Любой мужчина знает, что если женщина спрашивает: «Кого ты любишь больше: меня или борщ?» – правильный ответ – первое.

Как правило, диеты строятся на ограничении. В занудной литературе, где так и норовят ввернуть слово длиннее шести букв, все подобные способы помучить человека называются рестриктивными программами питания. Ну, то есть такими способами, методами и стилями питания, которые строятся на жестких запретах.

Как правило, человеку предлагается ограничить что-то, а лучше – полностью исключить. И в этом смысле запрещать кому-то все, что он любит в пищевом смысле этого слова, кажется очень несложным и выглядит как простое и очевидное решение.

Я провел удивительное наблюдение, которое каждый из вас может легко повторить. Если вы оглянетесь вокруг, то девять из десяти окружающих вас людей наверняка окажутся диетологами. Практически у каждого есть своя теория правильного питания. И самое удивительное, люди всегда с удовольствием и даже с пылом готовы ею поделиться.

В основном все эти теории строятся на том, что именно нужно убрать из рациона. Мучное, сладкое, жирное, соленое, острое, коричневое. А еще лучше решительно удалить из продуктовой корзины все радостное и питаться исключительно тем, что имеет такой вкус, как будто тебя никто не любит.

Каждый второй человек, который пишет мне в социальных сетях, сообщает:

– Да я перепробовал уже все диеты. Я всe пробовал. Мучное убирал, сладкое убирал, жирное убирал – все делал. Но непонятно, вес почему-то все равно растет. Наверное, все-таки широкая кость, наверное, с возрастом гены погнулись, или это проклятье какое-то. Вероятно, это сглазили меня. А так в правильном питании я разбираюсь прекрасно.

Давайте проведем небольшой эксперимент. Когда вы будете читать следующие строки, прислушайтесь к себе, какие чувства возникают у вас в душе? Каким будет эмоциональный отклик?

Хватит есть!

Убрать!

Запрещено!

Ни в коем случае нельзя!

Как тебе не стыдно, как можно так много есть вообще…

Отвечайте быстро, искренне и не задумываясь, какая эмоция появляется первой?

Как правило, запреты психологически могут вызывать сильный эмоциональный протест.

Здесь иногда люди возражают:

– Нет, ну как? Обычно с утра еще нормально.

С утра, как правило, человек следует верному курсу и сотрудничает со специалистом по правильному питанию. Все-таки, как-никак, диетолог – друг человека. От рассвета и где-то так до шести вечера:

– Да, согласен, врачи дело говорят, буду соблюдать и все, что надо, сделаю.

Но вот к вечеру что-то всегда идет не по плану.

К вечеру, когда темнота опускается на город, в душе просыпается желание.

Желание немного пошалить. В пищевом смысле этого слова. Наступают сумерки, и к мужчине, который весь день провел на работе, приходит его незримый друг Жора, а женщина, которая решила похудеть и весь день все соблюдала, вдруг может превратиться в жрицу ночи. Ну, то есть ту, которая ест по ночам.

И вот человек в одну секунду готов забыть о принятом с утра решении питаться правильно:

– Да кто вы такие вообще, диетологи? Что вы там вообще понимаете в жизни? У вас, у диетологов, два специалиста и три мнения. Один говорит: не надо жирное, второй говорит: ешьте только жирное. Один говорит: ни в коем случае нельзя фрукты, второй – конечно, можно. Вы там пока между собой разберитесь сначала. А еще лучше подеритесь друг с другом. А я пока поем.

И вы, когда там определитесь уже, тогда и зовите меня. А мне, пожалуй, сейчас самое время немного подкрепиться, пока вы там договариваетесь. Не сидеть же голодным?

Если методика строится на запретах, несмотря на простые условия, людям сложно соблюдать ее последовательно, то есть без срывов.

Бескомпромиссные запреты – да, на коротком промежутке иногда это помогает, особенно если у человека огромная сила воли.

Взяла и силу, и волю в кулак, дескать, держись, тряпка, там уже на пляж выходить скоро, соберись вообще. А слабый пол, как говорила Раневская, это гнилые доски, и хватит уже отговорок.

