Утро выдалось погожим, но только в Московской губернии, где на закрытой территории, принадлежащей Тайной Канцелярии, готовились к убытию на Урал люди.
Личный состав, подчинённый непосредственно руководителю Тайной Канцелярии полковнику Протопопову. Посошные мастеровые, выставленные с помещичьих да боярских подворий. Тягловые лошади и быки, впряжённые в обозы, чьи телеги доверху гружёны самым разнообразным скарбом и инструментом. Уже ушли на восток непомерно крупные, буквально отражающие имперские амбиции страны, дирижабли, снаряжённые на пределе их технической грузоподъёмности. Набор высоты дался им с очевидным трудом. За последними сборами и подготовкой к убытию наблюдал самолично Ростислав Поликарпович.
Офицер, стоя на сборной площади в своей повседневной форме одежды, будто бы не замечал не по-весеннему активное солнце. Сегодня припекло отменно: погода лётная, даже почти что летняя. Самое то, чтоб без спешки и отвлечения организовать переброску личного состава. И сборы проходят быстрее, и непогода не сбивает внимание. Словом, расклад выдался наилучший.
Рядом с полковником стоял, выжидая свой час, Великий Архимаг Путей Берислав. Древний старец нигде не расставался со своим артефактным посохом, использовал он его и сегодня. Пока что в качестве дополнительной опоры для своего далеко не молодого тела. Чуть позже он понадобится для открытия Пути.
Обыденно, в подобных случаях подмогу ему составляла прапраправнучка, наследница древних знаний, действительный тайный советник первого класса Бериславская Алина. Но сегодня она в составе приданной одному призванному наёмнику дружины продвигается навстречу солнцу, идя строго на восток, выполняя, быть может, самое важное и ответственное поручение за всю свою жизнь. Да что там, свою… едва ли найдётся в истории Империи некто, кто свершил уже деяния, превосходящие по значимости то, чем занимается сейчас маленькая хрупкая девушка…
Сегодня заместо неё присутствовали родичи: светлейший князь Бериславский Святогор Тихомирович, его супруга светлейшая княгиня Яна Истиславовна, и светлейшая княжна Злата. Младшая дочь семьи настолько окрепла благодаря стараниям всё того же призванного наёмника, что родители всё чаще стали брать её на различные мероприятия с собой, чтобы ребёнок, пропустивший взросление ввиду своей болезни, максимально быстро освоился в этом мире. Не всё всегда шло гладко, но и это был уже прогресс.
Правда, не такой уж абсолютный, чтобы начисто отказываться от помощи: сегодня семью Бериславских сопровождала старшая помощница семьи, Марина, значительно преобразившаяся за последнее время.
В обыденное время внешний вид девушки не сильно отличался от остальных, занятых работой по дому и имению. Нижняя белая рубаха, до колен, сверху — атласный сарафан почти до щиколоток. Слегка приталенный и чуть зауженный, чтоб широкими полами не мешался работе, но тем не менее.
Сегодня же, с тех самых пор, как состоялся тайный разговор Святогора с Мариной после её ночи в объятиях Мастерова, девушка изменила свой облик. Сейчас на неё красовался всё также приталенный, но уже намного более короткий китель, доходящий лишь до бёдер, и относительно короткая, до середины бедра, юбка. Тёмные тона гласили о принадлежности к родовой гвардии: как только старшая помощница семьи задекларировала невообразимо возросшую способность воззвания к Силе, решено было перевести её на службу к Ратибору, где возможности Марины раскрывали свой потенциал наиболее широко. Совсем уж непривычно, но оттого не менее строго смотрелся револьвер в кобуре на портупее: а простым служанкам пороховое оружие не даётся. Просто незачем. Всё это вкупе облекало девушку в абсолютно новый ранг, недоступный для неё прежде.
Правда, как и раньше, она держалась подле своих нанимателей и не отлучалась от Златы. Пусть со стороны молодая наследница рода и выглядела без пяти минут здоровой, иногда в светло-золотистой головке девушки что-нибудь, нет да нет, перемкнёт, и тогда от неё можно ожидать абсолютно что угодно.
