«Воду прольёшь —

вновь не соберёшь»

Мён Су

Как и планировалось, я оказалась на рынке чертей раньше, чем мои родственники. Всё было достаточно тихо, городская стража тоже не успела добраться до этих мест. Жаль, что Бён Чхоль не сказал точные координаты, рынок слишком огромен.

Спустя минут двадцать на горизонте показалась одинокая тень, перебирающаяся по заборам и крышам. Человек остановился чуть поодаль от меня, и вздрогнул, как только я попыталась подобраться. По руке пробежал знакомые искры.

— Это я! — постаралась задержать его, пока не получила магический удар.

Джи Мин опешил и, оказавшись возле меня во мгновение ока, крепко ухватил за руку со словами:

— Что ты здесь делаешь? — цедил он сквозь зубы. — Если он…

— Не узнает, — предугадала я дальнейшее развитие диалога. — Бён Чхоль будет здесь.

— Не понял… Думаешь, пойдёт проверять?

Интересно, что он даже не спросил, откуда мне известно заданное местоположение. Знал, что подслушивала.

— Если бы, — на всякий случай посмотрела по сторонам. — Он тот наёмник, за которым я гналась. Именно этот человек меня ранил.

— Почему тогда он не заметил след?

— Чудом, — машинально ответила я, а сама задумалась.

Логично, что после произошедшего ночью он должен был увидеть след от своего меча или почувствовать его наощупь. Как-то не очень совмещается с происходящим…

— Думаешь, он понял?

— Не знаю, — и это тоже было честно. — Я его точно узнала ещё во время брачной церемонии. Думала, что умру на месте от страха. Сегодня мне показалось, что он пытался вывести тебя на откровенность как раз в этом ключе.

— Ничего не понимаю, — брат помотал головой, словно старался отогнать назойливых мошек. — Он сегодня только и делал, что поддакивал остальным советникам. Клянусь, твой муж чуть умнее короля, но это не сильно ему помогает.

— А я говорю тебе, что всё вообще не так. Не удивлюсь, если и Его Величество гений мысли. Присмотрись сегодня к глазам обоих, возможно, второго ты тоже видел.

— Всё это какой-то…

— Бред, знаю. Сама ничего не понимаю, но в том, что Бён Чхоль — один из наёмников, уверена.

Заодно становится ясно, по какой причине оба были одеты, как дворяне. Одежда простолюдинов может вызвать вопросы, если её найдут во дворце. Однако в таком случае всё становится более запутанным, как я и поняла раньше.

Если бы мой муж хотел выставить себя героем, то выступал бы против стражи открыто, будь он циничным мерзавцем — убил бы меня в первую встречу.

И тогда брачная ночь становится каким-то странным и выбивающимся из общей колеи событием. Объективно говоря, это у меня были огромные глаза от страха, а сам он не говорил ничего такого…

Не только Джи Мину нужно присмотреться, но и мне. Сегодня я пойму, что за человек этот главный советник Мун, потому что последние сутки только больше запутали.

Звук множества голосов отвлёк нас от обсуждения личности родственника короля. Казалось, пробудился пчелиный рой и заполонил всё своим гулом. Гремели двери, хлопали ставни, случайные прохожие спешили убраться подальше.

Спустя минуту показалась и городская стража. Маги и люди, но обвешанные амулетами. Такие могут быть только у королевских солдат. Значит, монарх всё же на их стороне. Можно сколько угодно прикидываться идиотом, но пойти на такое — за гранью моего понимания.

— Всё ещё уверен в том, что Его Величество глуп? — обратилась к брату.

Он лишь нахмурился и приготовился к атаке.

С каждым разом солдат становилось всё больше. Стало даже интересно, каков предел у чиновников. Должны же они хоть когда-то остановиться, верно?

Однако сегодня произошло то, чего я никогда не видела до этого — обычно стражи и сборщики долгов ловили людей, которым изменила удача, или просто требовали крестьян выйти (ослушаешься — отправишься в тюрьму), однако сейчас они собрались выламывать дверь!

— Стой, — Джи Мин схватил меня за локоть, и лишь тогда я поняла, что рванулась вперёд. — Рано.

— Что? — затравленно прошипела я. — Предлагаешь просто стоять и смотреть, как этих несчастных людей будут избивать в их же домах и крушить всё, что они заработали непосильным трудом?

— Твой муж и его сообщник ещё не объявились.

