Чтобы начать сомневаться, нужно принять решение.

Тэкс закинул на спину рюкзак и вместе с Джетом покинул супермаркет. Выйдя с территории автозаправки, они повернули направо.

Хоть походка здоровяка и казалась вальяжной, он был предельно собран. Его взгляд постоянно блуждал по сторонам, готовый заметить малейшие признаки опасности. Верный М762 висел на ремне на уровне пояса. Правой рукой Тэкс легонько поглаживал флажок предохранителя. На левую же он широким ремнем на липучках предварительно прикрепил детектор аномалий и теперь периодически сверялся с показаниями на экране.

– Я вообще местность эту знаю хорошо, но лишняя осторожность никогда не повредит, так ведь? – спросил Тэкс, будто оправдываясь. – Мне и «Викинг» по большому счету не нужен, привык на свое чутье полагаться, оно даже понадежнее будет, как показывает практика. Но с прибором все же спокойнее.

Джет промолчал, лишь кивнул в знак согласия.

Его совершенно не волновало, пользуется его новый знакомый детектором аномалий или нет. Пускай, если с ним он чувствует себя увереннее. Мысли занимало совершенно другое. Тим все никак не мог до конца поверить, что провел в аномалии без малого полтора месяца, да к тому же оказался практически на другом конце Новгородской Зоны.

«Зачем ты это сделал, Шейн? Ради чего? Наживы, мести? Неужели я натворил что-то такое, из-за чего ты хотел меня убить? Ничего не помню…

А еще Тэкс… Повезло ли мне, что я его нашел? Что скрывается за его добродушием? Ведь не просто же так он вызвался помочь. Какую цену мне придется заплатить? У меня ведь ничего нет. При этом, вот странное дело, он вызывает доверие, но как раз это и настораживает. Парадокс…

Ладушки, не буду паниковать раньше времени. Мир не без добрых людей, хотя Зона всякий раз убеждает в обратном. Да и выбирать особо не приходится – нужно довериться Тэксу. Один я точно пропаду…»

Здоровяк внезапно остановился и резко поднял согнутую в локте руку. Погруженный в раздумья, Джет едва не врезался в широкую спину спутника.

– Что не так? – поинтересовался он и тут же сам увидел ответ на свой вопрос.

Впереди разыгралась сцена из фильма ужасов. В воздухе в метре над землей медленно кружился молодой сталкер. Положение его тела постоянно менялось. Вот он, подобно витрувианскому человеку, раскинул в стороны руки и ноги, а в следующий момент изогнулся колесом. Раскрытый рот застыл в немом крике, широко распахнутые глаза бешено метались в глазницах. Только по ним можно было понять, что парень все еще жив.

– Черт, Бендер, ну как же так? – покачал головой Тэкс.

– Это че за фигня? – спросил Джет, столкнувшийся с таким явлением впервые.

– «Твистер», аномалия. Первый раз видишь, что ли?

– Ну да.

– Понятно. Ну, будешь теперь знать, что обитает в наших краях и такая хренотень, – безэмоционально сказал Тэкс и схватил товарища за запястье. – Пойдем скорее, времени в обрез.

– Мы что, ему не поможем? – опешил Тим.

– Бендеру уже ничего не поможет. Пойдем, похоже, недолго пацану осталось мучиться. Как только «твистер» сломает его, границы станут практически не видны. Нам нужно успеть обойти аномалию прежде, чем она сделает это, иначе рискуем оказаться следующими в очереди на аттракцион.

– Неужели нет способа? – Джет никак не мог отвести взгляд от бедолаги, тело которого продолжало сворачиваться в немыслимую дугу. Осознание собственного бессилия заставляло сердце обливаться кровью.

– Тот, кто попадает в «твистер», больше не жилец. Это страшная и, уверен, очень мучительная смерть, только ничего уже не попишешь. – Тэкс потянул спутника на себя, но тот стоял как вкопанный. – Эй, посмотри на меня! Джет, на меня посмотри! Ты жить хочешь?

– Хочу.

– Тогда засунь свое человеколюбие в задницу! Делай, что я говорю, и все будет в ажуре. Андестенд?

Джет сглотнул и позволил Тэксу увести себя.

Активная аномалия действительно имела четко выраженные границы. Вся ее площадь, представляющая собой квадрат десять на десять метров, переливалась мерцающими разноцветными огонечками.

