Мы молча ждали поставки Яром тяжёлых роботов уже двадцать минут. Я наблюдал за коридором и думал: зачем я пошёл на эту базу? Что меня сподвигло это сделать, да ещё и взять с собой всё руководство Домом? Мои мысли то и дело возвращались к тому моменту, когда я принял это спонтанное решение. Возможно, моё предчувствие мне подсказало: ведь если бы нас тут не было, наши штурмовики гарантированно понесли бы потери. К тому же у них нет возможности переродиться, как у всех, кто сейчас здесь. А потери были бы большими. Группа Шерхана оказалась очень серьёзным противником.

— Роботы будут у вас через две минуты. Восемь единиц, — я услышал голос Яра. — Веду одного к Марку и одного к вашей группе, мой князь. Остальные шесть идут к лифтам в левой части первого уровня.

— Отлично, Яр. Веди двух роботов сразу к месту взрыва плазменных гранат и выведи мне на дисплей бронешлема изображение с их сенсоров, — приказал я, посмотрев в коридор, где уже слышались гулкие шаги тяжёлого бронированного робота.

Дисплей бронешлема разделился на две части. С одной стороны транслировалось изображение с сенсоров робота моей группы, с другой — шло изображение с сенсоров робота группы Марка.

— Пойдём за ними? — спросил Игнат, подходя ко мне и пропуская робота.

— Нет. Стоим на месте. А лучше давайте уйдём дальше, — чуть подумав, сказал я. — Марк, уводи свою группу в сторону дальних лифтов с твоей стороны, — приказал я, посмотрев, как робот завернул за угол.

— Принято, отходим, — тут же ответил Марк.

— Игнат, наша группа уходит назад к выходу с базы. Оттуда потом двинемся либо к месту взрыва, либо к лифтам.

— Принято, — он кивнул, и наша группа сразу начала движение.

Мы уходили дальше от возможного повторного взрыва плазменных гранат. Новых батарей для энергощитов бронекостюмов было слишком мало, чтобы постоянно их менять.

Мы быстро отошли к входу на базу и укрылись в соседних коридорах. Я внимательно следил через сенсоры роботов за происходящим. Коридоры были оплавлены до такой степени, что металл полностью стёк со стен в коридорах, оголяя породу астероида. Роботы замедлили движение, перебираясь через застывшие, но ещё пышущие жаром металлические лужи. То, что я видел, явно не способствовало выживанию группы Шерхана. Но моё предчувствие вновь стало твердить: идти туда нельзя.

Роботы планомерно продвигались вперёд, и чем ближе они подходили к эпицентру взрывов, тем сильнее были разрушения.

Они прошли останки первых двух роботов, которые, на удивление, хоть и были сильно повреждены, но сохранили свой внешний вид. Их энергощиты приняли на себя основной удар плазмы. Если бы гранаты взорвались набольшем от них расстоянии, то они вообще остались бы целыми.

Оба робота остановились возле расплавленной двери, за которой оказалась не комната, как мы думали, а коридор, уходящий дальше вглубь астероида.

— Яр, оставь одного робота на входе, второго отправляй по коридору, — приказал я. Моё чувство опасности вновь закричало. — Всем группам максимально уйти с коридоров. Зайдите в комнаты и закройте двери!

— Принято, — тут же ответил Марк.

Нашей группе пришлось полностью выйти с базы и закрыть за собой дверь. Как только мы это сделали, чувство опасности утихло. Но я пока не понимал, что должно было случиться.

Робот под управлением Яра углублялся в коридор. Пройдя метров сорок‑пятьдесят, он снова упёрся в двери. В этот раз двери были практически целые, но механизм открытия был уничтожен.

Робот своими клешнями вцепился в двери и постепенно сдвинул их в сторону. Перед ним открылась комната, в которой лежали четыре искорёженных бронекостюма.

— Фиксирую признаки жизни у двух человек, — произнёс Яр, и его робот двинулся к бронекостюмам.

— Я знаю, что ты меня слышишь, князь, — в динамиках моего бронешлема раздался тихий голос Шерхана. — Я тебе говорил, что мы лучше сдохнем здесь, чем станем твоими рабами. Но и ты не уйдёшь отсюда живым.

Шерхан закашлялся, и я увидел на дисплее, как один из бронекостюмов пошевелился. Мои глаза расширились: Шерхан лежал на ящике с плазменными гранатами.