— Плевать я на них хотела!

В два счёта оказавшись перед солдатами, я привычным провернула меч, и не зря. Маги быстро поняли, кто перед ними и принялись атаковать магическими сферами.

Тут-то я и поняла, что крупно просчиталась. Вторая жизнь, а мозгов так и не нажила!

В этот раз нас с Джи Мином точно могли задавить количеством при всех наших навыках. Брату ничего не оставалось, кроме как присоединиться ко мне.

Под металлический лязг и треск огня, который успел разгореться благодаря какому-то не шибко меткому магу, нас разделили, и я оказалась в западне. На этот раз стражники не допускали ошибок, обманываясь хрупкой комплекцией соперника, а плавно загоняли меня в угол.

Кое-как мне удавалось блокировать выпады, но число соперников не уменьшалось, а место для манёвра заканчивалось. Я старалась не думать о положении брата. Верила, что он справляется лучше меня.

Стоило мне оказаться практически прижатой к стене, как глаза сами начали выискивать брешь в строе стражников. В прямом столкновении мне не выстоять даже против одного мужчины, а тут пятеро.

Будь у меня хоть капелька стихийной магии…

— Эй, вы! — грубый мужской голос послышался из-за спин моих противников. — Стреляйте!

Приказ потонул в грохоте, который я уже слышала несколько дней назад.

Взрывчатка.

Моментально пригнувшись, не переставала следить за стражниками, которые потеряли ко мне всяческий интерес. Сейчас их главной целью были новые фигуры на шахматной доске — Бён Чхоль и его напарник.

Духи, кто бы знал, что я буду настолько рада его видеть!

В суматохе было гораздо проще затеряться, поэтому я начала перемещаться по местам, куда падала тень, и стала высматривать брата. Джи Мина не было видно, и на долю секунды мне перестало хватать воздуха.

Паника захлестнула меня с такой силой, что даже рассмотреть ничего не получалось. На глаза как будто накинули полупрозрачную ткань, сквозь которую видны лишь очертания.

В меня бы точно прилетела стрела, если бы кто-то не оттащил меня за шкирку, как котёнка. Обернувшись, я едва не завопила — мой муж стоял передо мной собственной персоной.

Малодушно опустила глаза и спряталась за его спину. Уже собиралась тихонько скрыться, но не тут-то было! Бён Чхоль вцепился в меня так, что ничем не оторвёшь.

Подавать голос было нельзя, но мне нужно было найти брата. Причём срочно. Если ему нужна помощь, а я тут с этим… Никогда в жизни себе не прощу! К тому же, он оказался во всей этой истории по моей вине. Мне стоило просто подождать!

Один солдат решил, что он может напасть со спины, как последний трус, но я вовремя заметила движение и блокировала его удар, уведя лезвие вражеского клинка в сторону. Молодой парень, ещё не научившийся контролировать себя в бою. Он решил атаковать ещё раз, заметив, в каком неудобном положении мы с Бён Чхолем находились, но замахнулся слишком сильно, открыв мне место для удара.

Выверенным движением полоснула его в районе подмышки и, пока он не успел осознать произошедшее из-за резкой боли, выбила оружие у него из рук.

Бён Чхоль обернулся и, не выпуская моей руки, привёл стражника в бессознательное состояние. Как он успел так вывернуться?

В очередной раз я наблюдала за своим супругом и не переставала восхищаться вопреки всему. Нужно годами оттачивать своё мастерство, чтобы достичь такого уровня. Ежедневно. Методично.

Он был выше меня на две головы, но двигался, словно змей, преследующий добычу. Казалось, мужчина видит гораздо больше меня. Впрочем, не удивлюсь, если так оно и было.

Позади упавшего солдата я увидела Джи Мина. Воспользовавшись заминкой, изо всех сил подалась вперёд и сумела вырваться из стального захвата. Руку неприятно покалывало, но это были мелочи.

Мой брат был жив, но сражался из последних сил. Один против троих.

Кажется, совсем недавно я думала, что со спины нападают только трусы. Да, пожалуй, так и есть. И сейчас я самая настоящая трусиха.

Стоило мне рассечь одному кожу под лопатками, как на меня обратили внимание остальные. Пока их боевой товарищ пытался прийти в себя, они кинулись в мою сторону и встретились с клинками семьи Хван.