Чтобы обогнуть препятствие, сталкерам потребовалось свернуть с дороги. Тэкс двигался очень аккуратно, приминая ботинком высокую траву, чтобы случайно не наступить на притаившуюся там живность. Джет шел следом, шаг в шаг, и периодически поглядывал на «твистер».

Как только аномалия осталась позади, мужчины услышали громкий протяжный хруст и обернулись на звук. Зрелище было не из приятных. Висящего в воздухе Бендера спрессовало так, что теперь он больше походил на абстракцию с одной из картин Пабло Пикассо, нежели на человека. Наверное, в его теле не осталось ни одной кости, которая не была бы сломана. Глаза вылезли из расколотого пополам черепа и теперь, свисая на зрительном нерве, бились друг об друга, как бубенцы в конной упряжке.

«Твистер» запустил созданный им «снаряд» далеко-далеко в чащу леса, словно мяч. Постепенно цветные огоньки аномалии исчезли.

– Бедняга Бендер, – сказал Тэкс. – Ужасная смерть. Хороший был человек. Правда, так себе сталкер.

– Ты его знал? – поинтересовался Джет и тут же понял, какой глупый вопрос задал.

– Знал, но недолго. Наверное, он и недели Зону не потоптал. Опыту толком не успел набраться, чуйка на аномалии даже развиться не успела. Небось пер себе и пер, головой совсем не думая, не проверял пространство впереди, вот и угодил в «твистер». Правда, когда я выходил из Холма, аномалии в этом месте не было, следовательно, она переместилась. Видимо, Бендер это в расчет не принял, за что и поплатился.

– Все равно жалко, хоть я и совсем не знал его. Ужасная смерть.

– Я где-то слышал фразу: не жалей мертвых, жалей живых. Не помню, кто ее сказал, но уж очень она мне понравилась. И, черт возьми, какая же она правильная! Мертвые уже отмучились, им на все теперь фиолетово, они по-любому в лучшем мире, а мы… Впрочем, сейчас не время философствовать. Вон, небо уже начинает зеленеть. Поспешим.

Миновав памятник времен Второй мировой – 76-миллиметровую дивизионную пушку ЗиС-3, – сталкеры вышли на улицу Карла Маркса, о чем говорила полувыцветшая табличка на заборе одного из участков. По сути, именно отсюда начинался город Холм – административный центр Холмского района.

Дома по обе стороны улицы так же, как и в Первомайском, находились в плачевном состоянии. Лишь кирпичным зданиям удалось более-менее сохранить свой первоначальный облик. Джету с трудом верилось, что в этом городе может располагаться крупная сталкерская база.

На территории Холма Тэкс пошел намного быстрее и увереннее, но на детектор аномалий нет-нет да поглядывал.

Вскоре сталкеры ступили на мост. Внизу, усеянная крошечными островками, раскинулась небольшая речушка. Мутная вода цвета свежей ржавчины не позволяла увидеть дно.

– Историей увлекаешься? – неожиданно спросил Тэкс.

– Ну, не то чтобы увлекаюсь, но кое-что знаю.

– Небольшой экскурс. Река, что под нами, называется Ловать. В длину более пятисот километров, протекает по территории трех областей: Псковской, Новгородской и Витебской, что в Белоруссии, и впадает в озеро Ильмень. По ней в свое время проходил путь «из варяг в греки».

Джет удивленно поднял бровь вверх. Река совершенно не создавала впечатления, что по ней может пройти хоть что-нибудь больше лодки. Тэкс будто прочитал его мысли:

– Да, сейчас мне и самому с трудом в это верится, только не забывай: событие все-таки тысячелетней давности. В то время Ловать явно была намного шире и полноводнее. Берега вон какие высокие и крутые.

На это Джету возразить было нечего.

– А вот тебе из современной истории. За мостом, видишь, вышка. – Тэкс указал на высокую будку на железных сваях сразу за мостом. – Можно сказать, всё, что за ней, и есть «Олимп». А на ней сейчас Харя дежурит. Пойдем, поздороваемся. Только ты, наверное, помалкивай на всякий случай, говорить буду я, а ты просто кивай болванчиком, хорошо?

– Как скажешь.

Сталкеры обошли целую россыпь выдвижных шипов-боллардов, призванных останавливать нежелательных гостей при подходе к базе, и встали перед вышкой. Сидящий на ней дозорный, еще издали признавший Тэкса, расслабленно облокотился о перила и с интересом разглядывал второго гостя.

