Тихо скрипнула дубовая дверь и вышедший молодой помощник поверенного пригласил нас, собравшихся, в кабинет.

Мы, собравшиеся по поводу наследства моего отца, уже минут тридцать молча сидели на неудобных деревянных стульях перед кабинетом поверенного. Как бы ни я придумывала, но никакой темы для поддержания разговора не придумала, поэтому сидела молча и в уме рисовала новую модель платья для тёти Арны. Мачеха и староста, увидев нас, только коротко поздоровались. Мачеха, одетая во всё чёрное, время от времени только горестно тихо вздыхала, да иногда сухо щёлкала пальцами. Лицо её осунулось, морщины на лице стали глубже, под глазами пролегли тёмные тени. Староста приехал сюда по обязанности, очевидно, у него были свои дела в городе и время от времени он срывался со стула и вышагивал с одного конца коридора до другого, доходил до напольных часов, смотрел время, тоже горестно вздыхал и возвращался на свой стул.

Сарби села подальше от меня, поближе к матери, наряженная в красивую светло — коричневую дублёнку и такого же цвета шапочку, с завистью оглядывала мою лисью шубку. Не выдержав, она начала шептаться с матерью.

— Остынь! Не о том надо думать сейчас! — одернула её мачеха.

Сарби недовольно хмыкнула.

Первыми вошли мы, с Арной. За нами в кабинет вошли мачеха с Сарби и староста деревни, выступавший свидетелем со стороны отца.

Только здесь помощник поверенного догадался предложить нам снять верхнюю одежду. Спасибо! А то упарились!

Дни после похорон отца промелькнули перед глазами, как будто листы книги перелистала.

На следующее утро после похорон мы с тётей Арной сразу уехали, Сарби из комнаты не вышла, мне она и не нужна была. Мачеха, сухо пожелав нам доброго пути, вернулась в дом. Две служанки ( я и не знала, что они у нас есть), загрузили сани тюками моей одежды, постельного белья.

— Что это ещё? — удивилась я.

— Ваше приданое, Эльби,— ответила на мой вопрос одна из служанок.

— Что, уже выгоняют старшую дочь из дома? — проскрипела недовольно знахарка. Но тюки с вещами разрешила грузить на сани. Не пропадать же добру!

В мастерской Алана одна пыталась справляться с заказами, благо, выкройки были готовы.

И вот, поверенный зачитывает завещание отца. Как и предполагала тётя Арна, отец выделил нам, дочерям, одинаковые доли в деньгах, которые хранились в княжеском банке до полного совершеннолетия, то бишь до двадцати пяти лет. Дом со всем хозяйством, землёй и определённая сумма деньгами оставалась за мачехой. Мачеха заметно выдохнула, услышав эти слова. Опекуном Сарби назначалась мачеха. А вот моим опекуном, к моему удивлению, был определён мой дедушка Атнер, который до сих пор не соизволил со мной познакомиться.

— Одну минуту, госпожа Эльби и госпожа Сарби. Надо будет по артефакту проверить вашу кровь на подлинность дочерей Юмана. Так положено, — улыбнулся поверенный, выставив на стол кусок тёмного блестящего камня.

— Хорошо, что надо делать? Говорите! — согласилась я, дёрнув плечами.

Было страшновато. А вдруг артефакт не признает меня дочерью Юмана?

— Приложите палец к камню, — предложил поверенный.

Приложив к камню мизинец левой руки( не жалко, шить не мешает), я почувствовала небольшой укол.

— Ой! — дёрнув от боли, увидела капельку крови на пальце.

Не удержавшись, сунула мизинец в рот. Камень дзинькнул( наверное, для эффекта) и осветился ярким зелёным светом. Поверенный с помощником, и даже староста заулыбались.

— Поздравляю, госпожа Эльби, вы признаны наследницей своей доли, — поздравил меня поверенный.

Я незаметно выдохнула.

— Благодарю, господин поверенный, — смущённо произнесла я.

Такой же процесс провели и с Сарби.

Подписав документы, мы вышли.

— Слышала, госпожа Арна тебе деньги на мастерскую по пошиву одежды дала. Желаю удачи в работе,— сказала мне при выходе мачеха. Скованность в движениях и в речи после оглашения завещания у неё заметно исчезла.

— Да. Спасибо, — коротко ответила я.

Попрощавшись с нами, как чужими людьми, что, по определению, так и было, мачеха с Сарби уехали, прихватив с собой и старосту. Сарби так и не произнесла ни слова мне, и я тоже промолчала, говорить было не о чём.

— Ну вот, Эльби, теперь ты богатая невеста, поздравляю,— приобняла меня тетя Арна.

Я вздохнула, запихивая бумаги в сумку, что тут сказать, тут сказать нечего. Отца Эльби жаль, погиб страшной смертью. Дочерей он любил, и доли выделил одинаковые. Сумма в деньгах была существенной, но пользоваться могу через сколько лет? Да и деда я не знаю, каков он? Надо будет спросить у тети Арны, когда он захочет со мной встретиться? И до сих пор у меня нет знаний о попаданках в чужие тела в этом мире. Если я оказалась здесь, то и другие могли? И как они живут? Что с ними стало и много ли таких? Тётя Арна твердит одно, что всё со мной будет хорошо, а про другие случаи она не знает. Все ссылается на своего отца Атнера, мол, он разберётся и сообщит нам в своё время.

И тут глаза Арны уставились в точку за мной.

— Тётя Арна, куда вы смотрите? Что там интересного увидели? — заинтересовалась я её удивлённым взглядом.

Не дождавшись от неё ответа, начала поворачиваться лицом в ту же сторону, куда смотрела знахарка.