Зная, что в бар пускают с собаками, я помчалась наверх и схватила Нектаринку в надежде, что, если Уэйд любит собак, она станет хорошим поводом для разговора. Я надежно закрепила ее в машине, и мы понеслись на север по Главной улице к границе городка.

Подъезжая к реке, в конце моста я заметила ярко-желтый «Мини Купер»-кабриолет Лорали, а сразу за ним – белый «Меркури Капри» 1985 года с характерным выпуклым стеклом на багажнике, несомненно принадлежащий Мисти-Дон. Это была ее первая машина. Однако, к отчаянию Мисти-Дон, ее пришлось продать, чтобы оплатить учебу в медколледже после развода родителей. Подруга без конца вспоминала, как мы разъезжали на ней в старших классах, и без конца горевала о том дне, когда на ней уехал совершенно незнакомый человек. Но семь лет назад, когда она была беременна Рией, Радж нашел номер машины в старых документах, втайне разыскал ее, выкупил и полностью восстановил. В день рождения Рии Мисти-Дон протянула ему их первого ребенка, он в ответ подарил ключи от ее первого «малыша». Поступка романтичней я в жизни не видела.

Я прибавила скорость, чтобы догнать их, и мы втроем одновременно въехали на парковку. Я остановилась рядом с мотоциклом «Харли Дэвидсон» «Электра Глайд» 1965 года Дианы Мари и поняла, что все три мои подруги приехали в своем «выходном» транспорте. Пару секунд я восхищалась их смелым выбором средств передвижения и почувствовала себя немного неудачницей в бабушкиной серебристой потрепанной «Хонде». В Нью-Йорке машина мне была не нужна, но, возможно, сейчас пришло время что-нибудь в ней обновить, а то и ее саму – добавить в жизнь немного шика. Купить «Корвет» или другую спортивную модель. Алексу всегда нравились «Шевроле Бел Эйр» 1955 года, так что, возможно, стоит рассмотреть классические варианты.

Резкий стук в окно вырвал меня из фантазий о покупке автомобилей. Я подняла глаза: три мои лучшие подруги стояли у двери и явно задавались вопросом, собираюсь ли я вообще вылезать из машины. Диана Мари даже не могла стоять спокойно на месте.

– Пошевеливайся, Сэди! Уэйд выпил шестое пиво и заказывал седьмое, когда я вышла вас ждать, – нетерпеливо сказала она. – Если он выпьет еще, то не сможет связать и двух слов, а вести разговор – и подавно.

– Ладно, ладно. Дайте только возьму Нектаринку, и я готова, – сказала я, обходя машину, чтобы достать собаку из переноски. Когда я пристегнула поводок и закрыла дверь, остальные уже заходили в «Речных крыс», поэтому пришлось спешно их догонять.

Привыкнув к тусклому свету внутри после яркого солнца, я подняла Нектаринку на руки, чтобы защитить лапы от липкого, залитого пивом пола. Выпрямившись, я увидела, что Диана Мари указывает на худощавого, явно пьяного мужчину, сидящего в одиночестве на краю барной стойки. Он был среднего роста, в джинсах с пятнами от травы, трекинговых ботинках и черной футболке с логотипом пива «Будвайзер» и отрезанными рукавами. Вылитый Джо Грязнуля из одноименного фильма – вплоть до длинной светлой шевелюры.

– Это он, – сказала Диана Мари.

– Да, теперь я его узнаю́, – согласилась Мисти-Дон. – Он каждое лето стрижет пару газонов в моем районе.

– Вот это да, – удивилась Лорали. – Он и нудисту Мозесу косит газон. Но имени я его не знала. Наверное, он так много пьет, потому что Мозес каждый раз выходит за ним следить, – добавила она со смехом.

Я вздохнула.

– Что ж, откладывать бессмысленно. Вперед.

Я направилась к бару, три подруги – следом. Диана Мари зашла за стойку и спросила Уэйда, не хочет ли он еще выпить, на что он лишь мрачно кивнул.

– Мистер Дэвис, – начала я, – меня зовут Сэди Сэкстон. Это мои подруги Мисти-Дон и Лорали, а с Дианой Мари вы, уверена, уже хорошо знакомы. Мы знаем, что вы работаете у Рэндольфа и Руби Поттсов в Рассвет-Парке, и хотели бы кое-что спросить о них.

Уэйд попытался сфокусировать на нас взгляд.

– Ш-што спрсить? – выдавил он, брызжа слюной. – Я ни-чше-во об ихних делах не з-знаю.