– Уж и не чаял тебя сегодня увидеть, – пропел Харя, улыбаясь во все тридцать два зуба. – А кого это ты с собой привел?

– Приятеля. Встретились по пути. Ему здорово досталось, но он сумел выбраться. А потом меня спас на заправке.

– Ничего себе, какой бравый воин! А где же его снаряга, в какой такой переделке он умудрился ее потерять?

Джет напрягся, но у Тэкса, похоже, все было под контролем.

– Слушай, Харя, потрепаться мы с тобой и в баре можем, а сейчас просто пропусти нас, и все.

– Сначала доложу начальству. – Дозорный снял с телефонного аппарата трубку и поднес к уху. – Все-таки новое неопознанное лицо, по протоколу…

– Неопознанным лицом будешь ты, когда я тебе, Харя, харю начищу! – произнес Тэкс сквозь зубы. И хотя выражение его лица было предельно серьезным, глаза улыбались.

– Ой, да ладно тебе, уже и пошутить нельзя, – надулся Харя. – Радону сам доложишь, да?

– Конечно, сам, как иначе?

– Ну ладно, проходите. Под твою ответственность, Тэкс. Если что – с меня взятки гладки.

Тэкс шутливо погрозил дозорному кулаком.

– Давай-ка тут это… не того!

– Новостями-то хоть поделишься?

– Поделюсь, отчего ж не поделиться?! Ты, главное, не припоздняйся, а то Всполохом накроет – и поминай как звали.

– Не боись, успею. Первый раз, что ли?

– Чудненько. Тогда до встречи. Ищи нас в «Акрополе».

Сталкеры двинули дальше. Восхищенный разыгранной только что сценой Джет шепнул Тэксу:

– Ты, как я погляжу, тут местный авторитет?

– Ну, скажешь тоже… Нет, конечно, но уважать уважают, не без этого. Да и как иначе, ты посмотри на меня: два метра и три сантиметра сплошных мускулов и необычайная харизма.

– Или попросту боятся.

– Возможно, – не стал спорить гигант. – Но все-таки хочется верить, что и уважают при этом. О, вот мы, кстати, и пришли. Добро пожаловать в святая святых города Холм!

Джет увидел перед собой трехэтажное строение, выкрашенное в вырвиглазный бирюзовый цвет. Как объяснил Тэкс, раньше, до того, как на территории Новгородской области образовалась Зона, здесь находился холмский Дом народного творчества, а теперь обитала администрация базы.

Все окна здания были наглухо закрыты толстыми стальными листами. Из крыши торчал ворох самых разномастных антенн и спутниковых тарелок.

У главного входа сталкеров встретил высокий, плотного телосложения лысый амбал в затемненных очках и с рацией на поясе – типичный охранник клуба, какими их показывают практически во всех фильмах. Так же, как и Харя, секьюрити узнал Тэкса. Они обменялись несколькими только им понятными жестами, после чего амбал коротко кивнул и указал на ведущую вниз лестницу, над которой, мигая желтыми огоньками, висела вывеска с надписью «Акрополь».

Бар находился в подвальном помещении. В преддверии Всполоха просторный зал был забит практически битком. Свободных столиков, равно как и стульев у барной стойки, не осталось, и многим охотникам за удачей приходилось стоять на своих двоих. В невообразимой мешанине из сотен голосов с трудом можно было разобрать доносившуюся из колонок музыку а-ля «Дискотека 80-х». Для того, чтобы напарник его услышал, Тэксу пришлось едва ли не кричать:

– Ну как тебе?

Джет не мог вспомнить, посещал ли он какие-либо другие подобные заведения до нынешнего дня, поэтому сравнить было не с чем.

– Миленько, но тесновато.

– Немудрено, все-таки единственный бар в радиусе пятидесяти километров. Здесь всегда людно, а уж перед Всполохом и подавно. Тэк-с, тэк-с, тэк-с… – Олег вертел головой, кого-то выискивая в толпе. С высоты своего исполинского роста ему было видно все и всех. – Ага, вот они! Ну что, как говорится, «делу – время, а потехе – час»? Айда, познакомлю тебя с хорошими людьми. Но сначала…

Джет хотел было сказать, что смысл пословицы совсем иной, но Тэкс подобно ледоколу уже пробирался через скопление народа, зычным голосом повторяя мантру «простите, пропустите» и мягко отстраняя тех, кто не успевал расступиться. Пришлось семенить следом за товарищем и стараться не отстать.

