Был межпланетный ринг от звонка к звонку

Как стрельбище каждый шаг к дверному глазку

Батлом батл, сновидение сном, клином клин

Для веры, что реки сойдутся в адреналин

Но реки, как веки, и сходятся, чтоб разойтись

Наш герой часто слышал «Да ладно» и «Попустись»

И думал: «А как, как тут попустишься? Не поможет и кольт»

Кстати, пора уже дать парню имя. Пусть он будет – Изольд

Ассимиляцией всех ремиссий прозвенит тишина

И грянет ласковый дождь в стратосфере, которая не нужна

И вот он спускается в сумрачный Альфавиль

С лицензией на убийство своей любви

Был странный принцип верить своим друзьям

Но какой-то злой демон их всех превратил в обезьян

В личной жизни царила вендетта, много бухла

А потом наступило лето, ша-ла-ла-ла

Лето, зима – за чертой не один ли хрен

Барбусы выросли взрослыми, ростом с мурен

С пистолетом Magnum в дверном проёме здоровенный Амур

И хвост его как гордиев узел. Точней – как бикфордов шнур

Где же твоя Тристана, Изольд? Что это за расклад?

Её светлые волосы перехвачены лентами автострад

И вот он спускается в сумрачный Альфавиль

С лицензией на убийство своей любви

Был леденящий кайф от того, что всё

Уместилось бы в три стихотворных строчки Басё

И сколько таких Изольдов ушло в рассказ

Где вместо сюжета сталь воронёных глаз

И Тристана приходит в общество Аэлит,

Где каждая, кто не Иштар, то значит – Лилит

И прекрасная половина общества, солнечный батальон

Обсудит, как выйти замуж за милльонера, и как украсть миллион

Ночь полнолуния. Звёздная уния. И звёзды, ведя хоровод

Будут петь: Пойди, Автор, выпей яду, а кто-нибудь – Автор жжёт

И вот он спускается в сумрачный Альфавиль

С лицензией на убийство своей любви

И вот Мы спускаемся в сумрачный Альфавиль

И у каждого штампик в паспорте: License to kill…