Яр это тоже увидел, и турели робота моментально заработали, уничтожая Шерхана. Но было поздно: вспышка была настолько яркой, что на миг ослепила меня даже через дисплей шлема. Спустя секунду огромная волна плазмы дошла до второго робота. По астероиду прошла вибрация. Металл над нами и на стенах начало корёжить.

— Яр! — закричал я.

— Угрозы разрушения астероида нет, — тут же начал выдавать отчёт Яр. — Фиксирую разрушение двух лифтовых шахт. Одна, самая дальняя с левой стороны, уцелела. Первый уровень базы практически уничтожен. Второй уровень получил значительные повреждения. Третий уровень — лёгкие повреждения, четвёртый — без повреждений.

— Что с группой Марка? — мой голос дрогнул.

— Все живы, энергощиты практически у всей группы отсутствуют. Фиксирую работу автодоктора в бронекостюмах Милославы, Каэля, Георгия, Фотиса, Кассиана. Фиксирую замену батарей энергощитов. Энергощиты восстановлены. Максимальные повреждения у бронекостюма Кассиана, — отчитался Яр.

— Заходим, — я начал открывать двери. — Двигаемся к группе Марка.

— Марк, вы как? — спросил я.

— Нормально, но у Кассиана перелом обеих ног. На него свалился кусок породы. Пытаемся вытащить его, — запыхавшимся голосом ответил Марк.

— Яр, пришли к нам отряд штурмовиков с медицинскими капсулами, — приказал я, полностью открывая двери. — И на всякий случай инженерную группу для разбора завалов.

— Уже отправляю. Будут через двадцать минут. Также начинаю расчистку завалов с помощью боевых роботов, — сообщил Яр.

— Они уцелели? — удивился я.

— Да. Были слишком далеко от эпицентра. Энергощиты от двадцати до сорока процентов. Группа, которая к вам влетит, возьмёт новые батареи для их щитов, — отчитался Яр.

Мы бежали по разрушенным коридорам. Последний взрыв был такой мощи, что нам в некоторых местах приходилось расчищать завалы, что сильно нас тормозило.

Мы не успели пройти и половины пути, как прибыли наши штурмовики и инженеры. Процесс пошёл быстрее. Инженеры пригнали специального робота для расчистки завалов, и нам оставалось только двигаться за ним.

Артём Порецкий взял на себя руководство вновь прибывшими. Забрав себе половину людей, он пошёл другой стороной, туда где Яр с помощью боевых роботов расчищал завалы.

Спустя ещё тридцать минут продвижения по разрушенным коридорам мы наконец добрались до лифтовых шахт, где в технических комнатах были завалены наши друзья. Расчистив проходы, мы вскрыли двери и вошли внутрь. В первой комнате никого не было, во второй, самой большой, по кругу сидела команда Марка. Они уже вытащили Кассиана. Он лежал без сознания со снятым шлемом.

— Рад вас видеть, князь, — усмехнулся Марк. — Если бы не ваше предупреждение, мы бы уже были на «Северной Твердыне» в лаборатории Яра.

Я улыбнулся.

— Собирайтесь, на сегодня ваша миссия закончена. Возвращаетесь на «Северную Твердыню». Дальше мы сами, — я помог встать Милославе, у которой, похоже, была сломана рука, судя по искорёженному бронекостюму.

Перенос Кассиана и вывод всей группы с базы занял ещё полчаса. Я проконтролировал, чтобы с Кассиана аккуратно сняли бронекостюм и уложили в медицинскую капсулу. Также сразу в капсулы отправились Милослава, Георгий и Фотис.

— Себастьен, Гастон, вы тоже улетаете, — я посмотрел на них. — И это не обсуждается.

Они молча кивнули и отправились на корабль.

Проводив взглядом взлетающий десантный корабль, я повернулся к оставшимся.

— Идём к уцелевшему лифту. Первыми спускаются роботы под управлением Яра — по два на каждый уровень. И начинают зачистку. Далее — группа Артёма, второй уровень. Потом ты, Игнат, — на третий уровень. Потом я — на четвёртый, — начал я говорить и увидел, как нахмурился Игнат.

— Почему ты пойдёшь на самый нижний уровень, князь? Там больше всего противников и… — Игнат не успел закончить свою речь, я не дал ему продолжить.

— Игнат, я точно знаю, что туда должен пойти именно я. Доверься мне, как доверял, когда мы вели бой с группой Шерхана, — я посмотрел ему в глаза.