Наконец они дошли до барной стойки. Бедняга бармен только и делал, что наполнял кружки и стаканы ненасытным посетителям. Дождавшись, когда он сделает паузу, Тэкс окликнул его:

– Эй, Джон!

– Хэллоу, ковбой! – поздоровался бармен. Кажется, он был только рад отвлечься.

– Вынеси-ка, будь добр, два стула, мне и моему товарищу.

– Сей момент, – кивнул Джон и спешно скрылся в подсобке. Скоро он вернулся с двумя табуретками в руках. – Прости, осталось только это, сам видишь – аншлаг сегодня.

– Пойдет, мы непривередливые. Будем за девятым столиком, пусть Камилла принесет нам чего-нибудь горло промочить. И закусона!

Тэкс забрал у бармена табуретки и, держа их над головой, снова принялся курсировать среди толпы.

Девятый столик облюбовали четыре человека. Один из них что-то увлеченно рассказывал, постоянно делая паузы, чтобы дать себе и своим зрителям просмеяться. С глазами, мокрыми от слез, квартет не сразу заметил, как к ним подошли Тэкс и Джет.

– Полиция юмора, отдел контроля качества, – козырнул гигант, когда сидящие за столом люди повернули к нему головы. – Здесь зафиксировано повышенное содержание смехотворных флюидов. Разрешите к вам присоединиться в целях осуществления подробного анализа?

От былого веселья не осталось и следа. Все четверо сычом уставились на сталкеров, посмевших прервать их досуг. Мужчина с пышными усами и бородой клинышком недовольно цыкнул.

– Не велите казнить! Присаживайтесь, прошу! Кто мы такие, чтобы препятствовать правосудию? – спросил он и, не в силах более сдерживаться, покатился со смеху. За ним по цепочке рассмеялись и все остальные. Даже Джет, как ни старался сохранять серьезность, расплылся в улыбке.

Тэкс поставил табуретки у края стола, усадил приятеля и сел сам. Все четверо сталкеров с интересом уставились на чужака. Не дожидаясь вопроса, здоровяк заговорил:

– Знакомьтесь, это Джет. Джет – это Мушкет, Пискля, Упырь и Лола – одни из лучших сталкеров, с которыми я когда-либо имел дело. С ними хоть в огонь, хоть в воду, хоть в «костедробилку».

– Ну скажешь тоже… – засмущался усатый, хоть по нему и было видно, что он согласен с похвалой.

– Знаешь, Тэкс, ты, конечно, парень замечательный, но в «костедробилку» я с тобой лезть не хочу, – развела руками Лола. Джет только сейчас понял, что перед ним девушка. Если бы не приятный девчачий голосок, совершенно не вяжущийся с внешностью, он бы ни за что не признал в этом мускулистом, коротко стриженном сталкере представительницу прекрасного пола.

– Очень приятно, – жизнерадостно, на высоких тонах воскликнул пухлый коротышка, и сразу стало понятно, за что он получил прозвище Пискля.

Упырь не сказал ничего, лишь виновато потупился и протянул руку, которую Джет тут же пожал.

«Пестрая подобралась компания, ничего не скажешь… Мушкетер, баба-мужик, боевой гном с голосом домового эльфа, немой, великан, ну и я еще в довесок», – подумал Джет, хотя вслух, разумеется, ничего не сказал.

Официантка как раз принесла две кружки и большую тарелку различных закусок, и сталкеры стали делиться новостями: кто что добыл, кто что интересного увидел, кто сколько мутантов завалил. Когда же Джета спросили, откуда он, слово взял Тэкс и в подробностях рассказал историю их знакомства.

– Ну и попал же ты в переделку! – присвистнула Лола и легонько, как ей показалось, сжала плечо Джета, сидящего по левую руку от нее. Сам же сталкер с огромным трудом пытался не застонать от боли – пальцы девушки сдавливали руку не хуже слесарных тисков.

– Действительно, довольно занятная аномалия и, похоже, крайне редкая. Лично я о такой ни разу не слышал, – задумчиво протянул усатый, и Джету на мгновенье показалось, что тот подозревает его во вранье.

– А зачем тебе искать этого твоего Шейна? – спросила Лола. – Раз ты обитал в районе Великого Новгорода, значит, и он, скорее всего, там, если вообще до сих пор жив. Самому тебе туда ни за что не добраться.

