливо не бесконечное, — Корнев обернулся к пульту Врат.

Капитан приложил руку к камню. Бирюзовое сияние внутри кольца дрогнуло и погасло. Арка превратилась в обычную каменную конструкцию.

— Ависса, ты меня слышишь? — Корнев вызвал кошку по рации.

К его удивлению, она ответила почти мгновенно.

— Да, Алексей!

— Дракон мертв. Мы спускаемся. Вашей старейшине серьезно плохо, нужна эвакуация. Нам надо быстро подняться на соседнюю площадку к десанту. Ждите нас у корней, вывезем всех, кто поместится.

— Конечно! Мы сейчас! — голос Ависсы срывался на счастливый крик.

Старик Арсий аккуратно подхватил легкое тело Ил’ды на руки. Бойцы Лешего подняли своих тяжелых трехсотых. Подъемник был поврежден взрывом и заклинил где-то в шахте, так что спускаться предстояло пешком, по широким винтовым лестницам, прорубленным прямо в древесине.

Процессия двинулась вниз. В нос бил запах гари и крови.

Внезапно рация Корнева ожила новым, незнакомым, но очень самоуверенным голосом.

— Барон, ответь Флинту!

— Принимаю тебя, Флинт, — ответил Корнев.

— Я командую этим парадом на земле, — продолжил Флинт бодро. — Давай вводные, капитан.

— Вертушки хорошо постарались, выжигая всё на подходах, — Корнев перешагнул через труп ушастого мага на лестнице. — Но малораны бегут крайне неохотно, ребятки знатные фанатики. Ты видишь местных аборигенов?

— Тех, которые с хвостами? — усмехнулся Флинт. — А то сверху непонятно, кого валить. Вижу, кхм, хвост отступающей колонны гражданских! Но часть, похоже, возвращается к стволу, чтобы встретить вас.

— Прикрой их, и держи ухо востро. Сейчас самым опасным будет появление здоровенных волков. Ушастая кавалерия. Мы не уверены, что они кончились при бомбежке.

— Понял-принял, Барон. Начинаем располагаться и расширять периметр, — ответил Флинт.

— И еще, Флинт. Нам нужна срочная эвакуация вертушками, — добавил Корнев, глядя на бледное лицо Ланцета, тащившего раненого. — У меня двое тяжелых. Плюс мадам местная почти при смерти. Но она нужна живой. Кровь из носу нужна живой.

— Разберемся, Барон, — голос Флинта стал серьезным. — Встречаю вас.

А дальше, как любил говорить Леший, всё понеслось как в очень плохом кино…