Сегодня, правда, надобности в этом не было. Исправно принимающая чудодейственные снадобья Злата не только полностью успокоилась от буйств и восстановила сон, но и демонстрировала удивительные для её состояния зоркость, наблюдательность, внимание и интерес к происходящему вокруг. Во многом вела себя, как будто ей семь лет, а не семнадцать, но даже так, это было несравнимо лучше того безумия, в котором она пребывала ещё два-три месяца назад.
Компанию старому другу и соседу составлял светлейший князь Морозов со светлейшей княгиней Олесей. Так как старшая дочь Ветрана, подобно Алине, пребывала далеко за Уралом и облекала свой род в неувядаемый саван народной славы, сегодня с родителями присутствовала младшая, Милослава. Девочка с интересом наблюдала за выстроенными в колонну людьми, лошадьми, быками, телегами и за снующими вокруг проверяющими, в последний момент времени отмечающими полное соответствие всего положенного всему положенному.
— Не могу отделаться от мысли, что мы что-то забыли сделать, — буркнул вникуда полковник Протопопов, не обращаясь ни к кому конкретному. — Вроде бы, по десять раз всё перепроверили. А всё едино чувство, будто изготовили не всё.
— Так и есть, друже, — Великий Архимаг Путей Берислав, опираясь на свой посох, неспешно поглаживал свою длинную бороду. — Однако, паче пущего чело свое не терзай думами. Человек предполагает, а Господь располагает. До всякого бытия не изготовишься. Что можно — то предусмотрели. Не каждый день и час экспедиции на край света снаряжаются.
— Зато до Первоуральска как к себе домой ездим, — тихо возразил Ростислав. — Ужо за столько-то лет можно свыкнуться с мыслью, что ничего нового не случилось. Подумаешь, целую армию работящих рук заместо боевых штыков гоним… и не такое перебрасывали.
— Путями — точно не перебрасывали, — заметил светлейший князь Бериславский. — Но я согласен с великим предком. Перед смертью не надышишься. Случись чему забыться — нас бы уже известили. По продовольственной части мы абсолютно точно уложились в перечень истребуемого.
— По орудиям и боеприпасам также, — светлейший князь Морозов пребывал в менее приподнятом настроении: под глазами следы усталости и недосыпа. — Не считая полевых артиллерийских. Но снабжение Первоуральского гарнизона удалось претворить в жизнь.
Яна Истиславовна с сочувствием посмотрела на него.
— Нездорово выглядишь, Властислав Иванович… никак, умаялся?
Мужчина махнул рукой, не желая жаловаться на жизнь свою горемычную чужой жене, когда своя под боком есть. Тем более, все знали, что жизнь таковой стала с подачи одного небезызвестного наёмника.
— Мануфактуры не останавливаются ни на минуту, — отозвался он.
Вроде бы, и в жилетку женщине не плакался, но и без ответа её участливый вопрос не оставил.
— Рабочие сменяются в три смены. Выпуск продукции на пределе способностей предприятия. Молю Бога, чтобы уложились в срок.
Злата посмотрела на Морозова. Судя по помятому внешнему виду, светлейший князь «сменялся в три смены» наравне со своими рабочими.
Что, между прочим, не было далёким от истинного положения дел. Понимая, что задача архиважная и сверхсрочная, мужчина буквально лез из кожи, стараясь сделать всё от себя зависящее, чтобы заводы выполнили заказ Великого Императора Всероссийского. Переложить всё на плечи подчинённых было бы проще: те же снабженцы и получают свои выплаты за работу. Но чем больше ступеней в организации, тем больше инертность: есть шанс не успеть к сроку. Потому отдельные задачи Морозов решал собственноручно, и, если надо, по ночам. Потому недосыпал значительно, зато спал спокойно. Зная, что сделал всё возможное.
Руководитель Тайной Канцелярии вздохнул.
— По усопшим молебны о здравии не служат. Что могли — мы сделали. Пора бы и честь знать. Надо отправлять караван.
Светлейший князь Бериславский посмотрел на Великого Архимага Путей Берислава.