– Я полагаю, вы слышали, что тело миссис Поттс нашли в моем магазине пряжи, и, возможно, вы могли бы рассказать, какие у них были отношения. Особенно если вы слышали или видели что-то, что указывало бы на проблемы в их браке. – Видя, что он с трудом воспринимает мои слова, я сделала паузу, чтобы до него дошел вопрос. Затем добавила: – Я также знаю, что вы были свидетелем ссоры между Руби и Клементиной Паркер на выставке весенних цветов незадолго до смерти Руби. Нам бы хотелось услышать вашу версию произошедшего.

Глаза Уэйда выпучились, как дно бутылки, из которой он допивал последние капли пива. Он сполз с барного стула и ткнул пальцем куда-то за меня.

– Поч-шему бы вам, тамы… то есь, дамы, не прис-сесь за тот с-столик? Я с-скоро приду, тока с-сброшу балласт. Терпежу нет, глаза аж, на-верно, по-желтели.

И он, пошатываясь, направился к мужскому туалету.

– Как утонченно, – пробормотала Мисти-Дон, пока мы шли к свободному столику.

Я попросила Диану Мари принести газировки, потому что потом нужно было вернуться на работу. А еще я надеялась, что Уэйд последует нашему примеру.

– Хоть бы мы не зря потеряли время. Он так пьян, что вряд ли выдаст что-то вразумительное, да и, похоже, не горит желанием обсуждать Поттсов.

– Правда, – согласилась Лорали. – Но раз уж он здесь и мы здесь, стоит попробовать. Что нам терять?

Мисти-Дон кивнула.

– К тому же пьяным врать сложнее. Я сама не раз болтала лишнего после пары коктейлей. Думаю, лучшего момента выудить из него правду нам не найти.

Через пару минут Дина Мари присоединилась к нам с подносом газировки и лакомством для Нектаринки.

– Я попросила Джоан подменить меня на пару минут, чтобы ничего не пропустить. Людей пока немного, так что Джина справится с обслуживанием сама.

– Кстати, о том, чтобы ничего не пропустить, – сказала Мисти-Дон. – Уэйд не должен был уже вернуться? Как-то долго он «сбрасывает балласт», вам не кажется?

– Действительно, – согласилась Лорали. – Он же не мог упасть и долбануться головой о писсуар?

– В его состоянии могло случиться что угодно, – сказала я. – А с моей удачей – тем более.

Диана Мари махнула мужчине, игравшему в бильярд в одиночестве, и он подошел к нашему столику.

– Джек, это мои подруги. Им очень нужно поговорить с Уэйдом Дэвисом, а он исчез в туалете несколько минут назад. Не мог бы ты заглянуть и проверить, все ли с ним в порядке? Он сильно напился, и я переживаю.

– Конечно. Для тебя – что угодно, Ди-Эм, – подмигнул Джек. – А если с Уэйдом что-то не так, я с радостью пообщаюсь с прекрасными дамами сколько им угодно.

Он направился к туалету, а Мисти-Дон тихо присвистнула.

– Где ты его скрывала, Ди-Эм? Он к тебе явно неравнодушен.

Диана Мари отмахнулась.

– Джек – хороший парень, завсегдатай. Приходит не столько выпить, сколько пообщаться с людьми. Пытается организовать бильярдную лигу, и кого-то даже смог заманить, но от реальных пьянчуг держится подальше. А про то, что он ко мне неравнодушен? – Она запрокинула голову и рассмеялась. – Да ну. У него замечательная жена, которая обычно тоже приходит и обыгрывает его в бильярд семь раз из десяти. Он просто любит пофлиртовать, а она не против, потому что сама еще бóльшая кокетка.

– Ди-Эм! – крикнул Джек, подбегая к столику. – Уэйда там нет, а окно разбито вдребезги. Я выглянул – он уплывает на своей трухлявой лодчонке.

– Черт! – закричала Мисти-Дон. – Если сбежал, значит, не хочет чего-то говорить. Надо его догнать!

– Но как? – спросила я. – У нас же нет лодки.

– В подсобке есть надувные ватрушки для мероприятий, – сказала Диана Мари.

– Ватрушки? – переспросила я скептически. – Думаешь, получится?

– Да он наверняка прибился к берегу где-то неподалеку и ждет, пока вы уйдете, чтобы вернуться в бар, – сказала Диана Мари. – Он будет сидеть, пока не напьется вдрызг.

– Другого выхода нет, – сказала Мисти-Дон. – Стоит попробовать.

– Ладно, – согласилась я. – Давайте посмотрим.