Он вздохнул, отвёл взгляд:

— Хорошо, мой князь. Вы правы, — Игнат опять перешёл на официальный тон, что означало, он полностью успокоился.

Мы вошли внутрь базы и двинулись к уцелевшей лифтовой шахте. Левая сторона первого уровня пострадала меньше, хоть и была полностью разрушена. Металл до сих пор местами даже полностью не остыл, пребывая в полужидком состоянии. Но обвалов породы астероида здесь практически не было. Добравшись до лифта, я посмотрел на карту. Нас уже ждали, судя по скоплению пиратов возле выходов из уцелевшей шахты и установленных там переносных турелей.

— Яр, я так понимаю, скрытые турели на других уровнях тоже уничтожены? — уточнил я, открывая двери лифта.

— Да. Группа Шерхана сообщила на нижние уровни, что турели под нашим контролем, и их быстро уничтожили. Сложно обороняться, когда турель обстреливают с двух сторон. У них же нет энергощитов, — ответил Яр. — К тому же они уничтожили часть сенсоров. Так что кое‑где для меня теперь слепые зоны. Сделал пометки на карте.

Я глянул на карту, на которой появились затемнённые куски базы. Не критично. В основном всё осталось как и было.

— Ладно, отправляем роботов. Заводи, Яр. Сначала второй уровень, — я отошёл в сторону, пропуская в лифт двух тяжёлых бронированных роботов, которые еле втиснулись в кабину.

Двери лифта закрылись, и кабина пошла вниз. Я смотрел на карту, на которой началось движение красных точек. Пираты готовились к обороне.

— Яр, выведи нам на дисплеи картинку с сенсоров роботов, — попросил я.

Карта сместилась в правую сторону, став практически прозрачной, на дисплее появилась картинка с сенсоров одного из роботов. Как только двери лифта стали расходиться, на роботов посыпались плазменные шары из штурмовых винтовок и переносных турелей.

Я усмехнулся, отслеживая показания энергощитов роботов. Они снижались, но настолько медленно, что шансов у пиратов не было. Как только роботы открыли ответный огонь из своих турелей и вышли из лифта, можно было с уверенностью сказать, что второй уровень будет зачищен без особых проблем.

Я прислушался к своим ощущениям, на миг снова начав переживать. Но нет, опасности я не ощущал.

Передо мной открылись двери пустого лифта, и два новых робота вошли внутрь, начав спускаться на третий уровень.

Спустя двадцать минут я со своим отрядом заходил в лифт, отправляясь на четвёртый уровень. К этому времени роботы и группа Артёма Порецкого уже заканчивали зачистку второго уровня. А группа Игната прошла уже половину третьего. Мои роботы на четвёртом уровне тоже двигались вперёд, создавая для нас плацдарм для спокойного выхода из лифта.

— Спейс‑майор Порецкий, спускайся на четвёртый уровень, как только закончишь зачистку, — скомандовал я перед тем, как двери лифта закрылись.

— Принято, — отреагировал Артём.

Я посмотрел на карту, пираты на четвёртом уровне, прекратив сопротивление в коридорах, уходили к последней комнате, где, по данным Яра, мог находиться координатор.

— Яр, — произнёс я, как только моя группа вышла из лифта на четвёртом уровне. — В каком состоянии энергощиты роботов?

— Чуть меньше восьмидесяти процентов, — откликнулся Яр. — Пираты минируют подходы. Устанавливают электромагнитные мины для уничтожения роботов. Роботы смогут выдержать несколько срабатываний, но дальше не пройдут.

Я посмотрел на карту второго и третьего уровней. Группа Артёма уже двигалась к лифтам, группа Игната заканчивала зачистку своего уровня.

— Предлагаю дождаться остальных. Не нравится мне всё это, — задумчиво произнёс я, глядя на целую кучу красных точек, которые распределялись по соседним коридорам и устанавливали на подходах к комнате электромагнитные мины.

Яр методично подсвечивал жёлтыми метками установленные мины и переносные турели.

— Тормози роботов, сейчас подойдём. И будем ждать остальных, — скомандовал я и, махнув своей группе, двинулся вперёд.

«Кто же тут окопался, что его так яростно защищают?» — промелькнуло в моей голове, когда моя группа с двух сторон подошла к основным коридорам, где встали наши тяжёлые роботы.