Пришлось ухватить гарду обеими руками, чтобы сдержать напор противника. Те пятеро так сильно меня вымотали, что дыхание то и дело сбивалось, тело не выдерживало напряжения и грозило вот-вот сдаться.

Теперь бой превратился в какое-то посмешище — все четверо размахивали мечами и не попадали в цель, но и сами не подставлялись под удар. Со стороны это больше напоминало тренировочный спарринг, проходящий в формате игры.

Каждый выпад отбивался с огромным трудом. Приходилось прикладывать огромные усилия для самых простых действий.

За спинами стражников блеснули клинки, отражая лунный свет. Никто даже представить не может, каких сил мне стоило сдержаться и не завопить во всё горло, когда головы солдат покатились к нашим ногам.

— Спокойно, — шепнул Джи Мин, выходя вперёд и закрывая мне обзор на этот ужас. — Сейчас уйдём.

Уйдём. Мне бы как-то пораньше сбежать, чтобы успеть домой до появления мужа на пороге моей спальни. Конечно, после сегодняшнего он вряд ли захочет даже разговаривать, но будет крайне странно, если он обнаружит на моём месте служанку. Вовек потом не оправдаюсь.

Мы постепенно отступали, а эти двое даже не думали нас преследовать. Они просто смотрели, как мы скрываемся в тени и убегаем в неизвестном для них направлении.

Как только Джи Мин решил, что мы в полной безопасности, сразу же остановился и выпалил:

— Он!

Мне не требовались какие-либо пояснения.

— Убедился? — я деактивировала руны и убрала меч в ножны. — Если бы не он, то меня бы точно сегодня покалечили.

— О чём ты?

— Бён Чхоль вытащил меня из-под стрел. Но странно, что они нас так легко отпустили. Он так в меня вцепился…

— Узнал? — дрогнувшим голосом спросил брат.

— Не думаю, я глаза спрятала. И не до разглядываний там было, если честно.

— Второй вечно возле меня ошивался. Тоже будто помогал и присматривался.

Что-то здесь не так. Хотя, почему «что-то»? Абсолютно всё не так!

Раньше как было? Главный советник и король плохие, мы хорошие. А теперь что?

Мы всё ещё против них, но при этом складывается ощущение, что наша доблестная четвёрка играет за одну команду.

— Пора расходиться, — напомнила я после непродолжительного молчания. — Надеюсь, успею.

— Надо узнать, кто выходит на дела вместе с Бён Чхолем. Если ты была права, и он меня узнал, то всё очень плохо.

— Верно, — согласилась скорее машинально. — Думаешь, это кто-то из совета?

— Либо из личной стражи короля. Если знает Бён Чхоль, то знает и он.

— Поглядим, что они будут делать.

— Поглядим…

На этот раз на крышу я взбиралась очень медленно. Каждый рывок вызывал ломоту во всём теле. Даже дышать было сложно, лёгкие горели от малейшей нагрузки.

Всё-таки надо было отсидеться. Представляю, что ждёт меня дома, когда я заявлюсь в таком виде к Вон Ён.

Духи благоволили мне и до поместья я добралась без каких-либо приключений, однако стоило мне ступить на территорию зла, как удача меня покинула…

Я даже на забор залезть не успела, как увидела знакомую фигуру, приближающуюся к дому. Повезло, что луна светила не в спину, и мне удалось скрыться в тени одного из деревьев.

Сердце колотилось, как сумасшедшее, адреналин бурлил в крови. Давно я не чувствовала ничего подобного… Наверное, только в первые разы, когда ещё не придумала эту уловку с участием Вон Ён. Тогда меня могли обнаружить и это добавляло перчинку в и без того опасное мероприятие.

Теперь ощущение вернулось, и меня это будоражило. Пальцы сами легли на гарду меча, а что-то внутри прямо-таки мечтало об очередной схватке. Усталость как рукой сняло.

Я вся натянулась, как струна, услышав звук шаркающих по стене ног, чтобы увидеть мужа в одежде наёмника-аристократа.

Он взобрался на забор и принялся озираться по сторонам. Совершенно некстати у меня засвербело в носу. Пришлось зажать рукой нос и рот, чтобы не чихнуть.

Дьявол!

Бён Чхоль направился к дому, не срывая маску и по какой-то причине решил подойти к моему окну.

Так, погодите…

К моему окну?!

Нет-нет-нет! Нельзя! Назад! Отойди!

