Глава 23

КИРИ

Меч практически вытащил Дарио из комнаты вместе с собой более двух часов назад, и ни один из них не вернулся.

— Нам нужно подготовить тебя, — говорит Лара. — Ты имеешь представление о том, что влечет за собой сегодняшняя церемония?

— Вот дерьмо, — говорю я, кривясь. Я допиваю медовуху, которая осталась в моей кружке.

Я едва чувствую вкус.

Оказывается, мое новое бессмертное тело практически мгновенно сжигает алкоголь, что означает, что я не могу даже пойти на это празднование подвыпившей, не говоря уже о пьяной.

Какой позор.

— Не думаю, что это часть церемонии, — лукаво говорит Лара.

Морроу усмехается, и я сверкаю глазами на них обоих.

— Легко вам двоим шутить. Никто не заставляет вас соединяться в пары.

— Он заботится о тебе, Кири. — Голос Лары твердый, но в то же время пропитанный эмпатией. Ее тонкие пальцы обвиваются вокруг моих, и от этого болит грудь.

— Я думала, ты знала о… всем. — Я беспорядочно жестикулирую. Трудно глотать, трудно дышать. — Я была так зла на тебя. Я думала, ты послала меня на смерть.

— Я не знаю всего, Кири. Даже близко. И, Кири, я знаю, ты борешься, моя подруга. — Она убирает прядь моих волос за ухо, нежно похлопывая меня по щеке. — Я вижу это, мы все видим, но ты не мертва. Ты жива. Ты была бы мертва навсегда, если бы он не сделал того, что сделал.

— Я знаю, — выдавливаю я, потому что, боги, будьте прокляты, я знаю. — Я, блядь, знаю.

— Но это не облегчает задачу. — Морроу склоняет голову. — Он ненавидит себя за то, что сделал с тобой.

Это заставляет меня остановиться.

— Он сказал тебе это?

Какого хрена он сказал это Морроу, а не мне? Что-то уродливое поднимает голову внутри меня, и я сверкаю глазами на рыцаря.

Ревность. Вот что это за чувство.

Я ревную, что Меч сказал это Морроу, а не мне.

Что глупо и низко с моей стороны.

Я вздыхаю, и эмоция слабеет, затем снова исчезает в тяжелой печали, от которой я больна и устала.

— Ему не нужно было. Кири, мы все видели, как он был одержим тобой с первого момента. Я не могу сказать тебе, что делать, — Морроу смотрит на Лару в поисках поддержки. — Но что бы ты сделала, если бы вы поменялись местами?

Это невозможный вопрос, и моя жалость к себе сменяется гневом в мгновение ока.

— Я бы попыталась сказать ему, что должно было случиться.

— Ты знаешь, что это было невозможно, — мягко говорит Лара. — Ты сама мне так сказала.

Морроу берет ее руку в свою, целуя ее костяшки.

Мои глаза расширяются, когда она краснеет, и горько-сладкая боль пронзает меня.

Она кладет голову ему на плечо, затем устремляет взгляд на меня с улыбкой.

— Давай, Кири, давай хотя бы подготовим тебя, чтобы мы могли выжать максимум из этой ночи.

Она закусывает губу, глядя между мной и Морроу, оставляя остальное невысказанным.

Выжать максимум из этой ночи, потому что никто из нас не знает наверняка, сколько их у нас осталось.