– Я все понимаю, но должен выяснить мотивы его поступка. Хотя бы для собственного успокоения. К тому же Шейн, возможно, поможет мне вспомнить то, что я забыл, находясь в аномалии.

Вдруг все в баре пришло в движение: люстры на потолке закачались, столы и находившиеся на них предметы легонько задребезжали. В следующий момент здание ощутимо тряхануло. Начался Всполох.

– Да уж, делать тебе реально нечего, – как ни в чем не бывало выразил свое мнение Мушкет, поймал в воздухе подпрыгнувшую гренку и отправил в рот. – Оставался бы тут. Здесь все условия есть для хорошей жизни, Тэкс не даст соврать. Тем более с ним ты будешь как у Христа за пазухой, как пить дать!

– Это точно! – поддакнул Пискля.

– Тэк-с, ладно, хватит об этом, отстаньте от человека, – засуетился гигант. – И дня не прошло, как он выбрался из аномалии, а уже на уши присели. Дайте ему передохнуть. Придет время, вернемся к этому разговору. А сейчас давайте веселиться.

Джет благодарно посмотрел на Тэкса и улыбнулся.

* * *

В какой-то момент Джет понял, что больше не в силах ждать, когда Тэкс закончит рассказывать байку про трехрукого зомби: ему срочно понадобилось в уборную.

– Не мучайся ты, это надолго, – шепнула ему на ухо Лола. – Он если войдет во вкус, его уже не остановить. Пойдем, покажу тебе святая святых бара, заодно и сама заскочу. В дамскую комнату, разумеется, – усмехнувшись, поспешила уточнить девушка, заметив растерянность Джета.

Лола что-то сказала Мушкету и встала из-за стола. Жестом позвав Джета следовать за ней, сталкерша повела его через толпу в сторону выхода. Тэкс, казалось, не заметил их отсутствия и воодушевленно продолжал повествование.

Увидев девушку со спины во весь рост, Джет отметил про себя, что она была все же довольно женственной. Свободные штаны цвета хаки никак не могли скрыть выдающиеся округлые формы.

Лола обернулась, словно почувствовав, что он ее разглядывает.

– Держись, бедолага, уже почти пришли.

И действительно, впереди сталкер увидел спасительную дверь с буквой «М». Надеясь, что за ней будет хотя бы один свободный писсуар, он на всех парах бросился туда.

Справившись со своими естественными потребностями и почувствовав небывалое облегчение, Джет воздал хвалу всем богам и Зоне в частности. Он заправился, тщательно вымыл руки, как следует пригладил растрепавшиеся волосы, с минуту поуговаривал свое отражение в зеркале над раковиной выкинуть из головы прелести Лолы и только после этого не спеша вышел из туалета. И тут выяснилось, что девушка ждет его у двери, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Она не произнесла ни слова, но озорной блеск в глазах говорил о том, что ее так и подмывает отпустить какую-нибудь колкость по поводу долгого отсутствия Джета.

– Я… у меня молнию заело… – соврал он, посчитав нужным превентивно оправдаться, и тут же понял, как нелепо и неубедительно это прозвучало. Лола пожала плечами, скорчила смешную гримасу и махнула рукой – мол, иди за мной.

Неожиданно из толпы, неуклюже перебирая ногами, обутыми в сапоги с высоким каблуком, выскочила официантка. Звуки, издаваемые ею, походили на тихую смесь мычания и воя. Больше всего она сейчас напоминала клоуна – растрепанные светлые кудри, потекшая тушь, помада, хаотично размазанная по лицу, искаженному гримасой ужаса. Девушка явно от кого-то убегала.

Преследователь не заставил себя ждать. Им оказался бритоголовый верзила с татуировкой змеи, идущей от левого виска к подбородку. Ростом ниже Тэкса, но всяко больше Джета и уж тем более невысокой Лолы. Завидев свою жертву, бугай ринулся к ней, но сталкерша преградила ему путь.

– Так, что у нас тут происходит? – спросила она, осторожно толкнув бритоголового в живот.

– Уйди с дороги! – процедил он, сверля безумными глазами официантку, которая забилась в угол рядом с туалетной дверью и закрыла голову руками. – Не мешай!

Люди вокруг заинтересовано наблюдали за развернувшимся действом. Некоторые уже стали делать ставки, перерастет ли конфликт в драку. Вмешиваться в происходящее никто не торопился. Охрана, на удивление, тоже бездействовала.