Диана Мари указала на коридор, ведущий к туалетам.

– Берите ватрушки, а мне нужно срочно заделать окно, иначе половина пьяниц сбегут, не оплатив счет.

– Я видел фанеру у сарая, – встрял Джек. – Я заколочу окно, Ди-Эм. А ты иди с подругами.

– Ты просто сокровище, Джек. – Я встала, держа Нектаринку на руках. – Надеюсь когда-нибудь познакомиться со счастливицей, которая тебя захомутала. Диана Мари говорит, она тоже чудо.

– Буду рад представить вас, когда пожелаете, мэм, но только если приведете эту малышку с собой, – сказал Джек, почесав Нектаринку за ушком.

Когда я вышла, Диана Мари и Мисти-Дон уже достали из сарая четыре большие ватрушки. Лорали встала подальше от мостков, нервно поглядывая на воду.

– Я не могу сюда сесть, – тихо сказала она.

Мы с Мисти-Дон и Дианой Мари заговорили одновременно:

– Что?

– Почему?

– Они совершенно безопасны!

– На них нечем пристегнуться, – настаивала она, краснея до корней волос.

– Боже правый, Лорали, – раздраженно сказала Мисти-Дон. – Ты знаешь, я и слова против не говорю, когда ты демонстративно пристегиваешься в гольф-каре, но ремень безопасности на ватрушке – это уже перебор, тебе не кажется? К тому же, как сказала Ди-Эм, скорее всего, далеко нам плыть не придется. Уэйд наверняка прячется за поворотом реки.

– Погоди, я придумала, – сказала Диана Мари и достала из сарая длиннющую стяжку для крепления грузов. – Вот, можешь прицепить ее к ручкам, и она будет тебя крепко держать.

Она широко улыбнулась, потому что явно не хотела стыдить подругу за страхи, но и не хотела, чтобы та пропустила приключение.

Лорали осторожно взяла стяжку и ватрушку у Дианы Мари и улыбнулась в ответ.

– Спасибо, подруга. Ты лучшая.

– А если ватрушка перевернется? – со скепсисом просила Мисти-Дон. – Я переживаю, что ты не сможешь выбраться!

– Не переживай, – подмигнула Лорали. – Помнишь, как мы въехали в канаву на гольф-каре? Я единственная пристегнулась, и единственная успела выпрыгнуть до столкновения. В случае чего, я справлюсь.

Вопрос, зачем ей вообще пристегиваться, чуть не сорвался с кончика языка, но я успела его проглотить. Это была всего лишь одна из причуд Лорали.

– Не хочу портить веселье, но у меня тоже есть опасения, – сказала я. – Что мне делать с Нектаринкой? Я не могу оставить ее в машине под палящим солнцем и уж точно не могу взять ее на ватрушку без какого-то плавучего приспособления.

– Я уже подумала об этом, – сказала Диана Мари, доставая спасательный жилет для двухлеток. Я опустила Нектаринку на мостки для примерки, и в жилете она утонула. Упав в воду, она выскользнет, и ее двухкилограммовое тельце тут же унесет течением.

– Придется вам догонять Уэйда без меня, – сказала я, безуспешно пытаясь скрыть разочарование. Он был нашей первой реальной зацепкой и с каждой секундой уплывал все дальше.

– Погоди, – сказала Мисти-Дон и бросилась к машине. – Кажется, придумала! – крикнула она через плечо.

Не прошло и минуты, как она вернулась и даже не запыхалась (ее ежедневные пробежки явно давали результат).

– Вчера я водила Рию плавать, и в машине остались нарукавники. Под всей этой шерстью не так уж много собаки, – рассмеялась она. – Вот это как раз размерчик Нектаринки.

И она оказалась права. Я надела нарукавник на собаку и надула его настолько, чтобы он плотно сидел.

– Так, время уходит, – объявила Диана Мари. – Занимаем места, девочки!

Мисти-Дон помогла Лорали устроиться и закрепила стяжку – так она извинялась за то, что не придала значения опасениям подруги. Мисти-Дон часто забывалась, но у нее было золотое сердце, и она бы никогда не стала обижать дорогих ей людей намеренно.

Диана Мари подержала Нектаринку, пока я садилась на ватрушку, затем передала мне собаку и забралась сама. Как только мы оказались в воде, нас понесло течением. Даже с форой и мотором на лодке Уэйд был пьянее сапожника, а мы не собирались сдаваться. К счастью, весна выдалась дождливой, и уровень воды был высоким, а течение – быстрее обычного. Может, нам повезет его догнать.