В просторном светлом зале меня уже ждала лучшая подруга, махнув рукой, я направилась к ней. Расстелив коврик, я села в позу лотоса, скрестив голени.

– Ты чего так долго? Должны были встретиться час назад в кофейне, – открывая бутылку воды, прошипела Ира.

– Ой, у меня такое было! Позже всё тебе расскажу, а сейчас не отвлекайся, – прошептала я, закрыла глаза и погрузилась в технику дыхания под мягкий, спокойный и обволакивающий голос йога-тичера.

После тренировки чувствуется лёгкое расслабление. Мышцы постанывают от нагрузки, но состояние бодрости будет присутствовать весь день.

– Ир, ну как там твой кавалер ночной? Хорошенький? – Я засунула сумку в багажник и прошла к водительской двери своей машины.

– Очень хорошенький, но как дальше быть – ума не приложу, он ведь не знает, что с заходом солнца я превращусь в тыкву. – Подруга плюхнулась на пассажирское сиденье, грустно выдохнула и продолжила уже более серьёзным тоном: – Вот зачем ты спорила? Нам не перевоплотиться в серых мышек, не наше это. Я на косметику трачу кучу бабок с восьмого класса, а косметолог мой, что, зря старалась столько лет? Я добивалась ровного цвета лица почти два года, никто не поверит, что у замухрышки такое от природы. – Ира залезла в свою сумку и достала тёмно-фиолетовый флакон, распылив по всему лицу и шее увлажняющий мист.

– Я верю, дорогая, сама с ужасом представляю, что нас ждёт, – согласилась я. – И главное – не спалиться, придётся не только стрёмно одеваться, но и действительно вживаться в роль. Не хочу Славе и его брату доставлять радость от лёгкой победы. Зато он потом будет до конца года за нас страдать.

Машина тронулась с места, и салон обволокло нашим мелодичным смехом.

***

Мы с Иришкой сидели на балконе, словно герои какого-то детективного сериала: кофе льётся рекой, дым фруктового кальяна окутывает пространство, а беседы становятся всё интереснее. После нескольких чашечек бодрящего напитка разговор плавно перешёл к событиям прошлой ночи.

– Слушай, а тебе не страшно было вести домой совершенно незнакомого парня? Да ещё и с ножевым ранением? – спросила Ира.

Я сделала очередной глоток ароматного напитка и задумчиво посмотрела вдаль.

– Честно говоря, очень страшно! Я всю ночь не спала, а парня этого закрыла в моей комнате. Боюсь представить, чтобы случилось бы, будь он на самом деле психом. И всё же оставить его там одного совесть не позволила, – с грустью в голосе сказала я.

– А скорую вызвать, не, не слышали? – хмыкнула подруга. – Ты в следующий раз думай головой, мы же в этом городе совсем недавно. Это Славка отчаянный – ходит на вечеринки к незнакомым людям, и ему хоть бы хны. – Ира взяла со столика железные щипчики и повертела красные угли в кальяне.

– Ну а мы сами-то лучше поступили? – пожала я плечами. – Ведь тоже шли туда вслепую, ни черта не зная заранее!

– Мы Славку и Ромку знали, ну, ещё я знала Вадима, с ним и ушла на ночь, – возразила Ира. – Давно с ним переписываемся и мечтали встретиться. Он, кстати, учится на юриста в нашем вузе на втором курсе. Я его год назад увидела в группе юриспруденции и добавилась, так и общаемся.

– Точно, именно такие истории заставляют задуматься: а вдруг жизнь действительно пишется пером судьбы, а не карандашом здравого смысла? – заключила я, посмеиваясь над собой и подругой.

Кофе закончился, пепел догоревших углей осыпался на пол балкона, и мы вновь погрузились в тишину, каждая задумавшись о своём.

Высокий блондин прочно засел в моей голове, заполнив её тревожными вопросами. До сих пор мучаюсь сомнениями: благополучно ли он добрался до своего дома? Что с ним произошло дальше? Чем живёт этот загадочный парень? Какое дело привело его в парк поздней ночью?

Чувства стремительно вспыхнули и зажгли мою душу, несмотря на то, что наша встреча с этим парнем была столь кратковременна. Возможно, судьба подарила мне мимолётное знакомство, полное таинственности и романтики, чтобы проверить моё сердце на прочность. Или, наоборот, специально дала возможность ощутить глубину переживаний и остроту тревоги за незнакомого человека.