Постепенно стали подходить остальные: сначала пришла группа Артёма, минут через пятнадцать — штурмовики Громова.

— Ну, что будем делать? — спросил Игнат, внимательно изучая на карте расстановку мин. — Удивительно, — хмыкнул он и, сняв бронешлем, посмотрел на меня. — Тоже профи. Смотри, как чётко устанавливают мины. Роботы там не пройдут.

— Вижу, Игнат. Но меня больше интересует, кто там окопался, что его так отчаянно защищают. Ведь ясно, что мы их не выпустим. Тем не менее они не собираются сдаваться, — я посмотрел на Игната, тоже сняв бронешлем.

— Не знаю, но догадываюсь, что кто‑то очень важный. Не зря ведь твоё предчувствие тянуло тебя сюда, Ратибор, — произнёс Игнат, когда мы отошли чуть в сторону от остальных, чтобы нас не слышали.

— Вот и я не знаю. Но чувствую, что этого кого‑то нам обязательно надо брать живым. При этом у меня нет чувства опасности. Значит, мы однозначно тут пройдём, — я посмотрел в коридор: там, за следующим поворотом, уже стояли мины и переносные турели.

— Я сделал расчёт, с учётом того, что часть мин роботы успеют уничтожить, шести оставшихся тяжёлых роботов хватит, чтобы проложить дорогу, если они пойдут один за одним, — из бронешлема послышался голос Яра.

Мы с Игнатом переглянулись и стали надевать свои шлемы. Как только они герметично состыковались с бронекостюмом, я произнёс:

— Яр, повтори, что ты сказал.

— Шести роботов хватит, чтобы продолжить путь до дверей. Но дальше сами. Я расчищу вам путь от пиратов, — повторил Яр.

— Отлично, действуй, — согласился я.

Нам пришлось подождать, пока Яр соберёт боевых роботов в одном месте и двинется вперёд.

Мы ждали, пока впереди шёл отчаянный бой. Роботов взрывали минами, роботы уничтожали турели и пиратов. Я отслеживал ситуацию на карте, когда услышал снова голос Яра:

— Путь расчищен до дверей. В боковые проходы не уходите там до сих пор стоят мины.

— Я вижу, Яр. Спасибо, — ответил я. — Игнат, начинаем движение. Что там за дверями, мы не знаем, так что предельная осторожность.

Мы двинулись по коридору, аккуратно обходя уничтоженных роботов и трупы пиратов. Добравшись до двери, мы встали по обе стороны.

— Все готовы? — спросил я и обвёл нашу группу штурмовиков взглядом. Кто‑то кивал, кто‑то поднимал палец вверх. Я чувствовал, что все были собраны и готовы к любому развитию ситуации. Нажав на сенсор открытия двери, я быстро заглянул в комнату и отпрянул за стену.

На минуту я опешил от увиденного, но, быстро взяв себя в руки, вошёл в комнату. Следом за мной вошли Игнат, Артём и ещё пара штурмовиков.

В центре комнаты стоял большой металлический ящик с небольшим прорезанным окошком, из которого на меня смотрел бывший герцог и глава Великого Дома Меровингов — Гильом де Мерови.

Я подошёл к нему и снял бронешлем.

— Признаться, я удивлён увидеть тебя здесь, Гильом.

Я сразу попытался проникнуть в его мысли, но упёрся в защиту, которую не смог продавить. Похоже, тут использовали прибор разработки моей матери.

— И я удивлён, что вообще здесь оказался, Ратибор. Но… — Гильом прикрыл глаза; я впервые увидел, как он плачет. — Видно, я слишком много допустил ошибок, и теперь пришлось за них расплатиться.

— Расскажешь, что здесь вообще происходит? — спросил я.

— Могу рассказать, но таймер тикает, Ратибор. У тебя двадцать минут, чтобы убраться отсюда. Весь астероид заминирован. И твой Яр не сможет взять мины под контроль. Всё продумано, Ратибор. Мне жаль. Это ловушка, которую строили специально для тебя, — Гильом горько усмехнулся. — И я, как и группа Шерхана, играю здесь главную роль.

У меня не было чувства опасности, тем не менее я посмотрел на Игната:

— Быстро уводи всех. Как раз успеете взлететь. А мне надо поговорить. Встретимся на «Северной Твердыне». И не спорь, не трать время, Игнат.

Он кивнул, и штурмовики бросились на выход.