День продержится, два продержится.

И в первые дни диеты даже морковка будет казаться сладкой. Несмотря на то что все на работе шоколад наворачивают, пирожные всяческие дегустируют, веселятся в общем – такая работа тяжелая, нервно-психическая. Как при такой ответственности чаю не попить?

Ведь когда она на диете и уже с утра толком ничего не ела, то ей постоянно кажется, что все только и делают, что едят. Вокруг постоянно шуршат фантиками, стучат кружками, звенят чайными ложками. Для человека, который с утра на одной морковке, – просто невыносимая пытка. Особенно если она буквально на ОДНОЙ морковке.

Но в начале диеты, когда уровень мотивации особенно высок, настрой решительный, в первые дни кажется, что эта морковь просто тает во рту.

Вспомните, как начинаются диеты? Когда ты даже немного свысока смотришь на жующих, дескать, ну и ну, вот жалкие люди, что же вы все жуете и жуете? Ну сколько можно вообще?

То ли дело я – уже в мире стройных людей, и вся эта безобразная обжорная жизнь уже позади. А вы… вы прямо жалкие существа. Мне жаль вас. Вот, оказывается, про кого Горький писал: глупый пингвин робко прячет.

Но диета продолжается, и морковка с каждым днем все заметнее теряет свою сладость. С каждым разом становится все сложнее и сложнее радоваться ее вкусу. И часто бывает так, что чрезмерно жесткие ограничения только приближают и ускоряют путь к срыву. Чем жестче диета, тем скорее срыв.

Обычно как это бывает? Вдруг что-то происходит, и, как правило, неожиданно. Кто-то протягивает что-то очень вкусное, дарит шоколадку или просто предлагает попить чаю вместе. И человек еще помнит, как смотрел на пирожное, и еще припоминает, что думал: «Но мне же нельзя!»

Потом ничего не помнит, как будто в тумане, и приходит в себя, уже веселый и довольный. И по всем признакам понимает, что все – акт переедания уже состоялся. Пирожное съедено, от шоколадки остался только фантик, а еще большой кусок торта пропал, два куска, и конфет без счета.

А еще могут быть приступы автоматической еды, то есть когда человек ест не задумываясь, «на бегу», и даже не обращает на это внимания. Говорит:

– Я есть вообще не собирался. Стоял хороший теплый летний вечер, и вроде бы ничто не предвещало еды. Но у меня же семья, и они нормальные люди, у них нет склонности к лишнему весу. Они там туда-сюда, то хлебушка отрежут, то дверью холодильника хлопнут, то чаи гоняют. Близкие же не виноваты? И я даже не помню, иду по кухне, в своих мыслях, и вдруг, как хамелеон языком, хвать что-то – и уже жую. Прихожу в сознание, когда уже слишком поздно.

Нам бывает очень сложно следовать диетам. Во многом так получается потому, что нам кажется, что это мы принимаем решение съесть или не съесть. Потому что мы склонны жить в иллюзии, что это мы сами управляем своим пищевым поведением.

Но важный факт заключается в том, что пищевое поведение по своей природе во многом бессознательное, то есть автоматическое, и в значительной степени строится на привычках.

И мы не можем управлять им так, как управляем движениями рук, например. Мы можем изменить пищевое поведение, только создавая хорошие привычки и не поддерживая плохие.

Давайте представим, что доброму хорошему человеку запретили углеводы вообще и мучное в частности. Человек формально согласен, но в душе, конечно, затаил обиду. Слегка раздосадованный, он садится есть борщ и сразу же автоматически и как бы невзначай берет хлеб.

И это происходит не потому, что человек как-то особенно влюблен в углеводы. А потому, что в данной ситуации и в данном контексте это же не мучное? Это просто привычка. Это просто для того, чтобы фэншуй сложился и гештальт закрылся. Это же бабушка с детства говорила: «Обязательно, душа моя, кушай с хлебом!»

Ну кто против бабушки-то пойдет, это же… это настолько глубоко, это же многолетние пищевые традиции, это не так-то просто. До этого столько лет ел, а тут вдруг возьми и перестань. Вот почему отказаться от мучного может быть не так просто, как хотелось бы.

