«Спустя время всё вокруг человека может поменяться,

как и его чувства…»

Вечер того же дня

Бён Чхоль

Знал, что согласится.

Понял в ту же секунду, когда до меня дошла простая истина — моя жена и тот мальчишка всегда были одним человеком.

Совладать с собой было непросто, учитывая, что мне и в страшном сне не могло присниться, будто я поднимаю руку на женщину. Никогда бы не вступил в бой, если бы знал.

Не предложи я ей присоединиться к нам, она бы вылезла сама и точно нарвалась бы на неприятности, как в тот раз. Слишком импульсивная при своей хрупкости. Погнаться за мужчиной, который сильнее неё, вступить в неравный бой со множеством соперников, не глядя по сторонам… Дикая.

Готов поспорить, что глава семьи не знает о её ночных вылазках, уж больно дочь любит. Точно не отпустил бы. А мне пришлось присоединить её к нам, так она хотя бы будет под присмотром.

В чём-то Мён Су превосходила многих воинов, но ей везло, ведь на сбор податей отправляли сильных идиотов. Умная и юркая девочка легко обводила их вокруг пальца, чего ей явно не удастся, если она в определённый момент столкнётся с настоящей стражей одного из советников или же с королевской.

— Я готова! — она была одета в рубаху и штаны, смотрела прямо, сдерживая рвущуюся наружу радость.

Мы договорились встретиться во дворе на закате. Женская половина была окружена особенно высоким забором, так что никто снаружи не смог бы нас увидеть, не попавшись при этом мне на глаза. Мён Су всё же были нужны тренировки с более опытным бойцом.

Впервые я видел её такой оживлённой и счастливой. Никогда прежде она не улыбалась мне так открыто.

— Держи, — протянул ей один из мечей. — Сейчас будешь учиться нападать.

— Я и так умею, — тут же ощерилась она. — Сам видел!

— Тогда для тебя не составит труда напасть на меня снова. Бей в полную силу.

Девушка с подозрением посмотрела на меня, но всё же примирилась к мечу и, схватившись за него поудобнее сделала первый выпад, от которого я легко увернулся. Пара таких мелких неудач и Мён Су уже пыхтит от злости и теряет самообладание.

Я понимал, что это связано со мной и тренировочной обстановкой, но ей нужно учиться держать себя в руках при любых обстоятельствах. Когда-нибудь неосторожный порыв может стоить ей и её союзникам жизни.

— Помнится, передо мной был более умелый воин, — намеренно провоцировал и, наконец, добился своего.

Мён Су зарычала и бросилась ко мне с небывалой скоростью, рубанув мечом снизу вверх. Этот удар мне всё пришлось увести в сторону, задействовав свой клинок, что вызвало у моей супруги настоящее ликование.

Почувствовав азарт, она снова и снова пыталась заставить меня обнажить меч, но продолжала терпеть неудачи. Тогда, в первый раз, она застала меня врасплох, дальше я примерялся, пытаясь понять, чем владеет странный юнец, теперь же бой шёл на моей территории и по моим правилам.

— Давай, моя дорогая супруга. Ну же, попади по мне. Помнится, один раз тебе это всё же удалось.

В её глазах вспыхнула неприкрытая ярость. Шпилька давно валялась где-то на земле и длинные чёрные волосы разметались по её плечам. Отдельные прядки то и дело прилипали к взмокшим шее и вискам, но казалось, что она совершенно не замечала этого.

Дикий цветок редчайшей красоты. По слухам дочь Хван Ки Ёна была красива, но не настолько, чтобы слагать о ней песни. Ошибались. Они просто не видели эту женщину в бою, полыхающую огнём праведного гнева и сжимающую кулаки. Уставшая и обессиленная Мён Су всё равно рвалась в бой.

Но выжимать из неё все соки нельзя, иначе завтра она просто не встанет, а ведь у нас впереди ещё несколько занудных наставлений.

Резко выдохнув через рот, моя жена нанесла размашистый нисходящий удар, и я остановил её лезвие своим мечом. В гневе она совершенно забыла о том, что вес противника можно использовать против него самого, хоть мне и доводилось быть свидетелем того, как она проворачивала подобный трюк.

Надавив посильнее, я заставил её отступить и, схватив за руку, одним движением развернул к себе спиной. Меч Мён Су упал на землю с глухим стуком, пока моя жена рычала и пыталась вырваться из захвата.

— Можешь даже не пытаться, — хмыкнул я, крепко удерживая её одной рукой. — Ты слишком слабая для меня.

Я не хотел её унизить или как-то оскорбить, просто озвучил факт. Младше меня на тридцать один год, ниже на две головы — в прямой схватке у неё против меня ни единого шанса. Возраст лишь добавлял мне преимуществ. Не знаю, какой идиот решил, что в девятнадцать-двадцать лет женщина уже считается старой девой. Могу судить по себе, что у обычного человека в этом возрасте ни единой умной мысли в голове не рождается, а что уж говорить про магически одарённого…

Мён Су пришлось рано повзрослеть, но природу всё же не обманешь.

— А ты и рад, — всё же выпуталась она, стоило мне ослабить хватку.