Среди зрителей Джет увидел Тэкса, Мушкета и Упыря, с любопытством следящих за происходящим. Тогда он решил, что так и должно быть, что подобные потасовки в баре являются чем-то вроде местной забавы.

– Что тебе от нее надо? – не сдавалась сталкерша.

– Слышь, я же сказал, отвали! – рассвирепел верзила и попытался обогнуть Лолу. Не тут-то было. Та снова встала между ним и официанткой.

– Только пальцем ее тронь – пожалеешь!

– Ну, ты сам напросился!

«Напросился? Интересно, сколько раз ее уже принимали за парня?»

«Змей» без замаха выбросил кулак вперед. Лола, предвидев такое развитие событий, ловко увернулась от удара и тут же ответным хуком врезала противнику в челюсть. Не ожидавший отпора бритоголовый отступил на шаг. Пройдясь языком внутри рта, он сплюнул на пол. В сгустке кровавой слюны плавал осколок зуба. Взревев как дикий зверь, верзила бросился на Лолу. На этот раз сталкерша не стала уворачиваться, иначе противник мог с разбега влететь в толпу. Вместо этого она упала ему под ноги и сделала молниеносную подсечку. Инерция придала значительное ускорение падению, и если бы «змей» заблаговременно не успел выставить перед собой руки, то со всей дури впечатался бы носом в пол.

Оба противника вскочили одновременно. Девушка встала в боевую стойку. Бугай, очевидно осознав, что его изначальная тактика не приводит к желаемому результату, стал ждать первого шага от противницы.

Сталкерша не заставила себя уговаривать. Удар был нацелен в бедро соперника, но тот разгадал замысел и перехватил ее ногу. Лола оказалась практически беспомощна. Бугай осклабился и с размаха тыльной стороной ладони залепил ей звонкую пощечину, а затем, смачно плюнув на кулак, двинул прямо в глаз. Как безжизненная кукла, девушка рухнула на пол.

Увидев Лолу, лежащую в отключке, Джет понял, что больше не может стоять в стороне. Сам не ожидая от себя такой прыти, он в два широких шага подошел к бугаю со спины, развернул за плечо лицом к себе и со всей силы зарядил в солнечное сплетение. Бритоголовый тут же сложился пополам, глаза округлились так, что, казалось, еще немного – и вылезут из орбит. Раз за разом он пытался сделать вдох и ничего не выходило. В конечном итоге «змей» просто потерял сознание и рухнул рядом с Лолой.

На какое-то время Джет впал в ступор, ошарашенный тем, что так легко и быстро смог победить грозного соперника. Вдруг появилось жгучее желание подойти к ублюдку и одним резким движением свернуть ему шею. Усилием воли подавив в себе внезапную вспышку агрессии, сталкер бросился к девушке и сел перед ней на колени. Взял ее за руку, нащупал пульс – жива. Грудная клетка едва уловимо поднималась и опускалась. На щеке и вокруг левого глаза начали наливаться багровым цветом синяки.

Кто-то тронул Джета за плечо. Он обернулся, полный решимости вновь пустить в ход кулаки, но делать этого не пришлось.

– Давай-ка уйдем отсюда, – предложил Тэкс, протягивая ему руку.

– А как же…

– Не переживай, о них позаботятся.

Как по команде, подошла группа мужчин. Четверо подхватили бессознательные тела бугая и сталкерши и унесли в сторону выхода. Пятый увел следом все еще перепуганную официантку.

Джет заметил, что народу в баре поубавилось.

– Всполох закончился, некоторые предпочли отправиться на боковую, – объяснил Тэкс, словно прочитав его мысли. – Уже смеркается. Идем, переночуешь у меня, мой номер к твоим услугам.

– Но…

– Дружище, никаких возражений! И все вопросы оставим на потом. Я же вижу, как ты устал. День сегодня выдался весьма богатый на события. Тебе требуется отдых.

Только после слов Тэкса Джет действительно почувствовал, как на него, будто сугроб с крыши, накатила усталость. Перед глазами все немного плыло и двоилось, хотя раньше он этого почему-то не замечал.

«Да уж, денек и правда оказался перенасыщен событиями…»

Джет обхватил ладонь приятеля и поднялся.

– Ты прав. Поспать мне действительно не помешало бы.