Очень часто сброшенные героическим трудом килограммы – на запретах, на самоограничениях – возвращаются, а иногда еще и с прибытком.

Многие замечают, что каким-то неимоверным героическим трудом на ультражесткой диете удается сбросить пять килограммов, а потом легко и незаметно набираются десять. Выходя за все пределы возможного, человек сбрасывает десять, а потом, слегка расслабившись, набирает двадцать.

И можно даже сказать, что запрещать себе что-то – это как раз и есть самая верная дорога к срыву.

Довольно регулярно в своей работе я сталкиваюсь с такой историей, что люди не принимают запреты, они говорят:

– До встречи с вами я к каким-то продуктам, например к бананам, относился равнодушно. Но когда вы сказали, что в них многовато калорий и с ними нужно осторожно, у меня сразу все мысли о том, как бы бананов поесть.

Или еще: есть такое заклинание, от которого толстеют.

Если у вас есть какая-то подруга, к которой вы хотите, чтобы перешел лишний вес. Не потому, что вы решили действовать злонамеренно, а потому, что вдруг ей самой нужно поправиться? Может быть, она сама страдает от чрезмерной худобы и неплохо бы ее слегка подтолкнуть к тому, чтобы она понемногу покатилась уже к лишнему весу?

Можно использовать заклинание. Магия третьего уровня, заклятье работает стопроцентно.

Очень важный момент – нужно как-то устроить так, чтобы она смотрела на вкусный и любимый ею продукт. Как это сделать? Да очень просто, самостоятельно ей на стол и положить, ничего в этом сложного нет. Вы выбираете то, что она очень любит: конфетки, шоколадки – что угодно, и кладете ей на стол. Заходите к ней с тыла, ну, то есть сзади и произносите заклинание.

Когда вы говорите, нужно постараться делать это таким образом, чтобы звук шел прямо в затылок, чтобы она даже не видела вообще, откуда доносятся слова. И прямо туда, прямо ей в затылок, в тот момент, когда она смотрит на шоколадку и думает, съесть или не съесть, именно в такой момент вы произносите формулу заклятия. Голосом таким, назидательным, поучительным и строгим, как бы немного свысока. С такой интонацией родители разговаривают с трехлетними детьми.

Вы говорите: «Тебе этого нельзя, это вредно».

Гарантия сто процентов: она все это съест и, вероятно, даже объестся. И чем чаще ей повторять заклинание: «Тебе нельзя, тебе нельзя, тебе нельзя», тем больше она будет переедать, тем больше и больше ей будет хотеться.

Так мы устроены, что, когда нам что-то запрещают, нам этого хочется еще больше. Когда мы себе что-то запрещаем, очень часто мы потом срываемся, переедаем и съедаем этого даже гораздо больше, чем сами от себя ожидали.

И плюс к этому, следующая проблема рестриктивных диет заключается в том, что, если человеку запретили углеводы, его начинает сильно тянуть на сладкое. Если полностью убрать из рациона жиры, то есть ненулевая вероятность, что человеку начнут сниться «сны повышенной жирности». Жирные орехи будут сниться по ночам, семга, сыр или еще что-то подобное. И там, во сне, человек будет все это есть. Есть и улыбаться.

Любые рестрикции работают еще и на физиологическом уровне, на уровне нутриентов. И как всякие перекосы в питании, всевозможные монодиеты (когда только рис или только овощи) все это не работает. Потому что прежде всего подобные действия порождают дисбаланс в питании, и может появиться тяга, связанная с недостатком нутриентов. Это еще одна причина, почему человек начинает хотеть есть еще сильнее. То есть эти ограничительные методы не работают ни психологически, ни физиологически.

А это значит, что ни голова, ни тело не готовы следовать диетам. Очень сложно быть последовательным в питании, а ведь это главное. И при первой же возможности, как только внимание отвлеклось, рот уже что-то жует.

Здесь возникает такой парадокс: а как тогда худеть, если себе не запрещать? Разрешать себе все подряд – тоже так себе стратегия в процессе снижения веса. И мы к этому еще вернемся позднее.