— Был бы удивлён, имей ты силу равную моей, — потрепал её по макушке, чем заслужил ещё один гневный взгляд. — Ничего, сейчас расскажу всё. Вставай напротив и бери меч.

Жена удивлённо хлопала глазами, но всё же сделала так, как я сказал.

— И что теперь?

— Ты безусловно хороша, брат хорошо тебя натренировал, но есть нюанс — ты бросаешься вперёд, не оценивая риски, даёшь волю эмоциям и допускаешь ошибку за ошибкой. Даже сейчас ты злишься и готова снова пойти в атаку. Скажи на словах, какие твои дальнейшие действия?

— Ударю под левую руку…

— И подставишь свою. Сейчас я просто уворачивался, но дальше нам предстоит сталкиваться с людьми, владеющими оружием в совершенстве. Ты это понимаешь?

— Не совсем.

— Никогда не надейся на свою скорость. До этого ты сталкивалась со слабыми соперниками. Твоя подготовка выше среднего, но всё же не на должном уровне. Медленно покажи мне, как ты замахиваешься и наносишь удар, а я докажу тебе, что прав.

Мён Су выполнила всё, как надо, но за своей злостью не заметила лезвие, замершее аккурат под её левой рукой.

— Это будет выглядеть как-то так.

С удовольствием я наблюдал, как марево ярости спадает и больше не загораживает обзор моей супруге. Теперь она превратилась в настоящую ученицу, готовую усваивать всё, что ей скажет мастер.

Никогда прежде я не видел женщин в боевом искусстве, однако всё случается впервые.

— И что тогда делать? — Мён Су отстранилась и внимательно посмотрела на меня.

— Будем разбираться.

И разбираться пришлось действительно вместе, потому что мужчину тренировать гораздо проще. Эмоции уходят и не затмевается сознание, девичьему разуму нужна эта подпитка, и здесь приходится думать, как обернуть её на пользу.

Излишняя порывистость только вредит и способна дать сопернику неоспоримое преимущество. Но что, если научиться задавать ей нужное направление? Такое вообще возможно в этом случае?

Выбившись из сил, жена выронила меч и легла на землю. Мы упражнялись до наступления темноты и теперь в её глазах отражались звёзды, загоревшиеся на небосводе. Удивительная картина, достойная руки лучшего художника Чонгхона.

Неожиданно она расхохоталась и закрыла лицо ладонями.

— Давно меня так не отделывали! — выпалила она, не справившись с эмоциями.

Я же едва поперхнулся воздухом, услышав подобное из уст благовоспитанной девушки.

Сколько же в тебе сюрпризов, моя дорогая супруга?

— Может, выпьем чаю? — спросил, так и не найдя более подходящих слов.

Она посмотрела на меня сквозь пальцы и кивнула, продолжая смеяться. Что-то внутри меня дрогнуло, всколыхнув давно забытую нежность. Разметавшиеся по траве волосы, вольное поведение… на всё это я даже не обращал внимания, постепенно осознавая, что, похоже, впустил в свою жизнь не только нового человека, но и глоток свежего воздуха.

Именно в эту секунду мне казалось, что прежде я жил в закрытой комнате, воздух в которой был спёртым и затхлым, и кто-то решил распахнуть окно.

Хорошо, что мои планы на супружескую жизнь не сбылись. Другая не согласилась бы оттачивать со мной мастерство меча и не валялась бы в траве, безудержно хохоча после этого.

— Надо найти шпильку, — вспомнила Мён Су. — Не помню, когда и где её потеряла.

— Сообщу слугам, — подал ей руку, чтобы помочь подняться, и забрал хвандо. — Идём.

Она охотно приняла помощь и быстро отряхнула штаны от грязи.

— Я переоденусь, если ты не против, — протараторила, отправляясь в сторону дома. — Где встречаемся? На твоей половине или на моей?

— На моей.

Над ответом даже не раздумывал. Сейчас мне не хотелось возвращаться в свои покои и оставаться там одному. Впервые в жизни я почувствовал что-то похожее на рассвет после самой тёмной ночи и хотел продлить это ощущение. Возможно, завтра она продолжит смотреть на меня исподлобья, словно дикий зверёк, а я буду искать подвох в каждом её жесте, но то будет лишь завтра.

— Тогда до встречи. Я быстро.

— Постой! Какой чай ты любишь?

Мён Су замерла на мгновение и задумалась.

— Не знаю, — впервые видел её такой растерянной, хотя, казалось бы, простой вопрос. — Как-то никогда не задумывалась об этом. А можешь сам выбрать?

— Вот уж не думал, что это окажется для тебя настолько сложно. Хорошо, решу сам.

— Спасибо!

Глядя ей вслед, я невольно усмехнулся. Красивая. И в чём-то по-детски наивная. Возможно, мне даже не придётся её отсылать, и мы сможем ужиться.

И Мён Су действительно долго не задерживалась. Она прошла в мои покои сразу же, как только слуги принесли чайник. Сейчас волосы девушки были заплетены в тугую косу, что лишало её образ прежней лёгкости, но нисколько не портило его.

— Извини, хотела надеть что-то потеплее.