Тэкс улыбнулся. Ему нравилось, когда он оказывался прав.

* * *

Насколько понял Джет, верхние два этажа здания были выделены под своего рода отель для сталкеров. Они поднялись на последний.

Тэкс рассказал, что от изначальной планировки Дома народного творчества не осталось и следа. Практически все номера представляли собой небольшие комнаты три на четыре метра, убранство которых состояло всего лишь из двух двухъярусных кроватей, шкафа, стола, двух табуреток и простенькой люстры на потолке. Другими словами, почти как в казарме. На обоих этажах, разумеется, имелись туалет и душевая, правда, этими благами цивилизации могли одновременно пользоваться только три человека.

Здоровяк подошел к двери, на которой в свете ламп блестела золотом прикрученная на саморезы цифра один. Пошурудив в карманах, он извлек на свет ключ и дважды провернул его в замке. Услужливо пропустив гостя вперед, зашел следом и щелкнул выключателем.

– Добро пожаловать в мою берлогу. Живу тут один, гости мужского пола у меня бывают редко, так что гордись – тебе оказана большая честь! – с важным видом произнес Тэкс.

От увиденного Джет невольно присвистнул. Комната по площади превосходила остальные, и обставлено здесь все было побогаче. Две широкие кровати, причем не пружинные, а с ортопедическими матрасами. Микроволновка, небольшой холодильник и даже телевизор. Центральное отопление! Только окна не было.

Мозг услужливо подкинул сталкеру воспоминания, как он однажды пережидал ночь в старых заброшенных лачугах, ежился от задувающего во все щели промозглого ветра и вздрагивал во сне от малейшего шороха.

– Неплохо ты тут устроился! Откуда все это великолепие?

– Скажем так, занимаю привилегированное положение, – помявшись, ответил Тэкс. – Я все-таки не какой-нибудь зеленый сталкер. Радону частенько приношу редкие артефакты, да и всякие его поручения выполняю. Короче, работаю не покладая рук и ног. Отсюда и плюшки.

– Как там говорится? «Жить хорошо…»

– «…а хорошо жить еще лучше», – смеясь, продолжил Тэкс. – Что верно, то верно. Это я тебе еще не все показал, чтобы уж совсем не шокировать.

– Боюсь даже представить, что это может быть… Скелет в шкафу?

– А ты шутник! Нет, конечно. Завтра покажу, а сейчас занимай правую кровать, ибо левая моя, и баиньки!

Джет нахмурился, переносицу прорезала глубокая морщина.

– Знаешь, Тэкс, ты, я вижу, хороший парень, и чувствую, что ты желаешь мне добра, только вот твои эти «потом, позже, завтра» нехило так напрягают. Ты либо говори сразу, либо уж ничего не говори вовсе.

Здоровяк стушевался и уставился в пол, как школьник, которого родители отчитывают за плохую оценку.

– Прости, я подумал, что тебе нужен отдых и переизбыток информации сейчас ни к чему.

– Позволь мне самому решать, что мне нужно. Сейчас мне нужны ответы на вопросы. Просто представь на минуту, что оказался на моем месте. Ты приводишь меня, зависшего в аномалии на полтора месяца и оказавшегося на незнакомой территории, в новое место, знакомишь с людьми, но толком ничего не объясняешь. Все потом, все потом, авось и сам разберется, а может, забудет и не станет вообще спрашивать. Так получается?

– Да ну нет, конечно…

– А для меня пока что это выглядит именно так. Я же даже не знаю толком, что ты за человек! – Джет увидел, что Тэкс прикусил нижнюю губу и, посчитав, что мог его обидеть, принялся оправдываться: – Пойми, я правда тебе очень благодарен за то, что ты, по сути, спас меня. Возможно, встреть я кого-либо другого или же вообще никого, был бы уже мертв. Просто… мне как-то непривычно видеть проявление такой доброты здесь, в Зоне. Выделил мне место в своей шикарной комнате, вызвался свести меня с вашим главным. Ты носишься со мной, как будто я представляю какую-то ценность, и это навевает определенные мысли, знаешь ли.

– И какие же? – немного с вызовом спросил Тэкс.

Теперь пришло время Джету стушеваться.

«Что, если мои опасения беспочвенны, а я сейчас наговорю лишнего?»

Но было уже поздно давать заднюю.

– Что ты помогаешь мне небескорыстно. Что, делая это, ты преследуешь какую-то цель.