— Плац гарнизона Первоуральска не вместит в себя столько обоза. Полагаю, есть смысл отворить Путь где-нибудь на ближних подступах к городу.
Поглаживающий бороду старец нерасторопно кивнул, выражая согласие с доводами Святогора.
— Видится мне, место якорения наших воздушных кораблей самое сподручное. Корабли покамест в пути и не прибыли. Широкая дорога к городу примет на себя всё наше войско…
— И не только войско…
Руководитель Тайной Канцелярии просмотрел на светлейшего князя Бериславского.
— Святогор Тихомирович, Империя испросит вашего содействия в одном непростом деле.
За дипломатической формулировкой слышалось жёстко выставляемое требование. Ведь, светлейшие князья — это не всегда титул, дарованный за некие заслуги перед Отечеством. Нередко это крест, возложенный на плечи сильных людей, который, кроме них, больше некому вынести. Порой тот, кто этот крест возложил (или люди, с ним предстоящие) и требуют, чтоб его несли. Это как раз один из таких случаев.
— Отчего же не посодействовать, Ростислав Поликарпович? — пожал плечами глава семьи, прекрасно понимая оное. — Надо — подсобим. Потребно ещё некое снарядить?
— Не в этот раз. По крайней мере, сразу. Наш Мастеров опять изволил отличиться. В ходе прохождения сквозь Зауралье вышел на селение чуди белоглазой и завязал с последней контакт без кровопролития.
Новость нерядовая, и в любой другой обстановке поразила бы всех присутствующих пуще грома средь безоблачного неба. Но не сейчас, когда эти самые присутствующие буквально живут и дышат Зауральем.
Нашлась жизнь в считавшихся безжизненными неизведанных землях? Ерунда. И не такое случалось. Вон, вообще призвали из иного мира божьего человека, на российском наречии изъясняющегося. После такого весть об обнаружении поселения легендарного народца не кажется такой уж немыслимой.
— Освоение земель за грядой Урала сулит Империи баснословные богатства, — Протопопов констатировал очевидное, понятное даже ребёнку. — Леса. Ископаемые. Полноводные реки с чистой водой. Меха и мясо. Плодородные земли для взращивания пропитания. Всё это не должно достаться супостату даже в виде выжженной земли. Но это возможно только в двух случаях: если Империя захватит Зауралье огнём и мечом, или же добрым глаголом и благим отношением. Из-за противостояния западным соседям у нас нет лишних сил на борьбу с врагами на востоке. Остаётся лишь дипломатический путь.
Дальше продолжать бессмысленно. Светлейший князь Бериславский организовывал и участвовал в экспедициях на Урал и за его пределы. Изучал труды своего предка, Великого Архимага Путей Берислава. Знал о той же чуди белоглазой ничуть не меньше, чем многие архивариусы. В особенности, если учесть, что архивариусы узнавали о чуди сведения, добытые экспедициями Бериславского. Кому, как не ему поручать работы по Зауралью?
Первоуральск
Логистические операции подобного масштаба проводились буквально считанные разы. Как и тогда, сегодня вся работа легла на плечи Великого Архимага Путей Берислава: больше никто не в состоянии воззвать к Силе Путей и развернуть проход, удерживая его достаточно долго, чтоб через него прошла целая армия рабочего люда с животиной и повозками.
А на памяти руководителя местного Управления Тайной Канцелярии полковника Ротмистрова такая операция и вовсе производилась впервые. Офицер не стал перекладывать ответственность за неё на плечи нижестоящих по рангу, и принимал прибывающих собственнолично, вместе с офицерами штаба встречая их на подъезде к Первоуральску.
Едва успели пришвартоваться и опуститься к земле тяжёлые дирижабли, и только-только приступили к их разгрузке наземные службы, привлечённые к работам, как неподалёку отворился Путь. Из прорехи ткани пространства-времени, необычайно широкой для этого явления, стали проявляться люди, ведущие караван тяжело гружёных повозок. Одна за другой, рядами по две сразу, занимая практически всю ширину ведущей в Первоуральск дороги, звонко перестукивая по бетону подковами на копытах тяжеловозов, неспешно и с натягом. Некоторые гружены с верхами, на некоторых верхов не видно, но к каждой повозке был придан свой направляющий, ответственный за её содержимое: он и будет чуть позже помогать в размещении перемещённого груза.
