Я увидел два льдисто-голубых глаза на песке. Оглушительный грохот битвы сошел на нет, заглушенный гулкими ударами моего сердца, стучавшего в ушах. Горячий ветер и палящее солнце были ничто по сравнению с жаром, нарастающим в моих жилах. Я кипела изнутри. Внезапный порыв закрыл голубые глаза в водовороте багровой пыли.

Пламя моего безмолвного крика поглотило боль, яркую и острую. Я дала волю своему чувству вины. Я освободила свою ненависть к Теократу за то, что он привел меня в это адское место, и я освободила свой гнев на себя за то, что так отчаянно хотел угодить ему. Вина за ложь капитану, любовь к Асене и ненависть к себе за то, что я думала, что когда-нибудь смогу быть счастлива. Отчаянно стиснутая хватка, которую я держала на своих эмоциях — все, что стояло между мной и бушующим безумием — разрушилась и рассыпалась.