Духи, пусть Вон Ён спит, укутавшись в одеяло с головой!

Сердце продолжало учащённо биться, но теперь от приступа паники. С дерева был ограниченный обзор, так что мне пришлось спуститься, подбежать к дому и прокрасться вдоль стены, чтобы увидеть, зачем Бён Чхоль решил пойти этим путём.

Я точно знала, что он хочет подойти к моей комнате с улицы, ведь калитка на мужскую половину была с другой стороны, тот путь короче.

Моя догадка подтвердилась, и я начала судорожно придумывать варианты отвлечения этого сующего во всё нос человека.

Наверное, следовало оглушить его, швырнуть какой-нибудь камень в стену или сделать хоть что-нибудь, но мои ноги будто приросли к земле. Тело стало каменным. Просто застыло.

Ничего не могла с собой поделать и просто пялилась на своего мужа, который в свою очередь неотрывно смотрел в распахнутое окно моей спальни.

Поза была расслабленной, плечи откинуты назад. Если бы он заметил подлог, то точно постарался бы присмотреться. Мужчина сделал глубокий вдох и такой же выдох, а затем как-то удручённо покачал головой.

Мне даже показалось, что его что-то тяготило. И это что-то было связано со мной. Ощутив укол возмущения, я едва не выдала себя неосторожным движением, но сумела вовремя взять себя в руки.

И без того сегодня набедокурила и едва не выдала нас с братом.

Однако Бён Чхоль что-то почувствовал. Он резко напрягся, вытащил хвандо из ножен и огляделся по сторонам. Пришлось вжаться в стену… Как назло, бушевавший недавно ветер стих и теперь можно было услышать даже моё дыхание.

Во всяком случае, так казалось.

Я едва не рухнула на землю от облегчения, когда услышала удаляющиеся шаги. Быстро пробравшись в комнату, шёпотом окликнула Вон Ён:

— Можешь вставать.

— Госпожа, прекращайте всё это, — она рывком поднялась с постели и сдула прядку, упавшую на лицо. Впервые я видела служанку не просто напуганной, а даже злой. — Когда я услышала шаги на улице, то подумала, что это вы и уже собиралась вылезти из-под одеяла, но увидела мужчину! Это был наёмник, точно вам говорю!

— Вон Ён, — я постаралась остановить этот панический поток, но девушка уже не слушала и продолжала свою отповедь, судорожно комкая простыни:

— Нет! Это просто невозможно! Вдруг это ваш муж приставил к вам человека, чтобы следить? Или кто-то следит за вашим мужем? Что тогда? Теперь на вас обращено множество глаз и уже никогда не будет, как раньше.

— Я знаю.

— Знаете и всё равно продолжаете, — обречённо проговорила она. — Простите мою дерзость, госпожа. Я не имею права так разговаривать с вами, но не знаю, сколько ещё выдержу.

Я закусила губу и просто обняла её. Хрупкое тельце задрожало, сотрясаясь в рыданиях.

Со всеми своими заботами, с этой беготнёй даже не замечаешь, как сильно страдают люди вокруг тебя. Бедная Вон Ён уже который год прикрывает мне спину, а ведь участь служанки в случае обнаружения подобного незавидна — её казнят или накажут так, что смерть покажется благословением.

— Я не перестану заниматься тем, чем занимаюсь, — не стала лгать я. — Но постараюсь придумать что-то, чтобы не вовлекать тебя в это. Мне и в голову не приходило, что тебе так трудно.

— Нет, госпожа, — она замотала головой из стороны в сторону, вырываясь из моих рук. — Я всё сделаю! Честное слово, всё сделаю!

Да, она всё сделает. О чём бы я ни попросила.

И иногда это пугало.

Воспитанием Вон Ён занимались наши служанки и моя дражайшая матушка. Девушку воспитывали, как часть тела госпожи. Мне удалось привить ей хоть какую-то самостоятельность, но не полностью.

Девушка спокойно оспаривала мои решения и могла даже что-то посоветовать, но при этом даже не представляла свою жизнь без услужения мне. Это убрать из её головы мне никак не удавалось.

— Разберёмся Вон Ён. Со всем разберёмся…

Наверное, мы бы проговорили так до рассвета, если бы не услышали звуки открывающейся двери. Кто-то входил в мои покои…

— Так, быстро спрячься за ширму и возьми мой меч!

— Ваше ночное одеяние, — служанка передала мне вещи.