От одной лишь мысли, что больше никогда не увижу бледные полноватые губы незнакомца, пухлые щечки и красивые глубокие глаза, меня охватила невыносимая тоска. Ладони моментально покрылись холодным потом, на лбу выступила испарина, а грудь сжалась, скованная болезненной тяжестью. Эти ощущения проникли глубоко внутрь меня, заставляя заново переживать за человека, которого я едва знала.

Возможно, между нами возникла та самая искра, которую нельзя объяснить, но которую чувствуешь каждой клеточкой тела. Быть может, судьба решила испытать моё сердце? Проверить, насколько оно способно любить и желать счастья другому человеку, даже если сама встреча оказалась внезапной и короткой. Чувства напомнили мне, что настоящая любовь начинается неожиданно и быстро захватывает сознание. Пусть мы виделись недолго и наша история совсем короткая, но она оставила глубокий след в моей душе, наполнила сердце теплом и желанием встретить этого парня вновь.

***

Ни свет ни заря раздался резкий звонок домофона, вырвавший меня из объятий Морфея. Сонная и растерянная, босиком по прохладному паркету, я бросилась к дверям квартиры, борясь с утренней заторможенностью. Сквозь мутное стекло экрана я заметила фигуру Славы в тёмных солнцезащитных очках, которые выглядели странно и нелепо в столь ранний час. Нажимая дрожащей рукой кнопку открытия двери, я мысленно готовилась встретить нежданного гостя. Он молча скользнул мимо меня, тяжело дыша и прижимая к себе гору пакетов, наполненных неизвестно чем.

– Ты знаешь, сколько сейчас времени? Только восемь утра, – раздражённо начала я, стараясь всё же скрыть своё недовольство. Но Слава невозмутимо прошёл прямо в прихожую, бросил пакеты около элегантного белого комода с различными духами на крутящейся золотой подставке и сухой цветочной композицией.

– Завтра уже первые пары, а вы ещё не готовы. Где эта… спит до сих пор? – Славик оглядел себя в зеркало и поправил чёрную прядь волос.

– Люди в такое время в кровати нежатся, а не в гости ходят. Ты кофе будешь? – буркнула я, протирая глаза и направляясь в кухню.

– Да, со сливками, и три ложечки сахара, – следуя за мной, проговорил друг.

– А жопа не слипнется от переизбытка сладкого? Трусы потом не оторвать будет, – подавляя зевок, произнесла я.

– Обхохочешься, Суворова, тебе бы в цирке выступать, – хмыкнул Слава, залез в холодильник и достал порцию готового салата.

– Там место клоуна уже занимаешь ты, меня не возьмут, – парировала я, включая кофеварку и доставая из посудомойки три чашки. – Серьёзно, ты чего так рано?

– Ну как… Пришёл помочь вам перевоплотиться и заодно хотел удостовериться, что всё идёт по плану.

Славик оторвал слюду от контейнера, и помещение обволокло запахом крабового салата. В это время в кухню зашла заспанная Ирка с нечёсаным гнездом на голове.

– Доброе утро, красавица наша. Выспалась? – проговорил Слава, широко улыбаясь.

– Лучше бы ты молчал, Славка, а то на всю кухню воняешь стоишь, – осадила его Ира. – И откуда у тебя эта малиновая футболка? Господи, ещё и принт на спине убогий. – Она достала из хлебницы булочку и масло из холодильника.

– Ну, футболку можно выкинуть, а твоё лицо всегда при тебе останется, не выбросишь. – Парень скривил лицо и, скрестив руки у шеи, показал удушье.

– Дурак! – фыркнула подруга, намазывая булочку маслом.

Приготовление кофе стало нашим общим своеобразным ритуалом примирения. Каждый маленький жест говорил больше слов. Моя раздражительность, вызванная визитом незваного гостя, постепенно сменялась принятием ситуации, пока свежесваренный эспрессо наполнял квартиру приятным ароматом, приглушая напряжение прошедших минут.

Драма момента уступила место тихой домашней гармонии. И хотя начало дня выдалось непростым, тёплая атмосфера кухни медленно растворяла раздражение, возвращая мир и покой в нашу жизнь.