Вслед за многочисленными телегами, запряжёнными лошадьми-тяжеловозами, стали появляться они же, ведомые уже массивными, неповоротливыми быками. Опытный глаз руководителя сразу оповестил Ротмистрова о прибытии своим ходом стратегического запаса мяса: по иным случаям быков, обычно, не впрягали.
А когда бесконечная вереница телег обоза, чья голова скрылась за горизонтом и уже вошла в Первоуральск, минула прореху, наконец последовали люди: рабочие, мастеровые, землекопы, лесорубы, столяры, плотники, и прочая, и прочая, и прочая. Навьюченные не хуже своих лошадей, крепкие рослые и сильные мужчины несли за плечами объёмные тюки со своим скарбом, а наиболее тяжёлые предметы, на подобие инструментов, катили на ручных тачках перед собой. По оснащению этих прибывших полковник Ротмистров, наконец, понял тот объём работы, который ему расписывал Великий Император Всероссийский Александр. Но слышать и мысленно переводить его в трудо-дни — это одно. А воочию видеть всех тех, кто собирался по высочайшему повелению этот самый объём работы исполнить… это уже абсолютно другое.
Замыкающими сквозь прореху Пути прошли — не много и не мало — полковник Протопопов, чета светлейшего князя и княгини Бериславских с младшей дочерью, светлейшей княжной Златой, чета светлейшего князя с княгиней Морозовой с младшей дочерью, светлейшей княжной Милославой, да сам Великий Архимаг Путей Берислав.
Стоило только последнему оказаться по эту сторону Пути, как прореха за его спиной поспешила захлопнуться. Каким бы Великим Архимаг ни был, но столь длительное поддержание портала для проводки столь внушительного числа живой силы с приданным скарбом потребовало от него наиполнейшей самоотдачи на грани своих сил и возможностей. Нынче Берислав, перестукивая подтоком своего артефактного посоха, старался держаться из последних сил, чтоб не рухнуть оземь. Мощь покидала тело старца, в свои девятьсот девяносто девять лет исполнившего такое, что не исполнял и в двадцать.
Ротмистров поспешил с докладом к своему непосредственному начальнику.
— Желаю здравствовать-с, господин полковник! — бегло, без излишнего заискивания сообщил он. — Дождались-с прибытия дирижаблей. Пришвартовали, приступили к разгрузке.
— Великолепно, — Протопопов принял сообщение. — По предостережению Мастерова тихо? Проявления возмущений были?
— Никак нет, Ростислав Поликарпович. Ни чудью белоглазой, ни иными возмутителями спокойствия никаких беспорядков не учинилось.
— Тем лучше.
И добавил, косясь на подающего тревожные симптомы старца.
— Великого Архимага Берислава сопроводите к лекарям. Пусть его осмотрит Велесов и Вешняков. Налицо полное бессилие, сулящее скоропостижную кончину.
— Исполним незамедлительно-с! Изготовим самоходку-с.
— Исполняйте. Остальное вправе обождать.
Ротмистров тотчас же испарился исполнять поручение. Это не тот случай, когда можно делегировать задачу младшим по чину: старец Берислав действительно держался на неведомых резервах, а его потеря — страшнейший удар по стратегическому паритету на всём европейском театре действий. На силе и мощи одного-единственного Архимага Путей держалась доктрина обороны всей Империи. Не стань его — и кто знает, к чему придёт всё остальное… На счету каждая минута. Медлить нельзя и полковник Ротмистров сам доставит старца к лекарю, если того потребуется. Он далёк от мира, из которого прибыл Мастеров, а потому не знает, что офицеры не бегают. Это в том мире их бег вызывает смех в мирное время и панику в военное. А у себя на родине полковник Ротмистров — руководитель местного Управления Тайной Канцелярии, на котором держится весь Восточный Предел. Он и не только бегом удивить горазд.