— Спасибо!

В считанные секунды я распустила пучок и накинула подобие халата поверх своей одежды. В последний момент сорвала ткань с лица и очень кстати — на пороге моей спальни оказался Бён Чхоль.

— Здравствуй, дорогая супруга, почему же не спишь в столь поздний час?

Дайте мне сил, духи!

— Мне показалось, что кто-то был за моим окном.

Это напугало Вон Ён, значит должно было напугать и меня, верно?

— Вот как? — он нахмурился и проследовал в указанном направлении.

— Да! — я покосилась на укрытие служанки и подала ей знак, чтобы она незаметно покинула спальню, а сама кинулась к мужу и, надавив ему на плечи одной рукой, показывала на место, где он стоял меньше получаса назад. — Вот прямо здесь.

— И как же выглядел этот мужчина?

— Не знаю. На нём был кат… ну, шляпа. А ещё ткань. Не знаю, я его не разглядывала, да и темно было. Я так испугалась!

Для пущей убедительности я отпрянула и прижала руки к груди. Бён Чхоль оглядел меня с головы до ног и ещё раз мельком взглянул в окно.

— Возможно, это был просто кошмар. Последние дни выдались тяжёлыми, ты не считаешь?

Он подошёл ко мне и протянул руку к моим волосам. Вторая мягко дотронулась до моих пальцев, и я сжала их в кулак, вспоминая о событиях сегодняшней ночи.

И чего ему надо?

— Как странно, — пробормотал он якобы отрешённо. — Мне досталась почти идеальная жена. Даже волосы после сна не растрепались.

Демоны!

И как я могла упустить такую мелочь?!

— Пригладила, когда услышала, что кто-то входит, — сказала первое, что пришло в голову.

— Испугавшись кого-то за окном? — хмыкнул он.

— Матушка всегда говорила, что благородные девушки должны быть безупречными в любой ситуации. Если бы это оказался грабитель, то он не должен был думать, будто застал меня врасплох.

— И что бы это изменило?

Вот же заладил! Не придумала я, ясно?

— Моё достоинство осталось бы при мне, — заявила с самым серьёзным видом.

Раньше по лицу Бён Чхоля было трудно что-либо прочитать, но похоже маска невозмутимости треснула, стоило ему понять, кто оказался в его доме в качестве жены.

Клянусь, мне и самой было ужасно стыдно.

Нет, действительно! Это же полный абсурд.

Будь я в здравом уме и не висел меч мужа над моей шеей (в перспективе), никогда бы в жизни не сказала подобной глупости, но отчаянные ситуации требуют отчаянных поступков. И бредовых высказываний, причём в огромном количестве.

— Оригинальное мышление, — муж ещё раз выглянул в окно и закрыл ставни. — Я не видел служанок у твоих дверей. Позови кого-нибудь, чтобы зажгли свечи, раз уж лунного света мы лишились.

А вот это мне уже не нравится… совсем не нравится.

— Я привыкла давать им отдохнуть, — тихо произнесла я. — Сейчас позову.

Благо, Вон Ён была рядом и быстро сделала всё, что от неё просили. Она решила не отходить от моих покоев до тех пор, пока советник Мун не соизволит уйти.

Хотя, что-то мне подсказывало, что сидеть ей придётся до рассвета.

— Теперь мы можем поговорить, моя дорогая супруга, — от прежней насмешки не осталось и следа. — Можешь не пытаться притворяться ничего не понимающей девицей, которой потакали во всех капризах. Я слишком хорошо знаю, как это делается. Сегодня я в очередной раз убедился, что ты не так проста.

Ноги перестали держать меня и пришлось срочно сесть, чтобы не выдать своего состояния. При попытке сделать глубокий вдох грудь сводило от непонятной боли, на горло словно кто-то положил пятерню в раскалённой перчатке и сжал пальцы.

Скрипнувшие подо мной половицы напугали меня до такой степени, что я подскочила и сжалась, глядя на мужа, как затравленный зверёк. Я не могла видеть себя со стороны, но точно знала, что смотрелась крайне жалко.

— Тебя настолько пугает наличие ума? — Бён Чхоль заметил моё замешательство и слегка наклонил голову набок. — Понимаю, в большинстве семей принято, что у женщины не должно быть ума и характера.

Духи, пусть эта пытка закончится!

