— Ого, ничего себе! — удивляется Макс, первым открывая личную зону.

— Ура! — радостно вторит ему Марина.

— Да уж, неплохо сходили. — Смотрю на сумму. — Триста золотых. Кажется, нам ещё и премию начислили.

— Разве? — спрашивает Аглая и пересчитывает. — Вроде всё ровно, как и обещал физрук. Три монстра, треть Академии, остальное нам. С каждого по девятьсот империалов, вот и считай. Одна землеройка, и каждому достается сотня.

— Это если брать по максимуму, — замечаю. — Вряд ли все твари в идеальном состоянии: всё-таки их неплохо помотало нашей земляной ловушкой.

— Ну и зачем им переплачивать? — удивляется Макс. — Тем более студентам.

— Видимо, для того, чтобы мы оценили сотрудничество с Академией, — предполагаю. — А мы и так ценим. Но отказываться от выхода в Очаг с профессиональными охотниками мы будем — это банально выгоднее.

Ребята согласно кивают.

Девушка приносит пироги раньше, чем мы успеваем выпить по первой чашке кофе.

— Я бы сюда хоть каждый день ходил, — говорит Макс. — Намного выгоднее, чем в кафетерии. В Академии неоправданно завышены цены.

— Тоже так считаю, — отвечает Аглая, откусывая кусок пирога. — Тут ещё и вкусно. Но здесь два нюанса. Первый — не всегда есть время и желание идти до посёлка, и второй — тут нет специальной тихой зоны для переговоров или обучения. А я давно вам говорю, что мы и сами могли бы открыть свой бизнес на территории замка. Ломить цены каждый может, а вот сделать качественно и со вкусом…

Менталистка в очередной раз касается темы совместного бизнеса. Тем более, сейчас ребята увидели живые деньги в личной зоне. Прикинув, сколько может стоить охота в Очаге, каждый начинает задумываться о вложениях.

— Думаю, сначала нам нужно закончить со сборами в Очаг, — говорю ребятам. — Проверить, каких не хватает амулетов, сколько нужно пайков, можно ли купить что-нибудь для банального удобства.

— Удобства? — удивляется Аглая. — Мы же не на пикник едем. Я бы не тратилась на всякую мелочевку. Если мы сейчас запустим своё дело, то совсем скоро оно начнет приносить постоянный доход. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше.

— Это при лучших раскладах, — замечаю. — Если поторопиться с вложениями, можно запросто их потерять. Да и не так просто открыть ту же кофейню на территории Академии. Во-первых, одна уже есть — а это конкуренция. А, во-вторых, у кого из нас есть столько времени, чтобы заниматься вопросами кафе? Не самим же стоять за стойкой? На это ни времени, ни сил не хватит, а у кого достаточно времени — тому стоит пересмотреть график самообучения… — смеюсь. — Нет, управляющий тоже не решит проблему — придется открывать сразу несколько точек, чтобы отбивалась его зарплата… Это, конечно, можно сделать, ноЮ по-хорошему, лучше начать с чего-то другого. И это другое должно меньше отнимать у нас времени и нравиться каждому. В идеале, придумать то, что могут предложить только маги — в кафе конкуренция будет с обычными людьми, а их, очевидно, больше. Да и тут готовят довольно вкусно — как минимум одно отличное место недалеко от Академии уже есть.

— Орлов, у меня есть уши, — вмешивается менталистка. — Я тебя прекрасно услышала в прошлый раз и уже всё выяснила. Нам не обязательно открывать еще один кафетерий. А если и так, то лучше организовать его на улице — свежий воздух и больше пространства. Сделаем цены ниже, чем в столовой, и студенты сами набьются в наше заведение. По поводу разрешения тоже нет проблем — территорией замка заведует Германыч, сначала разговариваем с ним, получаем добро. Потом ждем подтверждение от Генриха Олеговича. Делов-то!

— Как у тебя всё просто, — смеюсь.

Пока мы ведем разговор с Аглаей, ребята накидываются на еду, будто голодали неделю. Всё-таки сказывается нервное напряжение. Я и сам не замечаю, как поочередно проглатываю два куска.