До позднего вечера мы с Ирой наряжались в старую, вышедшую из моды одежду, подбирали к ней такую же нелепую по современным меркам обувь и прилизывали волосы гелем. Я примеряла огромные круглые очки в массивной пластиковой оправе, превращающие мои глаза в два больших блюдечка. Само собой, аксессуар не улучшал зрение, зато мой внешний вид приобрёл нужную степень интеллектуальности и отчуждённости, успешно имитируя образ типичной ботанички-зубрилки, которой я никогда не являлась. Ирка выскочила из гардеробной, демонстрируя роскошную композицию из длиннющей фиолетовой флисовой юбки и белоснежной рубашки с пышными рукавами-фонариками, украшенной жёлтыми деревянными пуговицами.

– Не-е-е-т, – решительно запротестовала Ирина, судорожно поправляя юбку, – я категорически против такого кошмара. Дятел, где ты всё это взял?

Славка безудержно хохотал и еле сдерживал слёзы веселья, глядя на наши эксперименты с одеждой.

– Э-э-эх-хей, украл у бомжей, – выдохнул он сквозь истерический смех, вытирая мокрые щёки. – Знаете, девчонки, вчера я совершил настоящий рейд по нескольким секонд-хендам города. Мои финансовые потери составили аж две тысячи рублей, и всё ради этой вот красоты.

– Подождите-ка! – воскликнула я, поднимая с пола цепь розовых бусинок с крупной пластмассовой бабочкой посередине. – За это чудовище ты заплатил реальные деньги? У тебя мозги явно перегрелись на солнце, товарищ!

Мы все рассмеялись, прекрасно понимая, что одежда и аксессуары создают определённый стиль, и именно от них зависит, будет ли образ повседневным, невзрачным или, наоборот, праздничным, гламурным. Несмотря на довольно странные наряды, выбранные мной и Ирой, каждая деталь подчёркивала уникальную атмосферу предстоящего спора, обещающего стать одним из самых ярких моментов нашей жизни. Слава встал с мягкого ковра и вытащил из пакета две чёрные коробочки.

– Вот! Это тоже вам – ваши «новенькие» телефоны, – сказал друг, протягивая нам с Ирой футляры. – Негоже таким красоткам с последней дорогущей моделью ходить.

– Да ты издеваешься! Ты совсем кукухой поехал? – Ира постучала коробкой по голове.

– Не кричи, истеричка. Просто в такой одежде с айфонами за сто тысяч не ходят, – ухмыльнулся друг и присел на стол, сложив руки на груди.

– Уф-ф… Ир, тут он прав. Придётся на парах с лампочкой сидеть, – иронично улыбнулась я.

– Ну, не с лампочкой, конечно, но это очень старая модель. Это одни из моих самых первых телефонов, – пояснил Славка. – Пользуйтесь на здоровье. И ещё: никакой машины, отсюда до универа ходит трамвай.

Мы с Ирой синхронно вскочили с дивана, и я кинула в друга коробку.

– Ладно, надеюсь, время пролетит незаметно и максимально быстро, – злобно посмотрев на Славку, процедила я.

– Давайте хоть последние фоточки запилим в наш блог, – грустно сказала Ирка.

Мы переоделись и сделали несколько кадров, позируя перед зеркалом. Подписав фотки «Последние деньки уходящего лета», я залила их в соцсеть.

***

В универ мы немного опаздывали: долго ждали трамвая. К тому же у Иры порвалась лямка на сумке, а мои очки запотели, и, плохо видя сквозь мутные стёкла, я споткнулась прямо у входа в здание и рухнула в ноги нашему декану. Худощавая женщина лет пятидесяти помогла мне подняться.

– Дорогуша, что же вы так не аккуратно? – подняв брови, спросила она. – Всю юбку запачкали!

– Простите, очень спешу, – закидывая на ходу коричневую кожаную сумку на плечо, выкрикнула я.

На первой паре нас заметили все без исключения. Куратор, который будет вести у нас основы журналистики, попросил Ирку отмечать в журнале присутствующих.

– Вы ко мне обращаетесь? – растерянно спросила моя подруга.

– К вам, милочка. Я думаю, вы не будете прогуливать университет. Поэтому делаю вас ответственной за журнал, – мужчина подал Ире книгу в зелёной обложке.

– Ах-ха-ха. Это стёб такой? – она оглядела присутствующих.

Я толкнула Иру и показала на рукав платья, чтобы она вспомнила, кто мы теперь на ближайшие три с половиной недели.

– Простите, не выспалась, так боялась опоздать в храм науки. Конечно, я буду стараться изо всех сил! – Ира взяла журнал и положила рядом с собой.

– Мы пропали… Я не могу ходить в такие заведения каждый день, отдыхать же надо! – пробубнила Ирка мне на ухо, когда мы сели с ней за парту.