В комнате повисла неловкая пауза.

– И какую же? – Тэкс не поменял интонацию, но глаза его теперь улыбались.

– Я… я не знаю… – признался Джет, всплеснув руками.

– Понимаю, ты меня еще совсем плохо знаешь, поэтому можешь и даже должен относиться ко мне с осторожностью. И я не вправе тебя за это осуждать. Однако спроси любого, кто меня знает, и они скажут, что такого добряка, как я, стоит еще поискать. Родился я, наверное, таким – добрым на всю голову. Не могу спокойно пройти мимо, когда человек в беде, обязательно приду на выручку.

– Тогда почему не пришел на выручку Лоле?

– Я думал, она ей не потребуется. Лоле палец в рот не клади, думаю, ты это уже понял. За себя она постоять умеет как никто другой. Поэтому, когда началась перепалка, я, как и все остальные, стоял в стороне и смотрел, потому что знал – сейчас этот утырок огребет по самое не балуй. Хотел лишний раз полюбоваться на нашу девочку в действии. Увы, в этот раз удача оказалась не на ее стороне. И когда я уже был готов вмешаться, на сцену неожиданно вышел ты. Совершенно без понятия, как ты это сделал, но я ведь еще при нашей первой встрече отметил, что силища у тебя ого-го!

Тэкс расстегнул куртку, бросил ее на спинку стула, а сам сел на кровать, уперев локти в коленки.

– Так что вот так, дружище! К тому же ты мне сразу понравился. Не в том смысле, только не подумай ничего такого… Я чувствую, нет, я знаю, что ты хороший человек, которого обстоятельства загнали в бедственное положение, и мне хочется тебе помочь. И ты окажешь большую услугу, если позволишь это сделать.

Джету стало стыдно за свои подозрения в адрес Тэкса. Он не знал, что сказать, поэтому смог только севшим голосом выдавить из себя:

– Спасибо! Спасибо за все! И извини, что сомневался в тебе…

– Рано благодаришь, говорю же, я еще ничего толком не сделал, – сказал гигант и лег, подложив под голову помимо подушки сцепленные в замок руки. Его ступни слегка свисали с кровати. Каким бы привилегированным он ни был, подходящей его росту кровати, видимо, не нашлось.

Джету полегчало. Он был рад, что этот разговор состоялся, многое встало на свои места. Да и Тэкс, похоже, не обиделся или хотя бы не подал виду.

– И тем не менее я благодарен тебе. Слушай, мне еще один вопрос не дает покоя: куда унесли Лолу и этого верзилу?

– Нашу девочку – в лазарет, хотя вряд ли ей нужна помощь медика. Думаю, она уже очухалась, теперь наверняка лежит у себя в номере. А что касается зачинщика драки, так его, скорее всего, заключат под стражу до выяснения всех обстоятельств. Сдается мне, он домогался до Аллочки, ну, официантки, что от него убегала. Тут видишь ли какое дело… У нас в баре официантки, если они не на работе, могут… хмм… оказывать сталкерам услуги деликатного характера. Не все и не в любую секунду, ты не подумай! Тут не публичный дом. Но… Ай, ладно, мы люди взрослые, чего уж. Ну и вот: мне кажется, тот козел просто нажрался и стал приставать к Аллочке. В любом случае ничего хорошего его не ждет.

– Ну не убьют же?

– Нет, конечно, мы ж не варвары, но в очень убедительной форме объяснят, что такое поведение неприемлемо. Желание борогозить и приставать к девочкам очень надолго отобьют. Тэк-с, ладненько, хватит на сегодня вопросов. Ложись давай, что как не родной? В ногах правды нет, – сказал Тэкс и неожиданно процитировал: – «Завтра будет новый день. Завтра взойдет солнце. Большое, яркое, для всех. И все будет хорошо, и мы наконец поймем, что счастье всегда было с нами, просто боль мы любили сильнее, замечали чаще».

– Красиво.

– «Запчасть Импровизации», Аль Квотион. Хорошие слова. Задвинь щеколду, выключи свет, ложись и ни о чем не тревожься. Ты в безопасности. Спи крепко!

– Спокойной ночи!

Джет запер дверь, опустил рычажок выключателя. Так как окна не было, комната погрузилась в кромешную тьму. Сталкер разделся до нижнего белья, на ощупь дошел до кровати и забрался под одеяло. Стоило ему расслабиться, как он тут же заснул.