— Ночи действительно становятся холодными, не стоит извиняться.

Слуги быстро покинули комнату, оставляя меня с женой наедине.

Смесь мяты и зелёного чайного листа способствовала успокоению. Признаюсь, надеялся сохранить расположение супруги подольше.

— Вкусно, — шепнула она, пригубив напиток. — Признаться, я несколько удивилась, когда ты спросил про мои предпочтения.

— Раньше не спрашивали?

Ответ был не нужен. И без того ясно, что нет. Да и никто не будет. Возможно, клан Ён сослужил нам с братом службу, показав, как может быть. В семьях аристократов теряется человеческое взаимоотношение, поскольку вперёд выступают долг и честь рода.

— Как-то не до этого было. Поддерживали моё увлечение клинками — уже замечательно. Иначе росла бы я, как Её Величество и множество других женщин.

— Общение с королевой прошло хорошо? Для чего она тебя вызвала?

На долю секунды Мён Су задумалась, словно решала, рассказывать ли мне всё.

— Сначала я думала, что ей просто одиноко, — жена поставила чашку на стол и сделала глубокий вдох. — Но оказалось, что ей нужен союзник.

— Союзник? — не стал скрывать напряжения.

Мой брат почему-то решил, что Её Величество не имеет никакого отношения к собственной семье и действует самостоятельно, и я почти ему поверил после покушения. Так филигранно всё обставить мог лишь её собственный клан, но причины?

— Она говорила, что вашей жизни угрожают, но это ты и сам знаешь. Я отказалась ей помогать, потому что перестала понимать, кто какую роль выполняет в этих политических играх. Нет, серьёзно, у вас действительно всё так плохо?

— Её Величество что-то знает?

— Понятия не имею, — Мён Су нервно дёрнула плечами. — Как-то не до расспросов было. Но, полагаю, вдовствующая королева обозначила ей свою позицию, как и королева-мать. Королева сказала, что они обе объединились с левым советником.

Не новость. Хотя, от королевы-матери я такого не ожидал, поскольку она является сердцем противоборствующего клана Нам. Во всяком случае, что одни, что вторые — коррупционеры, разоряющие страну и привыкшие жить за счёт обнищания простого народа.

Если всё так, как говорит супруга моего брата, то всё ещё хуже. Два враждующих клана объединились, чтобы устранить королеву держать под контролем короля. Мы достигли дна этого озера, полного крови и слёз.

— Полагаешь, она говорит правду?

— Уверена, — на этот раз жена смотрела на меня с полной решимостью в глазах, и даже, можно сказать, с немым укором. — Поверь мне, она точно не причинит вреда ни одному из вас.

— Почему мне кажется, что ты меня в чём-то обвиняешь?

— Её Величество сказала, что король приставил ей меч к горлу. Хочешь сказать, что обошлось без твоего участия?

— Грешен.

Тогда это казалось единственно верным решением. Однако по какой причине брат передумал, я до сих пор не знаю.

— Бороться со слабой женщиной — низко.

— Хочешь сказать, что с тобой тоже бороться низко?

— Ты прекрасно понимаешь, о чём я, — в голосе Мён Су были едва различимы нотки раздражения, но мне это даже нравилось.

Чжэ Сан узнает — точно решит, что я из ума выжил, но он и не мог знать, как идут моей жене различные проявления эмоций. И не узнает.

— Не злись, я просто пошутил.

— Неуместные шутки, — буркнула она и снова сделала глоток уже немного остывшего чая.

Несколько минут мы просто молчали. Супруга делала вид, что рассматривает комнату, а я пытался понять, что в ней особенного. Удивительно, что раньше мне не встречались женщины, способных без страха и раболепия смотреть в глаза мужчинам. не может же она быть уникальной?

Хотя, не удивлюсь, если эта натура проявляется лишь дома, за закрытыми дверями. Но бойцы из них явно хуже, чем Мён Су.

Духи решили пошутить, поселив в хрупкое тело душу воина. Для женщин это чужеродная стихия, неестественная. Тогда почему у меня не получается представить свою супругу тихой и покорной, если это так естественно?

Стоит представить, как из её глаз исчезает азартный блеск, сразу холод сковывает грудь. Хорошо, что Джи Мин поддерживал её стремления и позволил этой искре разгореться ярче.

— Что-то не так? — жена заметила столь пристальное внимание и с подозрением посмотрела на меня. — Почему ты так смотришь?

— Любуюсь, — ответил шутливым тоном, из-за чего она фыркнула и закатила глаза.

Не поверила.

А ведь я не лгал.

Было на что засмотреться, причём не только в эту минуту.

Когда у меня будет сын, то я обязательно скажу ему, что с женой должно быть комфортно молчать, и что она должна вызывать у мужчины восхищение. Испытав эти чувства однажды, на меньшее уже не согласишься.

Сильная, смелая девочка. И всё же слишком нежная для дворцовой жизни. Как только мы всё закончим, я сделаю так, что ей придётся обнажать клинок лишь во время тренировок.

Эта мысль пришла мне за секунду, как и многие предыдущие. Но в них я был уверен больше, чем в решениях, которые порой принимал днями и часами.