— Со знающим человеком я тоже поговорила, — продолжает Аглая. — За определенную сумму нам все официально оформят. Можно даже получить постоянное юридическое сопровождение. Проверок на территории Академии не бывает: по крайней мере, так сказали ребята в кафетерии. Ещё они объяснили стоимость блюд из меню: логистика из города очень дорогая. Не понимаю, почему бы им не договориться о сотрудничестве с поселком… Я эту им эту идею подкидывать не стала, вдруг самим пригодится. В общем, смотрите сами. Моё дело предложить.

Мне предложение девчонки пока не сильно откликается, но подумать о нём можно. Только позже. Остальные ребята тоже погружаются в размышления. Наверняка у каждого свой план, как потратить заработанное. Триста золотых на руки — всё-таки очень приличные деньги. Но, по-хорошему, наши риски были несоразмерными.

А если бы план преподов провалился? Да, возможно, нас бы спасли. Да, возможно, у нас и правда была подстраховка. Но мы этого так и не узнали. После выстрела Генрих Олегович прилетел быстро, но, как по мне, недостаточно. Даже с учетом нашего ускорения. За то время, пока директор летел в нашу сторону, эти твари вполне могли кого-нибудь прикончить.

Охота с Академией — это, конечно, здорово, но не более того. Только по необходимости. Уверен, что опытные охотники просто отказались бы выходить на эту поляну. А, может, они и отказались — кто нам об этом расскажет? Такие очаги наверняка обходят за километр — чтобы ненароком не спровоцировать разного рода опасности. Уверен, что и обсудить различные нюансы с охотниками мы тоже сможем.

Если вернуться к ситуации с полем, силы группы мы прикинули. И подстраховка в виде моего таланта, как ни крути, постоянно оставалась при нас. В непростых ситуациях я бы не стал сдерживаться. Возможно, препода всё-таки рассчитали все риски и возможные повороты. Опять же — другие группы на поле не пригласили. И это о многом говорит.

Все же, если ходить по очагам, то лучше не с преподами. Да, они намного сильнее, опытнее и предусмотрительнее. Но реальные опасности они для себя и для нас не соизмеряют.

Любой из преподов мог противостоять тем же землеройкам в одиночку — вон как Генрих Олегович быстро заморозил трёх тварей в земляной воронке. Нам такое не под силу. Ему хватает взмаха руки, а нам приходится выкладываться на полную, чтобы просто удержать существ. И для нас это приключение вполне могло оказаться последним.

— А вы не думали заявиться на проект? — спрашивает Олеся. — Зачем нам частный бизнес с вложениями, если целители строят свой сад и наверняка получают за это бонусы.

Отвлекаюсь от размышлений. Идеи каждого из ребят бесспорно хорошие, только у меня уже есть свой небольшой бизнес с аукционами. Непонятно, сколько он продлится, но пока что тратить время на проект не очень хочется. После каждой охоты с бесенятами у меня гарантированный заработок. С другой стороны, я могу просто вложиться вместе с остальными в надежде на долгосрочную перспективу. Всё будет зависеть от суммы. Видно, что Аглая возьмется за собственное дело с огоньком в глазах. Может, ей не понадобится никакая помощь, кроме финансовой? Надо смотреть.

— Не думаю, что их бонусы исчисляются империалами, — замечает Марина. — Думаю, нам просто нужно отложить часть полученной сегодня суммы и пока что не заморачиваться. Честно скажу, если бы завтра мне предложили подобную охоту, я бы отказалась.

— И правильно бы сделала, — поддерживаю. — Лично я тоже не готов рисковать своим и вашим здоровьем в непонятных условиях. Да, подобные выходы с преподами возможны, но по возможности их лучше сократить.

— А я бы пошла еще раз, — пожимает плечами Аглая. — Платят хорошо, страхуют, опять же тренируем свои способности. Даже директор заметил, что у меня здорово получилось удержать этих тварюшек, — менталистка не упускает возможности обратить на себя внимание.

— Всё то же самое можно делать в Очаге с профессиональной группой охотников, — замечаю. — С меньшими рисками и, возможно, большим заработком.

Аглая ничего не отвечает — девчонка явно устала не меньше остальных, просто храбрится. В общем и целом — неважно. Главное, что для нас всё обошлось.