Когда скрываешь что-то значимое, то начинаешь дёргаться от каждого шороха. Даже в ровном голосе слышишь нотки подозрения и боишься, что тебя раскроют.

Одурачить мачеху и скрыть правду от отца было несложно. Первая была слепа и не обращала внимание ни на что, кроме собственной обиды, а второй искренне доверял каждому слову своих детей.

Но этого человека провести невозможно. Не в моём состоянии. У меня даже спрашивать ничего не надо, сразу заметно, что со мной творится нечто неладное.

— Скажи мне, Мён Су, — неожиданно мужчина перешёл на «ты», — я могу тебе доверять?

— Простите мне мою непонятливость, но о чём вы?

— Оставим напускную вежливость, сейчас она ни к чему. Так сложилось, что ты стала моей женой по моей личной просьбе, — Бён Чхоль замолчал на несколько секунд, словно пытался просчитать мою реакцию. Разумеется, я не выказала удивления, ведь это достаточно просто понять даже без подслушивания. Традиции не оставляли простора для фантазии. — Я полагал, что моя жена окажется нежным цветком, но уже вчера понял, что ошибся в своих суждениях. Ты можешь стать мне верным соратником или злейшим врагом.

— Интересный выбор.

— Можешь полностью отказаться принимать участие в чём-либо. Но тогда я не отвечу ни на один твой вопрос в дальнейшем. Тебе придётся слепо следовать моим приказам. Уверена, что сможешь?

— И ты понял это, увидев меня в день свадьбы? — на моих губах появилась кривая усмешка.

— У меня был сегодняшний день, чтобы подумать.

— Хорошо, предположим. Почему ты решил обсудить это ночью?

— Насколько мне известно, твоя матушка держит дом так, что ни один слуга не посмеет сказать лишнего слова. Но здесь ты новый человек, и людскую натуру не изменить. Думаешь, легко достать бычью кровь, чтобы о тебе или обо мне не судачили?

Бычью кровь?!

Я распахнула глаза и открыла рот, не скрывая удивления. Всё это время я подпитывала свою ненависть тем фактом, что Бён Чхоль поступил со мной, как последняя сволочь. Но теперь ещё одна опора этого разрушительного чувства рухнула.

— Не подумала же ты, что я последний мерзавец? — я опустила глаза и нервно закусила губу. — Или подумала… Разве я успел дать повод?

— Твои подарки были крайне странными, — вспомнила я о вышивке в виде феникса. — Мне казалось, что это всё — какая-то проверка.

— О каких подарках речь? Тебе не понравились наряды и украшения?

— Вышитый на них феникс был неуместен.

— Феникс? — кажется, мужчина был крайне удивлён. — Я бы не посмел оскорбить титул моего брата и его супруги. Никогда.

— Однако браслеты с данной птицей, а также некоторые предметы одежды пришли именно с твоими подарками, Бён Чхоль.

Этот человек слишком хорошо умел врать, так что предугадать его истинные намерения было невозможно. Однако даже во лжи должен быть смысл. Нужен какой-то мотив. Но сейчас смысла в этом не было.

Мун завёл разговор о доверии неспроста. Либо хотел использовать меня в своих целях, а затем сделать виноватой, но это слишком просто для него. Больше было похоже на жест отчаяния. Человек, который доверяет своим слугам не будет вести переговоры с собственной женой ночью. Это странно, как минимум.

— Значит я должен повторить свой вопрос, Мён Су. Я могу тебе доверять?

— Мы знакомы два дня. Вряд ли ты доверишься мне после моих слов.

— Ты плохо меня знаешь, дорогая супруга. Я уже видел, как ты выглядишь, когда врёшь. Не умеешь придумывать на ходу и притворяться робкой. Уверен, ты и сейчас мне многое не договариваешь.

— Хорошо, — солгала, не моргнув глазом. — Конечно, ты можешь мне доверять. Теперь мы связаны на всю жизнь, так что нам нужно учиться жить друг с другом.

Вряд ли мне удастся получить ценную информацию в ближайшее время, но теперь есть возможность узнавать обо всём напрямую. Может быть, мне даже не потребуется выходить из дома.

Нужно только, чтобы Бён Чхоль рассказывал мне абсолютно всё. Как верному другу. Как соратнику.

Может быть, он не отъявленный мерзавец, но то, к чему они с братом привели нашу страну… это не оправдать. Теперь каждое слово, сказанное в этих стенах, будет использовано против него.