– У тебя будет два законных выходных, – подшутила я над подругой.

– Да иди ты, – сердито шепнула Ира. – Устроила спор, а мне теперь страдай месяц, ещё и в журнал «энки» ставить.

Иришка опёрлась рукой о подбородок и уставилась в окно. А я стала слушать лекцию, которую препод читал монотонным голосом.

После третьей пары мы с Ирой направились в столовую. Я ощущала лёгкое волнение, смешанное с тревогой. Внутри нарастало предчувствие, что мы с Ирой сейчас снова станем объектами для всеобщих насмешек. Ведь все три пары одногруппники кидали в нас мелкие скомканные бумажки и скрепки, тихонько посмеиваясь над нами и перешёптываясь, и я была уверена, что в столовой случится нечто подобное, если не ещё что похуже.

Войдя в помещение, я замерла от неожиданности: за ближайшим столом сидел Антон, непринуждённо беседующий с друзьями. Его растрёпанные белокурые волосы сияли мягким светом, отражённым от просторных окон. Серые глаза блестели озорной радостью, освещённые внутренним счастьем. Антон нежно обнял девушку, сидящую рядом, и это простое движение вдруг обожгло моё сердце. Незнакомка была очень красива, она поражала совершенством черт лица и выразительностью взгляда. На крепкие объятия парня девушка ответила поцелуем, оставив на его шее яркий алый отпечаток губ, похожий на кровавый след преступления. Мою грудь резко сдавило болью, перехватившей дыхание. Внутренний голос повторял: «А что, ты думала, он свободен и ждёт вашей встречи?». Ощущение пустоты в моей душе быстро разрасталось, становясь просто невыносимым.

– Улька, ты чего встала как вкопанная, пойдём очередь занимать, – сказала Ира, заметив мое оцепенение.

Подруга схватила меня за руку и потащила к толпе людей, стоящих в очереди за едой.

– Он там, – прошептала я.

Ирка вылупила на меня свои круглые глаза, на которых сегодня не было ни грамма косметики.

– Кто он? – ошарашенно спросила подруга.

– Парень, Антон, помнишь, я рассказывала?

– Да ладно? Где? – Зыкова завертела головой.

– В белой футболке с черепом на груди. —Я кивнула в сторону Антона. – С красоткой какой-то, наверное, его девушка.

– Ты что, ревнуешь? Суворова, не говори мне, что влюбилась в это недоразумение. Ты же у меня такая красоточка. – Ира пробежалась взглядом по мне. – Ну не сегодня, конечно, а так – всегда. – Подруга, скрывая смех, уткнулась в пустой поднос.

– Спасибо, ты отличная группа поддержки. Попробую подойти к нему – вдруг узнает меня или ему внешность совсем не важна.

Я резко развернулась и, сжимая лямку своей «новой» сумки, двинулась с гордо поднятой головой в сторону столика Антона. «Главное – какая ты внутри», – про себя повторяла я как мантру. Антон оживлённо беседовал со своим другом.

– Привет. Как твои дела? – поинтересовалась я искренне.

Приятель Антона презрительно уставился на меня.

– Тох, это кто? – перевёл он недоумённый взгляд на друга.

– Понятия не имею. – Антон выставил руки вперёд так, словно сдаётся. – Девушка, мы знакомы?

– Прости, я… наверное… перепутала… Да, точно, перепутала! Я вообще-то девушку твою… ой, мою ищу. Не видел? – «Господи, что я несу, какая девушка?!» – закатывая глаза, подумала я.

– А должен был? – Антон заразительно засмеялся.

– Тох, пойдём отсюда. А то заразимся ещё безвкусием и слабоумием, – вставая с места, сказал приятель Антона.

Парень поджал губы и, поднявшись из-за стола, взял свою сумку и скрылся вслед за другом за железными дверями, а я направилась к столу, за которым Ирка вовсю уплетала ужасно пахнущую еду.

– Ну как прошло? – с набитым ртом поинтересовалась подруга.

– Наверное, внешность реально решает всё, – вздохнула я, опустившись на стул. – Я слова нормального не могла сказать, такой чепухи наговорила…

– Да ладно, это первый день такой, дальше будет ещё интереснее, – хмыкнула Ирка, подмигнув мне, и продолжила наяривать гороховый суп.

А дальше действительно всё было интереснее. Но только совсем не со знаком «плюс».