На обратном пути в Академию Олеся предлагает пройти через сад целителей. По поводу заработка сходимся на том, что нужно перевести часть империалов в общую копилку группы, чтобы закрыть вопрос с обмундированием. Заодно ребята возвращают мне долг за амулеты ускорения, приобретенные в городской артефактной лавке. Ещё часть суммы откладываем на будущее общее дело — каким бы оно не было. Всё, что остается, так сказать, на карманные расходы.

Девчонки приступают к обсуждению очередной поездки в город, а мы с ребятами молча идём между домов в сторону сада. Разговаривать нам не хочется. Замечаю, что дорожка немного видоизменилась — более ровная каменная кладка, небольшие бордюры, и даже немного новых саженцев.

Когда приходим в сад, становится понятно, что благоустройство идёт полным ходом. Практически все беседки забиты студентами — а вот это неожиданно.

— Видимо, старшекурсники каким-то образом прознали про это место, — говорю ребятам. — Раньше тут не было такой толпы.

— Думаю, Майя и Синегорский сами рассказали, — предполагает Олеся. — Они же нам говорили, что проект создан для студентов Академии. Им нужны отзывы. Я так понимаю, сад почти закончен, и они запустили его в тестовом режиме. Посидеть тут вдвоем, как раньше, уже не получится.

Между строк чувствую Олесино разочарование. Наша большая группа явно не поместится в одну единственную пустую маленькую беседку, поэтому просто проходим через сад. Нервное возбуждение, несмотря на перекус и отстраненные беседы, всё ещё чувствуется. Замечаю, что атмосфера наполненного студентами сада совсем не такая как в прошлый раз. Восстановление идет намного медленнее, буквально по каплям. Но в качестве небольшого бонуса все же не помешает. В любом случае, от этой прогулки многого не жду.

Возвращаемся в Академию. В коридорах периодически встречаем ребят с нашего потока. И ведь ловлю себя на том, что пару раз вижу в их глазах неприкрытую зависть. Похоже, на полигоне дела не фонтан. А тут возвращается наша группа, которой подвернулось кое-что получше. И, похоже, об этом им уже рассказали. Неприятно.

Но тут ничего особо не поделаешь. Причём непонятно, кто именно рассказал про наш выход на поляну — вряд ли директор или физрук решили поделиться со студентами. Выяснять смысла нет: слухи — они такие слухи.

В коридоре встречаем Кормака.

— Слышал, что хорошо поохотились, — парень тут же подходит поздороваться.

А вот как раз очередное подтверждение. Весь поток в курсе.

Переглядываемся с ребятами.

— Нормально вроде получилось, — пожимаю плечами.

— Не знаешь, это только у вашей группы такая привилегия, или все постепенно через это пройдут? — интересуется Кормак.

Вспоминаю, что говорили Пилюлькин и физрук.

— Насколько я понял, на территории Академии охота не запрещена, — отвечаю. — Иногда вводят ограничения, как сейчас из-за опасности прорывов и близости Очагов. В остальное время — делай, что хочешь. Единственное — придется поискать, на кого охотиться. Вблизи замка преподы всё основательно подчистили. Думаю, через некоторое время всё вернётся на круги своя.

— И много на таком можно заработать? — спрашивает парень.

Марина бросает на меня внушительный взгляд. Делаю лёгкий жест рукой — мол, не страшно. Выдавать Кормаку инструкцию со всеми расценками точно не собираюсь, но и оставлять совсем без ответа — не дело. Наверняка парень тут же пойдет и расскажет своим всё, что узнал, и это обязательно нужно иметь в виду. А, может, и не расскажет: студенты разные.

— Сколько конкретно никто тебе не скажет — цены совершенно разные, — говорю как есть. — Знаю, что команды охотников могут за выход заработать от ста шестидесяти золотых. Но это не одарённые.

— На команду? — уточняет Кормак.

Видно, как его интересует вопрос заработка. Да и все остальные первокурсники, кто уже более или менее освоил базовую магию начинают интересоваться подобными вопросами. Кого-то из наших видел уже на подработках в столовой. Здесь же разговор о более внушительных суммах: Кормак, очевидно, не собирается марать руки за бесценок.

— Наверное, — пожимаю плечами. — Но это, повторюсь, касается в основном не одарённых. Мне кажется, что у магов шансы на хороший заработок намного больше.

— Как у вас? — со вздохом спрашивает парень, но это риторический вопрос. — А как попасть в такие же условия, как и вы? Чтобы охоту обеспечивали преподаватели или даже сам директор?

Спрашивает вроде бы небрежно, в каком-то смысле безразлично, но с очевидной затаённой завистью. Что самое неприятное — пара человек с нашего потока тоже останавливаются неподалеку от нас и, абсолютно не стесняясь, прислушиваются. Я с ними не особо знаком, но видел неоднократно. Один из парней подрабатывает в свободное время в кафетерии. Успеваемость у него, кстати, так себе.

— Знаешь, Кормак, — не заставляю никого ждать. — Думаю, нужно сначала развить в себе уникальный талант. Насколько я понимаю, преподаватели Академии очень и очень внимательно следят за уникальностью студентов и стараются её вытащить. Поэтому у нас сейчас разделение на дополнительные занятия.

— Хочешь сказать, все из вашей группы невероятно талантливые, и поэтому вас сегодня взяли на охоту, а нас сослали на полигон? — уже с более явной агрессией уточняет парень, но пока не перегибает.

Понимаю, что после занятия они всей группой тщательно перетерли нам косточки. Учитывая, что занятия на полигоне не самые приятные, а охота даже звучит интереснее. Если бы они только знали, что там происходило на поле…

— Тут не вопрос нашей группы, — поясняю. — Просто так получилось, что мы подходим для конкретной охоты здесь и сейчас. Но это не значит, что лично ты не подойдёшь через полгода. Вполне возможно, что кто-то из наших сокурсников тоже будет участвовать в подобных выходах. Может, не так активно, но помогать точно будут. Например, делать эликсиры или амулеты. Кто-то будет работать в группе, а кто-то в одиночку. Это нельзя узнать заранее.

— Вот так развлечение — делать эликсиры для охотников! — хмыкает Кормак. — Нет уж, я хочу потягаться с монстрами один на один. Просто нам почему-то не дают такой возможности. Немного несправедливо.

— Я почти уверен, что преподаватели пытаются вытащить из нас то, что интересно нам самим и то, что получается у нас лучше всего, — продолжаю. Обращать внимание на выпады парня не собираюсь. — Отталкиваясь от этого строят мага. Если есть явная предрасположенность к целительству или артефакторике — почему нет? Там тоже можно себя проявить.

— Тебе легко говорить, — тяжело вздыхает парень. — У тебя, вон, талант чуть ли не из ушей лезет.

— Не знаю. Я его не выбирал, — говорю без особого удовольствия.

Вспоминаю своего мёртвого дядьку в вагоне и трупы в поезде. Потом блуждание с револьвером и крокодилоподобных монстров. Видимо, отголоски памяти мелькают у меня в глазах — и Кормак сдаёт назад.

— Да ладно, ладно, я просто спросил, — оправдывается парень. — Ничего такого. Кстати, а вы собираетесь в город на этих выходных? — резко переводит тему, а студенты вокруг начинают потихоньку расходиться.

— Едем, причём всей группой, — вмешивается в разговор Аглая. — Ты тоже собираешься? — с интересом спрашивает Кормака. — Может, посоветуешь что-нибудь интересное?

— Да нет, я просто спросил, — отвечает он и, чуть помедлив, отходит.

К чему был этот разговор — вообще не понимаю. Но парень задел довольно интересный вопрос.

Если мы в выходные летим всей группой в город, то что делать с Ариадной? Тем более, что с менталисткой мы договорились о встрече заранее. А вот с ребятами об этом не разговаривали.

— Только не говори, что у тебя снова срочные дела? — обращается ко мне Аглая.

Неожиданно. Девчонка понимает с полувзгляда. А ведь именно так и есть. Мне не просто нужно встретиться и поговорить с Ариадной, нам нужно плотно поработать. Придётся подстраивать планы. Работа в выходные важнее всего остального. Сначала она — а потом уже развлечения, если мы их вообще найдём.

Пока что все выходы в город заканчивались очень непредсказуемо. И есть у меня лёгкое подозрение, что сейчас может оказаться так же.

— А ты прямо читаешь мысли, — смеюсь и ловлю недовольный взгляд Олеси.

На информер приходит сообщение. Не зря говорят, что девушки всё чувствуют. Ариадна. И у неё явно что-то случилось.

«Нам нужно встретиться как можно скорее».